Лучший приключенческий детектив

После череды неприятностей, народ жаждал богатства. Шуйская провела катушкой над грудой выкопанной земли. Прибор отозвался драматическим тенорком.
— Положи лопату и умолкни, — осадила Даша болтуна.
Она просеивала землю, когда к их тройке присоединился Данила. Спустя две минуты Громова нашла погнутую ржавую подкову. В недоумении оглядела находку, перевела взгляд на коллег.
— Судьба смеётся, да? Шутка юмора. Как бы надпись: «Здесь был я. Целую. Ваш Конь».
Эдик в сомнении покачал головой.
— Это не может сигналить. Я прибор выставлял на золото.
Алиса снова провела катушкой над земляным холмом. Земля сигналила.
— Что-то есть. И это не подкова.
Уже втроём они склонились над грудой земли. Эдик буквально развеивал почву, пугая Алису чрезмерным усердием. Она отпрянула и нечаянно поддала ногой откатившийся сухой комок, который тут же рассыпался. Из маленького земляного холмика выглядывал необычный, карамельного цвета камень, оправленный в жёлтый металл. Подцепив пальцем находку, Алиса вытащила на поверхность массивный золотой перстень, естественный блеск которого приглушала въевшаяся грязь.
— Колечко, колечко, кольцо! — пропела Дашуня. — Видите, мы здесь не просто так колбасим, а реальные сокровища находим. Дайте салфетку или платок. Сейчас мы ему красоту наведём.
Она забрала находку у Алисы, впрочем, как и салфетку, занявшись наведением глянца. После кратковременной чистки перстень загадочно воссиял. Теперь каждый желал подержать его в руках и полюбоваться.
— Это янтарь, — глядя на камень, определил Данила.
— Слишком тёмный, — засомневался Эдик. — И с дефектом: пузырьки плавают.
— Ископаемая смола часто бывает с пузырьками. Надо бы выяснить: чей дом, и чьё кольцо.
— Придумал! — рассердилась Громова. — Для полного счастья нам не хватает наследников.
— Янтарь — камень непростой. Настоящий владелец…
— Не гони беса! — разозлилась Громова. — Верить Интернетовскому бреду — последнее дело.
— Почистить бы нормально. — Эдик поднёс перстень к самому носу, пристально разглядывая каждый изгиб.
— В спирт опустим колечко. У Филимона, думаю, найдется литр спирта.
— Возможно, тебе и нужен литр, а для перстня хватит тридцати грамм.
— Отвали, воспитатель, — веселилась Даша.
Алиса не испытывала общей радости. Напротив, стало тревожно. Она взглянула вверх и обнаружила, что большую часть неба заволокла свинцовая туча, которая угрожающе росла и ширилась. Даже кузнечики примолкли в траве, оборвав монотонный стрекот.
— Вы тут любуйтесь, а я быстренько пробегусь вокруг дома.
— Иди, Шуйская, и не торопись, а то Коня пропустишь.
  
Глава четырнадцатая,
 
в которой недобрые люди пожаловали
 
Шуйская покосилась на безмятежную подругу, подхватила «Аську» и удалилась за дом. Данила действовал в обратном порядке: сначала поглядел на Дашу, а после уставился на грозовое небо, мечтая пережить непогоду под крышей. Громовы на ровном месте затеяли драку, отбирая друг у друга перстень. Далёкий рев моторов прервал сие скандальное занятие.
— Слышите? — спросила Даша, надевая колечко на палец. Она вытянула руку перед собой, любуясь находкой. — Мотоциклы едут.
И застыла, осознавая всю опасность появления чужих людей в заброшенном селе.
— Дань, откуда здесь мотоциклы? Может, Филимон с Крискою? — Ей не хотелось верить в худшее.
— У них один мотоцикл. Второй мой, — ответил Данила. — И «Сузуки» так не ревёт.
Они одновременно сорвались с места. Во-первых, вдоль переднего фасада бродит Алиса в наушниках, которая может и не услышать рёв моторов, и, во-вторых, надо возможно быстрее классифицировать опасность и принять решение.
— Если это не местные жители, то кто? — выкрикнул Эдик.
— Какие местные?! О чем ты? Вот чёрные копатели встречаются. И, если это они, то нам лучше быстрее уносить ноги.
— Уносим прямо сейчас, — паниковал Эдик.
Он подбежал к Алисе и выхватил у неё из рук металлоискатель. Наушники она сняла сама, расслышав рёв мотоциклов.
— Кто это?
 
— Точно не друзья. — Даша озиралась, выбирая путь отступления.
Эдик лихорадочно разбирал прибор, чертыхаясь и обрывая провода. Он небрежно запихнул штанги и катушку в брезентовый чехол, одним движением накинув лямку на плечо.
— Бегом за кусты! — приказал Данила. — Сядьте! Эдик, прикрой волосы!
Громов выдернул из кармана кепку и спрятал под ней рыжую шевелюру. Мотоциклы рычали совсем близко.
— Дерьмо-дело! — ругалась Дашуня, срывая перстень с пальца. — Забери его, Шуйская. Оно мне велико.
Через просветы в ветвях они увидели, как мимо дома, очень медленно, проехали три мотоцикла.
— Гости пожаловали. — Даша подтянула к себе рюкзак, готовясь закинуть его на спину. В передряги она попадала не раз, но ни разу не убегала. Её защитниками были высокие и мускулистые парни, за спиной которых она чувствовала себя в безопасности. А здесь Шуйская, Эдик, господи прости, и миротворец Данила. Хотя, как выяснилось, у него тоже есть японский мотоцикл.
— Добрые гости? — спросила Алиса и облизала пересохшие губы.
— Не очень. Они возвращаются? Жесть! — испугалась подруга.
— Дальше трава не примята, — догадался Данила. — Нас вычислили. Быстрее уходим.
Они заворачивали за угол, когда Алиса не выдержала и оглянулась. С огромного блестящего монстра слезал мотоциклист в чёрном обмундировании. В руках недобрый гость держал биту. Рядом с первым мотоциклом остановились еще два такие же. «В одном заброшенном чёрном доме, была ужасная чёрная комната с чёрной-пречёрной дверью…»
— Сюда! — Данила подтолкнул ее в сторону развалившегося сарая.
Алисе казалось, что с того момента, как они пробежали вдоль всего села и выскочили из-под защиты ветхих построек, прошла целая вечность. На самом деле — шесть минут, ни минутой больше. Рытвины, кочки и высокая трава мешали бежать. Метровые стебли последней стегали по рукам, царапали ноги, отдельные экземпляры норовили вцепиться в одежду и задержать беглецов. Те редкие берёзы и осины, которые встречались на их пути, не позволяли спрятаться от преследователей.
Еще никогда в жизни Алисе не было так страшно: колени тряслись, ноги подгибались, в горле бился сдавленный крик, грудь, казалось, разрывалась на части. Еще этот кашель! Она прикинула шансы на спасение: ещё метров сто пробежать — там начинался сосновый бор. Но мотоциклы ревели совсем близко.
— Догонят! — раздался сдавленный крик.
Алиса оглянулась: позади неё отчаянно хромала растрёпанная Громова. Данила уже нёс два рюкзака.
— В гору надо! — взмахнул рукой Эдик. — Там не проедут.
Студент потерял свою кепку, и его рыжие волосы служили прекрасным ориентиром для преследователей.
— Не уйдем, — отвлекшийся Данила споткнулся и прилёг в траву. Поднялся он уже с мощной корягой в руке. Спустя секунду оба рюкзака полетели в тень раскидистой берёзы.
— Трухлявая, — Эдик задыхался рядом с ним, — наверное.
Алиса согнулась на месте: дышала она хрипло и с каким-то присвистом. Мимо нее проковыляла Даша с вытаращенными глазами. Подруга рухнула на колени и обняла ствол дерева. Эдик смахнул с плеча чехол с металлоискателем, уронив его рядом с сестрой, пошарил в молодой поросли и нашел там сучковатую палку. Попробовал ее на крепость, ударив о колено.
— То, что надо!
Данила сидел в траве и прислушивался.
— Едут медленно. Смеются. Если затаиться и ударить со спины. — Он обернулся к Эдику, сунув ему в руки свою кепку. — Надень.
— Так у меня, — Громов провел по волосам. — Что за фигня?! Где я её…
Пока младший Громов в очередной раз маскировал предательские кудри, Данила обернулся к девушкам:
— Пригнитесь и убегайте. Видите ту высокую сосну? Она выделяется.
Алиса кивнула, сдерживая рвущийся кашель.
— Держитесь на неё. Мы разберёмся с мотоциклистами и вас догоним.
— Дань, их трое, а Эдька… — Даша махнула в сторону брата, не доверяя боевому искусству брата.