Врата: Северный ветер. Том 4 (СИ)

— А ничего, что я как бы из другого мира?
— Тысячи лет прошли всё-таки, — пожала плечами Эрин. — Мало ли в ком могла собраться необходимая комбинация… И вообще!
Апостол повернула голову и с иронией посмотрела на Сергея.
— Вяземский! Я вообще-то о детях говорю! Почему такая реакция, а?
— Такая — это какая? — хмыкнул разведчик.
— Слабая! Где бледность? Где страх в глазах? Безобразие! Так даже дразниться не хочется — никакого удовольствия!
— Ну, уж прости, что я такой бесстрашный. Что-что, а уж это меня не пугает.
— Прям вообще?
— Прям вообще. Ни капельки.
— Ну лааадно… — протянула Эрин. — Нашим когда будем сообщать?
— Нашим — это кому? — уточнил Сергей. — Ольге или Шари? Так они и так спят и видят, что мы вместе будем.
— Тоже верно…
— Меня скорее твои родители в этом плане настораживают.
— А что мои родители? — пожала плечами апостол. — Они будут только за. Папа ещё рассчитывает внучку понянчить, а мама примет любой мой выбор. Да и против внучки тоже не будет. А что насчёт твоего командования? Они-то против не будет? Отец рассказывал, что в Германии с местными шуры-муры крутить было нельзя.
— Так мы же вроде и не в Германии, да и ты не совсем местная, — хмыкнул Вяземский. — К тому же у нас в крайнее время не то чтобы прям зелёный свет дали на… контакты с местными. Но смотрят на это скорее нейтрально.
— Нейтрально, говоришь? — задумалась чёрная жрица. — Ну ладно, поживём — увидим…
— Доживём — узнаем, — Вяземский вздохнул. — Выживем — учтём…
* * *
По возвращению в Китеж, Вяземский по уже сложившейся привычке первым делом отправился в штаб, вполне резонно подозревая, что его ждут какие-нибудь очередные задачи, постановка которых требует его личного присутствия.
Однако, даже не дойдя до штаба он оказался остановлен и аккуратно пойман.
— Сергей Алексеевич? — Ядров появился почти что из ниоткуда, вынырнув откуда-то из-за угла одной из казарм. — Есть разговор.
— Разумеется, товарищ полковник, — кивнул разведчик. — Подойти к вам в кабинет? В какое время?
— Обойдёмся без кабинета. И да — хорошо бы поговорить прямо сейчас.
Вяземский снова кивнул, но насторожился. Хотя, и не испугался. Причин опасаться контрразведчика у него не было совершенно — ни мнимых, ни надуманных. Тайну портала Сергей хранил намного лучше многих и тщательно следил, чтобы из его батальона ничего на сторону не утекало. Ну, кроме тщательно согласованных с начальством аккуратных сливов информации.
Но это сам майор.
А, возможно, проблема была с кем-то из подчинённых… Или же на горизонте замаячила не слишком публичная или не слишком чистая операция, а возможно — и то, и другое сразу.
— Спрошу напрямик, — не стал тянуть кота за разные места фээсбэшник. — Какие у тебя отношения с апостолом Эрин?
— Хорошие, — разведчик слегка удивился вопросу, но виду не подал. — Можно даже сказать — вполне дружеские. А что такое?
— Сергей, я же не об этом, — слегка поморщился Ядров. — Ты же понимаешь, что Эрин — персона как бы не важнее той же принцессы Афины и хорошие отношения с ней для нас не то что важны, а совершенно необходимы. Да, конечно, мы тоже им нужны…
— Товарищ полковник, я не очень понимаю…
— Что ж ты дураком прикидываешься-то? Ты же всё прекрасно понял. Но хорошо, если так хочешь… Насколько серьёзны твои планы в её отношении?
— Товарищ полковник, а вам не кажется, что вы лезете немного не в своё дело?
— Ошибаешься, майор, — спокойно ответил Ядров. — Это дело как раз-таки очень даже моё. Вы сейчас сойдётесь, потом разругаетесь, разбежитесь, Эрин откажется работать с тобой… Или даже если ты просто будешь в корпусе. А нам тогда нового человека в курс вводить и заново лояльность выстраивать. Служебные романы — дело такое…
— Это не служебный роман, товарищ полковник, — процедил Вяземский.
— Не горячись, Сергей, — примирительно улыбнулся фээсбэшник. — Если это так, то я буду только рад. Сам должен понимать, что тут последствия будут посерьёзнее, чем от романа менеджера и секретарши, так сказать.
  
— Я вроде не давал поводов сомневаться в своей серьёзности.
— Сам же знаешь: доверяй, но проверяй — это девиз нашей конторы и всех, ей подобных.
— Я бы сказал, что девиз особистов — это «все лгут».
— Сам понимаешь — работа у нас такая, — пожал плечами Ядров. — Устранять, а лучше предотвращать угрозы. И реализовывать возможности.
— И что же в данном случае наличествует?
— Очень смешно. Конечно же возможность. Даже не для тебя или меня, а для страны.
— Звучит, как какой-то династический брак, — усмехнулся Вяземский.
— Иногда новое — это всего лишь хорошо забытое старое, — снова пожал плечами полковник. — Если это тупо, но работает — это не тупо.
— А что насчёт контактов с местными? Это же вроде не одобряется.
— Опять делаешь вид, что не понимаешь… Сам же позавчера был на разбирательстве, — напомнил фээсбэшник и устало зевнул. — Так что наверняка в курсе, что, может, и не одобряются, но и не порицаются. А если они несут стратегическую ценность, то можно, например, на ту же матпомощь рассчитывать…
— Вот уж о чём, о чём, а о деньгах, я сейчас меньше всего думаю.
— Деньги — не цель, но средство. Чаще всего — очень даже полезное. На квартиру, вон, заработаешь скоро.
— Вы мне ещё предложите очередное звание и премию за супружескую верность, — фыркнул разведчик.
— Ну, званиями тебя и так не обделили. После Гагарина ты, вероятно, первый, кто из старлеев сразу в майоры прыгнул. А можешь вскоре и дальше продвинуться — обстановка тут, считай, военная, так что всё проще и быстрее становится.
— Ну, вы, конечно, сравнили — где Гагарин и где, блин, я… Я-то ничего и не сделал толком.
— А что? Юрий Алексеевич, конечно, первым в космос полетел — это да. Но если начистоту — он тоже лично ничего такого и не сделал. Сделали конструкторы, что придумали ракету и космический корабль; сделали учёные, которые всё это рассчитали; сделали рабочие, которые воплотили это в жизнь… Страна сделала. Но кто-то должен был пойти вперёд. Ты вот тоже пошёл вперёд и установил контакт с важными личностями, ключевыми личностями даже можно сказать.
— А вы не переоцениваете значимость личных связей? — спросил майор.
— А ты их не недооцениваешь? — усмехнулся Ядров. — Не маленький уже, да и в армии не первый день, так что прекрасно знаешь, что через личные связи как раз много и решается. Знаешь, а всё равно лукавишь.
— Ну, хорошо, хорошо… Понял я, что моя связь с Эрин очень важна.
— И связь важна, — кивнул полковник. — И Эрин важна. Нет, мы справимся и без её содействия — рано или поздно справимся. Но это займёт время. Возможно — слишком много времени. А его у нас может и не быть. Сам посуди — нужного нам лояльного правителя хоть Востока, хоть всей Империи найти хоть и непросто, но возможно. А апостола — нет. А это прямой доступ к таким технологиям и знаниям, которые имперцам и не снились. Магия, технологии, биологии… Одни только физические данные чего стоят — сила, скорость, выносливость, продолжительность жизни. И всё это не в особо близкой перспективе, а буквально через десяток-другой лет.
— Да меня можете не агитировать — сам всё понимаю, — ответил Вяземский.
— В общем, ты меня услышал, майор. Не подведи.
Сергей проводил полковника мрачным взглядом.
— Дожили… — проворчал разведчик. — Не Федеральная служба безопасности, а Федеральное сводничество аж до брака…
— Ты так-то про чекистов не говори, да? — послышался где-то позади ехидный голос Кравченко. — А то потом извиняться придётся — искренне и от всего сердца.
— Ну и извинюсь, какие проблемы, — буркнул Вяземский. — А вы чего по кустам прячетесь, Денис Юрьевич? Нынче в вашем положении — несолидно.
— Нынче в моём положении несолидно палёную водяру пить и рукавом занюхивать, если можно взять нормальный коньяк и лимончик, а это так, фигня, — хмыкнул полковник, подходя поближе. — А уж посмотреть на твою мрачную рожу, пока тебя Ядров прессует — редкого стоит.