Опустошенные души (ЛП)

Я крутанулся у нее за спиной, полоснув Бурей по бедру, и она закричала в агонии, заставив долину задрожать, потянулась ко мне, но промахнулась на несколько дюймов.
Я был призраком. Кольцо скрывало меня, и она не могла видеть, как я приближаюсь.
Она разом метнула листья со своего платья во все стороны, и я низко пригнулся, прикрываясь мечами, но листья резали мою обнаженную кожу, как лезвия бритвы. Мои руки были разодраны и окровавлены, но я избежал худших из ударов, поскольку мои клинки отразили их.
Когда вихрь утих, я развернулся, чтобы поискать Келли, и обнаружил ее в безопасности, укрытой за Фабианом и Чикоа, пока их собственные раны медленно заживали. Остальные тоже приближались с вершины холма, и вскоре мы должны были окружить ее.
Идун осталась обнаженной и истекающей золотистой кровью передо мной, каждая капля шипела, падая на грязь у ее босых ног, а богиня смотрела вниз по склону, готовясь к следующей атаке.
Я бросился к ней, заметив, что мои товарищи делают то же самое. Кларисса кричала о мести, а Эрик бежал рядом с моим братом, и их лица были полны одинаковой ярости.
Идун хлопнула ладонями по земле, зарываясь в нее пальцами, и ее сила затопила землю. Земля под моими ногами превратилась в густую грязь, которая засасывала и тянула меня, останавливая мое продвижение. Руки мертвецов потянулись, чтобы схватить меня за конечности, и я рубил их, кромсая и рассекая, пока они пытались затащить меня вниз, чтобы присоединиться к ним.
Монтана закричала, когда одна из мертвых и почерневших рук повалила ее на землю, и Эрик схватил ее за руки, откидывая назад, когда она погрузилась в грязь по бедра.
Я метнул Бурю в богиню, и лезвие рассекло ей щеку, когда она отшатнулась от него. Но в тот момент, когда ее руки оторвались от земли, почва вернулась в нормальное состояние, и я бросился вперед, целясь ей в шею Веномом.
Клинку моего отца давно пора было искупаться в крови одного из богов, ставших причиной его смерти. И сегодня Веном будет хорошо накормлен.
 
 
Я
поднял Монтану на ноги, когда иссохшие руки втянулись в землю. Месть горела во мне, как лесной пожар: она пожирала меня изнутри.
Идун забрала моего брата из этого мира, его мужа тоже. Их любовь была чиста, и меня охватило отвращение к тому, что у них отняли жизни только ради власти.
Я заскрипел зубами, отстраняясь от жены и направляясь к божеству, которое забрало их у меня. И друг у друга.
Мир погрузился во тьму, когда мой взгляд остановился на ней.
Я вцепился в ее горло, подался вперед и вонзил клыки в плоть ее шеи. Это было похоже на прокусывание коры, а ее кровь была мерзкой на вкус, как кислота. Я рвал и кромсал ее плоть, отчаянно пытаясь покончить с ней, глотая ртом ее отвратительную жизненную силу. Она с воплем повернулась в моих руках, и ее золотистая кровь покрыла меня. Она была так сильна, что мне пришлось отпустить ее, но ничто не могло сравниться с моей яростью, когда я снова набросился на нее.
 Ради Майлза, ради Уоррена я уничтожу тебя. 
Я бросился вперед, когда она отступила, чувствуя, как Магнар приближается справа от меня, размахивая своими огромными мечами. Я пнул ее в спину, заставляя приблизиться к нему, но это не было похоже на борьбу с чем-либо, что ходит по земле. Она кружилась в воздухе на порывах ветра, избегая его яростных ударов по чистой случайности.
Келли метнулась вперед, чтобы ударить ее своим клинком, но Идун продолжала двигаться размытыми движениями, уклоняясь от любой атаки, которая попадалась ей на пути. Адреналин смешался с отчаянием в моих венах. Я не мог покинуть это место, не уничтожив тело Идун навсегда. Никто не причинит вреда моей семье уйдя безнаказанным.
Кларисса присоединилась к битве, чудом поймав волосы Идун, но они превратились в жидкость в ее руке, и моя сестра зашипела, когда прикосновение к ним ошпарило ее.
  
Земля задрожала у меня под ногами так сильно, что из земли вылетели куски камня, заставив меня споткнуться, когда я попытался снова приблизиться к богине.
Идун взвыла от гнева, и земля раскололась, между нами и ней образовалась огромная трещина. Кларисса разбежалась, ухватилась за выступ на дальней стороне и попыталась вскарабкаться наверх. Идун послала еще одну сильную дрожь по земле, и моя сестра закричала, едва не ослабив хватку.
Паника захлестнула меня, и я попятился, чтобы с разбегу прыгнуть к ней, но мимо меня промелькнула тень, и я заметил Джулиуса, приземляющегося на другой стороне оврага. Он схватил Клариссу за руку, но пропасть начала закрываться, и земля затряслась так сильно, что он был вынужден упасть на колени. Поскольку разрыв продолжал сокращаться и угрожал раздавить мою сестру насмерть, я побежал по земле, мои глаза были прикованы к Идун, и я оскалился с рычанием.
Джулиус выдернул Клариссу из дыры как раз в тот момент, когда она закрылась, и она упала на него, выпрямляясь, ее тело дрожало в его объятиях.
Келли бросилась вперед, ее глаза были прикованы к Идун, которая продолжала отступать, ее взгляд метался влево и вправо, пока она пыталась обнаружить своих невидимых противников. Богиня подняла руки, и из ее ладоней двумя колючими плетями вырвались золотые лианы. Кто-то схватил меня, и я рухнул на землю прежде, чем лиана успела коснуться меня, обнаружив над собой Монтану.
По ее щекам текли слезы, но челюсть была сжата от гнева. Она спасла меня от гнева Идун, и мое сердце наполнилось любовью к моей жене.
Одна из лиан ударила Клариссу и Джулиуса, и они закричали от боли, когда золотой отросток обвился вокруг них, раздавливая в своей хватке. Келли тоже была поймана, но Магнар оторвал ее от эфирной лианы, упав вместе с ней на землю, чтобы избежать еще одного удара ужасного оружия. Идун вслепую рубила ими по нам, и это было нашим единственным преимуществом.
Фабиан издал боевой клич, бросившись на Идун и схватив ее за руку. Он дернул изо всех сил, но она высвободила руку и ударила его тыльной стороной ладони, отчего он покатился по земле с треском сотни сломавшихся костей. Виноградные лианы исчезли, и Кларисса с Джулиусом рухнули на землю, залечивая раны, прежде чем снова встать на ноги.
Чикоа стреляла из дробовика снова и снова, но поняла свою ошибку, когда Идун направила дробинки обратно на нее. Она упала на землю в луже крови, искалеченная и стонущая в агонии.
Магнар и Келли подбежали к божеству с разных сторон, и я бросился вперед, чтобы помочь, слыша, как Монтана гонится за мной.
Почувствовав вкус крови Идун во рту, энергия хлынула в мои вены. Я высосу из нее все до единой капли, прежде чем закончится этот бой.
 
 
М
ое сердце сжалось от ужаса и боли из-за того, что произошло. Кларисса кричала. Фабиан вопил от ярости до небес, а Эрик сражался, как демон, выпущенный из врат ада. Четверо Бельведеров были вместе более тысячи лет. Я даже представить себе не могла, какую агонию они испытывали после того, как развеянные останки их брата и его мужа пронеслись над долиной и взмыли в небо.
Мне показалось, что моя собственная грудь разрывается надвое. Горе врезалось в меня, как разрушительный шар, но у меня не было времени придаться его, поскольку вокруг нас бушевала битва.
Идун бросилась бежать, ее босые ноги врезались в землю с такой силой, что весь холм задрожал под моими ботинками.
Каждый ее шаг был отмечен мерцающим отпечатком, а когда мое внимание приковалось к ним, из земли вырвались ярко-зеленые лианы. Ее путь прорезал линию между нашей группой. Фабиан, Чикоа и я были отрезаны от остальных наших друзей виноградными лозами, которые летели к нам, как орда разъяренных змей.
Я быстро попятилась, мое сердце колотилось от страха при мысли о том, что сделают эти лозы, если им удастся установить с нами контакт.