Реинкарнация: В волшебном мире с кошкодевочками и безграничной системой 1. Мессия империи зверолюдей

Женщина взглянула на меня, и я слегка смутился. Встав, обошел стол и направился к ней навстречу. Приподняв брови, она продолжила идти, и расстояние между нами медленно сокращалось.
Приблизившись, она остановилась, произнося с ухмылкой:
— Ты что-то хотел от этой ма-мо-чки?
— Давай… потанцуем?
Её глаза на мгновение задрожали, а затем появилась уверенная улыбка и твердость, хотя какая-то не такая, как обычно. Будто…
— Хех, пойдем, малыш.
Волчица схватила меня за руку и потащила танцевать. Увидев это, оркестр, который за несколько выступлений богов музыки и пения понял, какие песни нравятся Посланнику, тут же начал играть медленный танец.
Волчица обнимала меня, прижимая словно плюшевую куклу, а я несколько раз успел пожалеть о приглашении. Некоторые бросали на нас насмешливые взгляды, но женщину это, казалось, совсем не волновало, и она продолжала, хоть и немного неловко, танцевать.
Когда танец закончился, Тристана спросила:
— Понравилось танцевать с ма-мо-чкой?
— Да… Вы ходили с Лисанной на балкон? Проводишь меня?
Женщина задумалась на несколько секунд и кивнула. По пути я захватил несколько стаканов с отдельного столика с чистой посудой и графин абрикосового сока, и мы прибыли на балкон.
Он был огромным… Конечно, сравнивать с увеличенным рунами пространством бального зала нечего, но здесь даже поместились столики и диваны, а в пяти метрах от нас открывался прекрасный вид на ночную столицу внизу, которая все еще праздновала, хотя многие, особенно семьи с детьми, наверняка легли спать.
Тут было несколько групп дворян, но и для нас с Тристаной нашлось место у перил и даже два кресла с небольшим столиком.
Поставив стаканы и графин на стол, я налил нам сок.
— Будешь?
— Сначала наливаешь, а затем спрашиваешь? — Усмехнулась волчица и взяла свой стакан, начав пить и смотреть на город внизу.
Я присоединился, и мы молча наслаждались прохладой и открывающимся видом, опираясь о перила.
В небе светила полная луна, ярко освещая пару облаков. Горело множество звезд. Сзади из башни доносилась едва уловимая музыка и смех. Внизу иногда кто-то громко выкрикивал пожелания Посланнику и империи…
— Мне уже сорок семь лет… — Начала вдруг Тристана, и мои глаза округлились. Заметив это, она криво улыбнулась. — Что, удивлен? С А-рангом тело начинает молодеть. Но не душа…
Она замолчала, и я различил боль и тоску в фиолетовых глазах, продолжая молча пить сок и думая, как приободрить женщину.
— Ты красивая, и тем более молодая. А возраст — просто цифра в уме. Многие мужчины были бы счастливы иметь такую жену.
Глаза волчицы наполнились еще большей болью, а я спешно начал соображать, что сказал не так.
— Такая я никому не нужна… — Горько усмехалась волчица, продолжая потягивать сок. Отстранившись от перил и прислонившись к спинке кресла, она взглянула на меня. Мы молча смотрели друг на друга, пока она не продолжила, со вздохом переводя взгляд на яркую луну.
— Когда мне было девятнадцать, я была молода, амбициозна… и влюблена. Я успела побывать в подземельях, работала наемником и авантюристом, а затем окончила курсы имперской академии. Я, Лизель и… Ронан. — Глаза Тристаны увлажнились, а голос дрогнул. — Лизель и Ронан были лучшими друзьями, а я была девушкой Ронана. Мы с Ронаном собирались вступать в ряды серебряных рыцарей. Лизель больше интересовался магией и устроился в гильдию магов. Все было хорошо, пока…
Волчица вздохнула и закрыла глаза правой рукой, глубоко вдыхая несколько раз. Убрав руку с лица, она выпила сока и продолжила грустным, но более сдержанным, холодным голосом:
— У меня обнаружилось бесплодие. Я не могла… Не могу иметь детей. Мы с Ронаном обращались к целителям, и они несколько недель обследовали мое тело, но ничего не нашли. Я даже обращалась к богине целительства, но она сказала, что дело в моей душе, и что она не может помочь…
Мы были в отчаянии. Ронан отправился в гильдию магии, надеясь найти что-то в их библиотеке, а я искала других целителей или богов. Но все было напрасно, пока однажды Лизель не сказал, что слышал слухи о недавно возникшем подземелье на окраине империи, в которое вошла группа В-ранговых, среди которых был маг без руки. После победы над боссом выпал кристалл, что испускал исцеляющий свет, восстанавливая всей группе силы и даже отращивая магу руку. А когда маг был вылечен, кристалл рассыпался.
 
Я скептически отнеслась к этому, тем более что нам не хватало сил, чтобы сравниться с В-ранговой группой. Лизель меня поддержал и предложил сначала собрать группу побольше или повысить наши силы, прежде чем пробовать покорять подземелье. Ронан не унимался, но нам с Лизелем удалось его убедить… Я так думала.
Тристана вновь прикрыла свои глаза правой рукой. Сквозь пальцы потекли слезы.
— Ронан продал все свои вещи, купил кулон А-ранга и отправился в подземелье в одиночку. Он был сильным воином и фехтовальщиком. А еще храбрым, смелым… И безрассудным. *Вздох* Когда он пропал на несколько дней, я начала волноваться и обратилась к Лизелю, академии и даже его племени. Там я узнала, что он продал всё и ушел, не сказав ни слова. В шоке я побежала к Лизелю, и мы быстро выяснили, где он. Обратившись к рыцарям за помощью, был сформирован отряд спасения, но он не мог войти в подземелье, пока бой не закончится. Только если Ронан каким-нибудь образом уничтожит всех монстров или погибнет сам.
Группа целителей, Лизель и я ждали у подземелья, но Ронан не появлялся, а вход в подземелье не открывался. Из-за ускоренного времени я понимала, что он пережил там уже недели. Мое сердце обливалось кровью при мысли, через что он проходит.
Когда портал подземелья открылся, на полу появился Ронан. Весь в крови, на его глазах была повязка из оторванного рукава рубашки. По всему телу были колотые раны. Часть кожи была покусана, часть — обожжена. Но самая ужасная рана была на голове. Его череп был треснут, и постоянно текла кровь…
Тристана замолчала, глубоко дыша. Я подсел к ней и приобнял, стараясь утешить. Ближайшие к нам дворяне давно покинули балкон, уловив атмосферу. Спустя несколько минут она продолжила:
— Его не смогли спасти. Повреждение головы было слишком серьезным. Его последними словами было:” Прости, я уничтожил гада, но кристалла у него не оказалось…” — Волчица снова вздохнула, сдерживая слезы, и взглянула на луну.
Мы замолчали, так и сидя в обнимку, думая каждый о своем.
“Кира, ты знаешь, что у неё с душой?”
[Да. Ядро её души повреждено. Кажется, могущественный бог в её прошлой жизни совершил зло.]
“Это можно вылечить?”
[Да, способов много. Самый простой — принять её как жену, и её [Ядро Души] восстановится~ И чем выше будет синхронизация — тем быстрее это произойдет.]
“А другие способы?” — спросил, чувствуя себя странно. Все вечно сводится к гарему…
[Попросить Верховную Богиню-Мать Жизни и Природы, или развить навык [Исцеляющее Прикосновение] до божественного ранга. Или купить в магазине предмет. О-очень дорогой предмет~]
“Что значит попросить Верховную Богиню? Она согласится?”
[Не знаю~] — ответила Кира, и я отбросил этот вариант. Она и так многое для меня сделала и даже спасла жизнь. Брр… Не хочу вспоминать. В общем, купить предмет или развить навык…
Взглянув на Тристану, я увидел, как она смотрит на меня. Наверное, уже долгое время, пока я общался с Кирой. И все это время я её обнимал.
— Эмм… — Пытаюсь что-то сказать и ощущаю поцелуй! Мягкие теплые губы целуют меня. Неуклюже, доминирующе. Волчица оторвалась и ожидающе уставилась на мое лицо.
“Дорогой, я и Руми даем согласие~” — прозвучал в голове голос рыськи, и я повернул голову в сторону входа на балкон. Там мелькнули три тени с кошачьими хвостами и скрылись.
Вновь смотрю на Тристану и не знаю, как реагировать. Она все это делала, чтобы я вылечил её? Время уже ночь, большинство дворян давно разошлись по комнатам и гостиницам. Глаза слипаются, тем более после дня ношения наручей и выматывающих разговоров. В голову совсем не лезут мысли.