Лучший приключенческий детектив
— Сидела бы дома, — не выдержала Кристина. — Зачем сюда?
Громова с прищуром рассматривала девчонку. Пока мужчины забивали колышки, она подошла к Кристине и очень душевно попросила:
— Хорош психовать, подруга? Сейчас палатки поставим, чайку попьём, — покосилась на Алису, — байкерского и подружимся по-соседски навек.
Глава седьмая,
в которой наступает утро раннее и доброе
Утро наступающего дня трудно было назвать добрым. Алиса проснулась четверть часа назад и поняла, что смертельно больна. Еще подумалось, что агонию она бы предпочитала пережить в одиночестве, а не в соседстве с довольно посапывающей Громовой. Умереть мечталось в тихом, живописном уголке, под цветущей, сладко пахнущей черемухой или липой. Слева, пусть будет для умиротворения души, альпийская горка, а справа — белый лилейник.
Но, чтобы отыскать это райское место, надо, прежде всего, подняться, а она ни ног согнуть не может, ни плеч развернуть. И поясницу чудовищно ломит. Еще неплохо бы перед смертью умыться и зубы почистить. Вчера она даже не ужинала — сил не было. Как только мужчины поставили палатку, она нырнула внутрь. Разложила спальный мешок Громовой, потом — свой и это последнее, что помнит. Да, еще снился сон, больше смахивающий на кошмар, и лучше не вспоминать, как она всю ночь летела вниз, пробивая головой пышные сосновые кроны.
Алиса завозилась, расстегнула спальный мешок и, вытаращив глаза, согнулась в пояснице. Собрав остатки сил, воззвав к мужеству, принялась растирать ноющие руки и плечи.
— Куда меня понесло? Зачем? — бормотала она, не находя смысла в своих поступках.
Понятно, что последние годы была не жизнь, а мука, и она взбунтовалась против опеки тетки и родителей, абсолютно подавивших ее волю. Но с какого перепуга она поддалась на уговоры друзей? Тоже ещё тех манипуляторов.
— Господи боже, никому доверять нельзя! — пожаловалась она создателю, упираясь взглядом в брезентовый потолок.
Громова недовольно завозилась в спальном мешке, и Алиса решила быть сдержаннее в чувствах.
— Схожу на озеро, — поделилась она планами со спящей подружкой. — Поплаваю в качестве лечебной терапии.
Стараясь не шелестеть пакетами, достала из рюкзака купальник и медленно переоделась. Потом отыскала сумочку с туалетными принадлежностями. Выбираясь из палатки, мельком отметила, что беспечная Громова не удосужилась на ночь завязать полог. Так и спали, уповая на везение и добрых людей.
Снаружи ее встретила утренняя идиллия: звонкоголосое щебетанье птиц, прохладный ветер, обдувающий плечи, ласковые солнечные лучи, безоблачное небо, и вода…
— И вода как зеркало.
Перебирая пальцами узкие ивовые листочки, она медленно спустилась по склону к озеру и тихо рассмеялась. Все плохое случилось вчера. И этот день ушел, исчез, как расходящиеся круги на воде.
Алиса растёрлась полотенцем и обвязала его вокруг талии. Пока медленно расчесывала волосы — пятьдесят обязательных взмахов щеткой, — бездумно разглядывала чёрно-коричневые потемневшие мостки, метра на три выдающиеся в озеро из зарослей осоки. Вчера ночью она их не заметила.
Нацепив шлёпки, Алиса прошлась до мостков и обнаружила с обратной стороны тёмно-зелёную резиновую лодку, крепко привязанную к деревянной свае.
— Как спалось? — поинтересовался позади нее голос Филимона.
Алиса вздрогнула, схватилась за шею и покраснела от досады. Второй день вести себя точно нервная барышня, это слишком. Она обернулась к вежливому соседу.
— Спасибо, хорошо, — и вопреки убеждению, добавила. — Доброе утро.
Ее собеседник улыбнулся в ответ, но взгляд его остался выжидающим.
— Доброе. Я с утра тоже добрый, без топора.
Алиса открыла рот и закрыла, сообразив, что у неё проблема не только с нервами, но и с шутками. Каждый раз, когда Филимон приближался к ней на небезопасное расстояние, хотелось бежать без оглядки.
Сосед подвигал плечами — за спиной подпрыгнул небольшой рюкзак — и обошёл немое препятствие. В правой руке он держал два спиннинга, а в левой — сетчатый садок для рыбы. Алиса отметила поношенные резиновые сапоги и черную футболку, спереди которой красовалась алая эмблема «SUZUKI». Байкер-рыбак повернулся к ней спиной: из-под короткого рукава футболки виднелась татуировка, изображающая зеленоватый мотоцикл и смерть с косой.
Меж тем Филимон спустился в лодку, устроив на воде внушительную рябь, и пока Алиса наблюдала за игрой воды, позади раздался заключительная фраза-аккорд и женский смех:
— …ботаник навернулся в темноте! Ха-ха-ха!
По склону спускались Данила с вёслами в руке и Кристина в ультракоротких, драных шортах. Волосы она закрутила, спрятав блестящий узел под бейсболку.
Завидев Алису, девица умолка, оглядывая замотанную в полотенце, бледнокожую соперницу.
— Привет! Рано проснулась. — Данила весело салютовал вёслами.
«Проснувшуюся» смущали прилипшие к шее мокрые волосы, незагорелое тело, и неэстетичные пластыри на ногах.
— Привет. На рыбалку? — спросила она, поправляя полотенце.
— Угу. Покатаемся заодно.
— Интересное занятие.
Данила стоял рядом, с удовольствием оглядывая слегка позолоченную солнцем водную гладь. Следующая его фраза, прозвучавшая тоном ниже, заставила Алису насторожиться.
— Искать сокровища — тоже интересное занятие. Вчера ваш металлоискатель опробовали.
Алиса забыла про пластыри и сползающее полотенце. Она недоверчиво сдвинула брови, не в силах скрыть удивление:
— Как…опробовали?
— Пройти можно? — недовольный голос Кристины прозвучал за ее спиной.
Алиса невольно вздрогнула и отшатнулась в краю мостков. Данила последовал за ней, стремясь ввести в курс дела:
— Он так оглушительно реагирует на золото. Включает сирену и подмигивает.
Алиса покачала головой, слишком пристально рассматривая противоположный берег. На той стороне ветви ивы склонялись прямо в воду, касаясь листьями камыша и осоки.
— Что ж, наш успех не останется для вас незамеченным.
Кристина надоело делить внимание проводника:
— Помоги мне, Данька! — капризно требовала она.
Тот привычно бросился на зов и, при его поддержке, девица забралась в лодку, однако руку так и не отпустила, заставив её обладателя спуститься следом. Веревку отвязали, и лодка плавно отчалила: на весла сел сияющий солнечной улыбкой Филимон.
Алиса помахала рыбакам и, спустившись с мостков в траву, отыскала сумочку с туалетными принадлежностями. Пока она встречала и провожала соседей, какой-то шустрый жучок взобрался на коробку с зубной пастой. Судя по тому, как гость держался за картон, шестиногий надумал основать здесь колонию. Пришлось сильно дунуть на первопроходца, возвращая назад в исконные травяные угодья.
Взбираясь по косогору к палаткам, она размышляла о том, что ей уже нравится жить в лесу: места здесь фантастически красивы, воздух — она с удовольствием вздохнула полной грудью — свежий и вкусный, да и люди встречаются приятные. Перед глазами возник улыбчивый Даня.
Её робкое перемирие с обстоятельствами разрушил Графин. Облачённый в полосатую майку и пятнистые штаны, образчик похмельного десантника сидел на колоде возле очага и рассеянно почесывал лысоватую макушку. Кострище, куда он упорно пялился, выглядело так, будто в нем резвилась свинья из басни Крылова, по нетрезвости перепутавшая дуб с очагом. Интересно, что эти шестеро творили здесь сегодня ночью? И противный Графин никуда не ушёл. Даже и не собирается.
— Здрасьте вам! — огорчилась она вполголоса. — Доброе утро! — подошла ближе и прищурилась на проводника. Напрасно мечтать о том, что это чудное явление природы, воссияв напоследок, бесследно растворится в сиреневой дымке.
— Было доброе, — пробурчало явление. — Вот сижу, думаю, кто бы чайком напоил.
И Графин возвёл глаза к сосновым верхушкам, вероятно возмечтав, что господь прольёт кипяток с небес. Алиса тоже покосилась на безоблачную синеву и, проникнувшись сложностью задачи, предложила простой выход: