Опустошенные души (ЛП)
— Мы не можем оставаться здесь, — сказал Майлз, подходя к нам, и я, нахмурившись, посмотрела на него. Остальные тоже подошли ближе, и их позы были сгорблены нашим поражением. — Они знают наше местоположение. Валентина пошлет за нами армию кусачих при первой возможности. Как только она проснется, она…
— Она без сознания? — Настойчиво спросила я, и мое сердце воспряло от этой мысли. — Я могу снова посетить ее сон. Я могу наслать на нее столько кошмаров, что она обмочится, и я смогу узнать, что она планирует делать дальше.
— Твои способности действительно настолько сильны? — Майлз спросил, приподняв бровь, как будто не был уверен, что я способна на такое.
— Она может это сделать, — грубо сказал Фабиан. — Она сделала это со мной.
— Значит, ты просто проникаешь в сны людей и морочишь им голову? — Спросил Майлз. — Ты можешь делать все, что тебе захочется, пока ты там?
— Да. Что угодно. И никто не может лгать мне, пока я там, — добавила я.
— То есть ты можешь просто выкрасть секреты людей прямо из их голов? — Спросил Майлз.
— Или присоединиться к их сексуальным мечтам? — Добавил Уоррен со смешком, и я закатила глаза.
— Я пытался убедить ее сделать это со мной, — сказал Фабиан с ухмылкой, и я нахмурилась.
— Ты была в его эротическом сне? — Джулиус спросил с отвращением.
— Не по доброй воле, — огрызнулась я. — И я изменила его, как только появилась, так что не смотри на меня так.
— Иди туда, сейчас же, — выдохнула Монтана, просыпаясь. — Пока Валентина не исцелилась и мы не упустили свой шанс.
Я обняла ее, прижимаясь к ее холодному телу, когда она снова воскресла из мертвых. Она резко вдохнула, замирая в моих объятиях, как будто ей было неудобно, и Майлз схватил меня за плечо, оттаскивая назад.
— Я бы не стал этого делать, пока она так голодна, — предупредил он.
Я отпустила сестру, когда она приподнялась на локтях, и мои губы приоткрылись от жалости, когда я увидела, что в ее глазах идет война.
— Ты можешь укусить меня, — предложила я, быстро засучивая рукав. Если ей это нужно, я дам ей это. В любом случае, я уже сделала то же самое для других.
— Нет! — в ужасе воскликнула она, отшатываясь от меня, как будто я дала ей пощечину.
Джулиус поймал меня за локоть и вывернул руку, заметив след от укуса на моей плоти.
— Что это, блядь, такое? — прорычал он, и я вскочила на ноги, уводя его подальше от вампиров.
— Все в порядке, — быстро сказала я. — Я предложила и..
— Ты что? — Он схватил меня за другую руку, задирая рукав, и там тоже заметил укус.
— Джулиус… — начала я, но он заставил меня замолчать, схватив за подбородок и откинув мою голову назад, чтобы увидеть раны от клыков на моей шее.
— Какой гребаный паразит это сделал? — прорычал он, больно сжимая мой подбородок и вытаскивая меч.
Монтана поднялась на ноги и встала между Бельведерами, которые настороженно смотрели на нас.
Я чувствовала, как закипает гнев Джулиуса, когда он впился в меня взглядом, и я схватила его за запястье, убирая его пальцы от своего лица.
— Им нужно было подкрепиться, чтобы восстановить силы после аварии, — объяснила я.
— Келли, — выдохнула Монтана, и в ее глазах промелькнула смесь гордости и ужаса.
— Значит, они просто взяли у тебя то, что хотели? — Джулиус плюнул, поворачиваясь, чтобы свирепо посмотреть на вампиров с поднятым мечом. — Я предупреждал вас, кровососы, что произойдет, если вы укусите одного из нас. — Он двинулся вперед, и я схватила его за руку, чтобы остановить, когда Бельведеры перешли в оборонительную позицию.
— Я предложила, Джулиус, — огрызнулась я. — Фабиан рисковал своей жизнью, чтобы спасти мою, и им понадобились силы, чтобы встретиться с Магнаром и Эриком. Я решила, что могу пожертвовать небольшим количеством крови в уплату за свою жизнь!
— Это больше, чем ты предложил нам, истребитель, — пробормотала Кларисса, и я заметила в ее глазах тот же голодный взгляд, что и у моей сестры.
— Если ты когда-нибудь прикоснешься ртом к моей плоти, я вырву твои гребаные клыки из твоей челюсти, — зарычал на нее Джулиус.
— Как будто я хотела бы, чтобы мой рот был где-то рядом с тобой, — прошипела Кларисса.
— Продолжай говорить себе это.
— Следи за своим тоном, когда разговариваешь с нашей сестрой, — прорычал Фабиан, делая шаг к Джулиусу с угрозой в глазах.
— Прекратите, — рявкнула я, вставая между ними. — Эти споры — просто пустая трата времени. Я большая девочка и сама делаю свой выбор. Чем скорее вы все перестанете пытаться контролировать меня, тем лучше будет для всех нас. Я собираюсь преследовать Валентину в ее снах, пока у нас еще есть этот шанс, но я не могу этого сделать, пока вы ссоритесь, как кучка детей.
— Мы должны взять одну из бронированных машин и убраться отсюда к чертовой матери, — сказал Уоррен, указывая на тяжелые грузовики на дальней стороне базы.
— Мы возьмем еще крови из запасов, которые они здесь хранят, — сказала Кларисса, схватив Монтану за руку и потянув ее прочь, направившись к зданию в дальнем конце базы. Я ободряюще улыбнулась сестре, и она опустила голову от стыда. Я знала, что сейчас ей нужна кровь, чтобы выжить, и я не хотела, чтобы она чувствовала, будто это что-то изменит в моих чувствах к ней.
— На каком грузовике мы поедем? — Спросила я Майлза, игнорируя напряжение, которое все еще кипело между Фабианом и Джулиусом.
— Думаю на том, с первого ряда, — сказал он, указывая на ближайшую машину. — Я позабочусь о том, чтобы он был полностью заряжен, и мы сможем убраться отсюда как можно скорее.
Я кивнула, поднимая Венома с земли и с содроганием отвращения стирая с него кровь Монтаны о снег. Я схватила Джулиуса за руку, пока он продолжал свирепо смотреть на Фабиана, и потащила его к грузовику.
— Ты можешь присмотреть за мной, пока я сплю, — сказала я, когда он нахмурился.
— Это звучит действительно жутко, — пробормотал он, уступая моему требованию и следуя за мной, когда мы оставили Фабиана и остальных позади. — Но я соглашусь, чтобы удостовериться, что никто больше не попытается высосать твою кровь, пока ты в отключке.
— Идеально, — пробормотала я.
Я запрыгнула в кузов машины и улеглась на одну из мягких скамеек.
Джулиус устроился рядом со мной, и я, не теряя больше времени, закрыла глаза и потянулась к сознанию Валентины. Я обнаружила, что она ждет меня, и нырнула прямо внутрь, стиснув зубы в предвкушении.
В тот момент, когда я появилась в ее сне, я захватила над ним контроль. Я убрала все, что она создала для себя, не потрудившись взглянуть на это, и сформировала пейзаж по своему собственному желанию.
Я окружила нас огнем и серой, облачившись в длинное черное платье и водрузив на голову сверкающую серебряную корону, просто чтобы подразнить ее.
Я вернула Валентине ее лохмотья и, подойдя ближе, приковала ее к полу у своих ног.
Она начала смеяться, когда посмотрела на меня.
— Тебя что-то позабавило? — Спросила я, и тени растянулись вокруг меня, потянувшись к ней когтистыми пальцами.
— Тот факт, что ты здесь, должно быть, означает, что мой побег действительно вывел тебя из себя. Мои сторожевые псы спасли меня и оставили тебя снова оплакивать их. — Она снова рассмеялась, и я сделала шаг к ней, а пламя, окружавшее нас, вспыхнуло в ответ на мой гнев.
— К счастью для тебя, мы не хотим причинять им вред, — прорычала я.
— Я хорошо вознагражу их за верность, когда проснусь, — прошипела она, и показала мне воспоминание о них троих в постели Клариссы в замке Бельведер.
У меня внутри все сжалось, когда рот Магнара прошелся по ее плоти, и она потянула его за пояс, требуя от него большего. Ревность и чистая ярость зажгли во мне фитиль, и я стиснула зубы так сильно, что удивилась, как они не хрустнули. Как она смеет так ими пользоваться? Как, блядь, она смеет подчинять их волю и злоупотреблять ими ради своих собственных болезненных желаний?