Уроки автостопа или Как за 20$ объехать весь мир

Ночь я провел в обжитой комнате строящегося здания на развилке в компании двух строителей. Менты опять попытались меня высадить, но вовремя осознали всю непривлекательность своей идеи вписать меня на этой "супермагистрали" в автобус или отправить назад на 10 км до трассы "Карга-Барис". Грузовичок же довез меня аж до Кены, предоставив возможность посещения пропущенного во время пробега "Каир — Асуан" храма Дендеры. Пришлось, правда, пробираться полями вдоль закрытой заботливыми полицейскими ("Солнце садится, отеля нет, опасно!") дороги.
На время осмотра я оставил рюкзак на хранение в ресторанчике. Основной отсек оказался нетронут, но я забыл проверить содержимое бокового кармана и обнаружил исчезновение журнала со статьей о своем американском вояже лишь в Хургаде. Доставил меня туда "микрик" с итальянскими туристами по просьбе полицейских, сопровождавших караван из полусотни автобусов от самого Луксора. Тем, видимо, надоело общество иностранца, размахивающего справкой о безденежности… Заночевал опять в блиндаже.
На посту, где в прошлый раз оштрафовали подвозившего меня водителя, я встретил виденного вчера начальника. К счастью, я удачно выбрал время старта и вскоре продолжил путь в кузове пикапа спецслужб, замыкающего караван автобусов до Каира.
В РасГарибе конвой сменился. Мы достигли Зафараны и развернулись, чтобы на обратном пути посетить отстоящий на 10 км от трассы монастырь святого Пола. В компании начальника конвоя я спустился в пещеру отшельника, осмотрел церковь, отобедал в просторной столовой горячим фулем с хлебом.
В гостинице при монастыре единовременно проживают десятки египетских христиан. Свободные места есть даже во время религиозных праздников (как раз начался Великий Пост). Но условия не изобилуют комфортом (домики с лежаком на двадцать человек, туалет повышенной вместимости).
Хороший вид на монастырский двор открывается с окрестных скал. К одной из них лепится строящаяся церковь очень оригинальной конструкции. В русле высохшей реки начинается тропа ко второму монастырю по прямой здесь порядка 40 километров, но отцы-настоятели, попугав меня сначала цифрами с двумя нулями, сбавили "цену" до 70 км, что представляется уже вполне реальным в горной местности. Выходить в столь дальний путь без проводника или хотя бы подробной карты местности мне крайне не советовали.
Пройдя пару километров до главных ворот комплекса по извилистому ущелью, я впросился в легковушку христиан из Каира и в некоторой тесноте вернулся в Зафаран. К повертке монастыря святого Антония прибыл в сумерках, но пешком идти я поленился, да и тапки вновь запротестовали.
Три километра я преодолел часа за два с небольшим. Направляющийся на шикарной иномарке в Суэц монах даровал бутылочку воды, а к воротам монастыря меня подбросил грузовик с мебелью. Больше часа пришлось прождать в здании сторожки с молодыми послушниками, пока не объявился ответственный за гостеприимство батюшка и отвел в уютный дом в американском стиле, со спальнями, душем и холодильником, набитым продуктами. Мне повезло, что мой визит совпал с приездом богатых христиан из Штатов… Но генератор электричества в десять вечера все равно выключили.
Изюминкой среди грубых красот прилегающей территории является пещера святого Антония на высоте 500 метров. В ней великий старец ночевал (все также отреставрировано и украшено, но каменная подушка и почерневшие от лучины потолки выглядят очень убедительно), спускаясь каждый день к монастырю за водой и финиками — а ведь лестницу с поручнями соорудили гораздо позже.
Левее пещеры есть тропа к вершине горного массива, откуда в ясную погоду видно далекое море. Временами монахи взбираются туда для молитв или находят среди скал пещеры и живут там месяцами. Сопровождавший меня египтянин-эмигрант соблазнил байкой о неприступности утесов, пытаясь объяснить, почему кресты, в таком обилии украшающие скалы вокруг пещеры, не стоят на вершине. Я целый час рисковал жизнью, пытаясь одолеть лишь издалека кажущийся несложным маршрут, трижды менял его, но все же доставил разобранный крест и установил его в расщелине на краю обрыва.
  
Еще два часа занял спуск, во время которого из-за оторвавшейся подошвы тапка я чуть не скопытнулся с одной из гигантских каменных "ступенек". Да и к монастырю пришлось идти в обход гряды покрытых зыбучей пылью холмов. А крест мало того, что вскоре упал под натиском дующих вверху ветров, но еще и оказался совершенно там не нужен…
Вечером я удостоился чести войти в состав экскурсии, организованной в честь гостей с Запада. Церковь-основание первого христианского монастыря еще нескоро будет открыта широкой публике после реставрации, а ведь стены ее скрывают самую полную иконопись XIII века с участками, датируемыми шестым веком!
В полдень я выбрался на трассу в кузове груженого мягкой мебелью грузовичка. Посмотрел устье канала в Суэце. Затем чуть не заблудился в поисках туннеля на Синай. Хорошо еще, что попался водитель-альтруист — привез к паромной переправе и договорился с тамошним начальником о моей транспортации. Я вписался в грузовик и под звуки русского рока долго ехал по идущей вдоль побережья трассе.
В темноте посетил пост на повертке ведущей к горе Моисея дороги, сбежал с него, достиг на паре локальных пикапов женского монастыря. Весь персонал по причине праздника отбыл в монастырь святой Катерины. Оставленная дежурить послушница беспробудно дрыхла, но охранники проявили верх гостеприимства: накормили ужином и разрешили заночевать в сторожке.
В гористой южной части полуострова широко практикуется скалолазание, причем для начинающих сооружены гигантские каменные лестницы и составлены подробные путеводители. Я расщедрился на пленку, чтобы заснять все это великолепие.
Во время осмотра доступной туристам части монастыря я представился одному из монахов христианином-паломником из России и без проблем обрел вписку и обед.
Лабиринт древних строений можно изучать часами, скалы вокруг — неделями! Я успел лишь пройти оба пути к вершине горы Моисея и, заблудившись на высокогорном плато, найти потайной сад и заваленную разнокалиберными булыжниками расщелину, по которой с большим трудом и спустился. Вечером присутствовал на службе в знаменитой часовне, с огорчением смирившись с практически полным отсутствием сантехнических сооружений.
Установив личный рекорд в подъеме на Гору, я направился на южную оконечность в надежде напоследок ощутить в полной мере волшебство подводного мира Красного моря.
С КПП Рас-Мохаммедского заповедника меня по причине позднего часа прогнали, но возвращающиеся оттуда в Шарм-эль-Шейх англичане проявили инициативу и подъехали к лавке продажи/проката/ремонта оборудования для подводников, ведомую квартетом их знакомых. Узнав от них о моей сущности, стоявший за прилавком бельгиец пришел в восторг и вручил мне маску с трубкой.
Привыкнуть к давлению, в соленой воде нарастающему гораздо быстрее, чем в пресной, я не успел, поэтому особой глубины не достиг, но разноцветное великолепие коралловых рифов и их обитателей способно поразить и едва окунувших голову зрителей.
Подкрепившись предложенной пиццей, я отправился обратно в столицу — на следующий день истекал месяц моего пребывания в стране. Бельгиец развеял мои сомнения насчет двухнедельного grant period'a, но предупредил о штрафе в случае его использования.
Попалась быстрая проходная машинка с англоговорящим меломаном, и я прибыл в Каир в два часа ночи. Тревожить охранников РКЦ не хотелось, и я воспользовался неосторожным приглашением одного из разбиравшихся с моим заявлением полицейского — заночевал в участке.
С утра выехал в Александрию. В порт меня не пустили. Занимающаяся пассажирскими перевозками контора оказалась закрытой, и я решил проверить возможность авиастопа в международном аэропорту. Благодаря усилиям череды "сусаниных" я побывал сперва в локальном аэропорту, потом на автостанции в пригороде, и, наконец, вернулся на набережную в центр города, обогатившись на пять фунтов.