Я из ДМ 9 (СИ)

— Да кто же ты такой? — завопил пятый, бросаясь на меня.
Представляться и давать визитку не было времени. Замах танто встретил двумя руками. Блок пришелся как нельзя кстати, вот только этот засранец воспользовался массой тела и вдарил мне коленом под дых. Воздух тут же попытался покинуть легкие, чтобы посмотреть на храбреца. Я не дал ему этого сделать, задержав дыхание и локтем вмазав по красному уху.
Дальше я превратился в скользящую тень, которая возникала то возле одного, то возле другого якудзы. Удар, удар, подсечка и новый противник. Танто от греха подальше я забросил за мусорные баки. Кацуми тоже не отставала от меня в танце боли.
Противники сначала сопротивлялись активно, но с каждым получением новой порции звездюлей всё больше и больше успокаивались. Я был у них вместо валерьянки, успокаивая товарищей крепкими ударами. Кацуми же мягко успокаивала лежащих, но шевелящихся.
Да, не всё прошло гладко. Я тоже получил несколько ударов, но не запачкав руки вряд ли выроешь картошку. Завершающим ударом стала звучная оплеуха, отправившая Изао к остальным в счастливое бессознательное состояние.
— Вот и всё, — выдохнул я, выпрямляясь и ощупывая ноющую челюсть.
— Изаму-кун, это было лучшее свидание, на которое меня приглашали, — счастливо улыбаясь, сказала Кацуми.
— Ого, похоже, что я многого о тебе не знаю, Кацуми-тян. Какие же у тебя хреновые свиданки были раньше, — хмыкнул я в ответ.
— Ну, были и были. Ничего серьезного, — отмахнулась она. 
— Ладно, поехали в другое место. А то тут скоро медработников вызовут, надо же этих засранцев подлечить. Иначе будут валяться на асфальте — простынут, заболеют и помрут…
Кацуми рассмеялась и потянула меня прочь из темного закоулка. Я только на пару секунд задержался, когда увидел, что из-под мусорного бака вылез белый котенок с голубыми глазами. Котенок показал лапкой на лежащих Изао, Кио и Изаму, а после провел лапкой у себя под подбородком.
Я споткнулся. Такой удобный случай, они лежат бездыханными и у меня ещё есть силы, но… но рядом Кацуми, а я не хотел в её глазах представать безжалостным убийцей. 
— Что случилось, Изаму-кун? — спросила Кацуми с безоблачной улыбкой на лице.
Как же она будет на меня смотреть, если я сейчас подойду и сверну шеи лежащим? Да и слишком много свидетелей того, что мы выходили все вместе. Нет, сейчас точно не вариант…
— Да не, ничего, просто споткнулся, — улыбнулся я и подпрыгнул. — Похоже, что перетренировался.
— Да? Тогда пойдем. Пусть нам завернут еду с собой. Скоро закат, а я знаю такое отличное место, где им можно полюбоваться во всех красках, — потянула Кацуми за собой.
— Конечно же идем. Всю жизнь мечтал полюбоваться на закат.
Когда я обернулся в последний раз, то котенка возле лежащих тел уже не было.
  
Глава 17
 
Харуто сказал, что отправка пока ещё задерживается. Не хватало двух человек до полной нормы. Я кивнул. Что же, если этим засранцам не хватает двух человек, то они найдутся.
В тайне ото всех я прокрался ночью к Киоси в комнату. Скользил беззвучной тенью, но всё равно этот пройдоха меня учуял. Похоже, что его нос предупредил раньше ушей. Всё-таки у тануки много осталось от зверей.
— Ты чего, босс? — спросил он еле слышно, когда я бесшумно открыл дверь.
— Я к тебе, — затупил я в ответ.
Ну да, я-то думал, что незаметен, а оно вон как вышло.
— Тогда проходи. Только угостить нечем, я всё съел, — виновато произнес Киоси, а я услышал, как в темноте шуршат конфетные обертки.
Убирает под матрас? Жадина-говядина.
— Да нет, я сыт, — ответил я, не желая ставить возможного соратника в неудобное положение.
— Тогда повторюсь — ты чего, босс?
Я присел на циновку, скрестил ноги в позе лотоса и произнес:
— Киоси, вот и пришло то время, когда только от тебя будет зависеть выполнение операции. Ты готов к этому?
— Да я для этого родился, — заворочался Киоси.
— Тогда слушай, что нужно сделать. Завтра, в двенадцать часов, ты должен быть на площади Сибуя. Там тебя дернет за руку маленькая девочка. Вот с этой девочкой ты и должен будешь отправиться в детский дом.
 
Киоси почесал затылок. Похоже, что зря я пришел к нему ночью — его мыслительные способности и днем-то не очень, а ночью и вовсе превращаются в ледяные айсберги, медленно плывущие по океану разума.
— Какая девочка?
— Да тебе не всё ли одно? Подойдет девочка, дернет тебя за руку и вы отправитесь в детский дом. Там слушайся девочку, она скажет, что нужно сделать.
— Нет, но я же должен знать, что нужно делать...
— Да. Вы вместе пойдете на дело. Девочка проинспектирована мной лично и если вы сделаете всё четко, то домашнее задание будет легким. От ваших действий зависят жизни нашего отряда.
Улыбка расцвела на лице Киоси. До него доперло, что я хотел сказать. И от сознания важности дела его грудь расширилась. Ещё бы — он будет играть главную роль в предстоящей операции!
— Босс, я справлюсь! Я их всех убью — один останусь! Не надо девочку — я сам все сделаю!
Вот и как с ним после этого разговаривать? Я ему одно, а он другое. Пришлось взять его за ухо и неторопливо проговорить:
— Я сказал, что девочка главная. Иначе ты останешься дома и будешь помогать Мэдоке на кухне. Все понял?
Киоси тут же закивал. Я же вздохнул в ответ. Нехорошее чувство закралось в грудь, заскребся червячок недоверия, как предвестник неудачи.
Пришлось ещё раз потянуть за ухо и прошептать:
— Ты всё точно понял?
— Да, босс! Ай, не тяни, а то оторвешь нафиг!
Я отпустил и проникновенно проговорил:
— Тогда спокойной ночи. Набирайся сил, Киоси-кун. Помни, господин Аяда, что от тебя зависит судьба нашего предприятия. Только от слаженной работы. Только от полного подчинения. Если вы провалитесь, то пара десятков детей превратятся в бесчувственных убийц. Ты же не хочешь этого?
— Босс, я сделаю всё, что от меня зависит. И даже больше!
— Вот и хорошо. Сейчас спи.
Я погладил мелкого коллегу по голове и также бесшумно выскользнул вон из комнаты. Чуть не столкнулся с сэнсэем. Норобу вопросительно смотрел на меня, склонив голову на плечо.
— Желаешь объясниться? — спросил он меня.
— Вот вообще никакого желания. Сейчас бы поспать пару часиков, — потянулся я, отчаянно зевая.
— А по башке не хочешь получить?
— Желания ещё меньше, — покачал я головой. — Ты же не отстанешь?
— Конечно не отстану. Вообще не люблю ни тайн, ни тех, кто эти тайны накручивает. Ты чего у Киоси делал?
Я поджал губы. Если расскажу, то Норобу вряд ли одобрит мою аферу. Но с другой стороны — я не хотел рисковать своим отрядом, а тем более показывать их якудза. Да, это наше общее домашнее задание, но сделать легче двоим. Легче проникнуть и добраться до главарей, чем если бы пошли дружной толпой.
— Идем, — вздохнул я тяжело. — Всё равно уже не усну.
Мы дошли до моей комнаты. Там я закрыл дверь и потянулся поставить чайник. По всей видимости, разговор у нас будет не из легких...
Сэнсэй сел за стол и уставился на меня немигающим взглядом. От такого взгляда любому стало бы неловко — как будто удав гипнотизировал кролика. Вот только я кроликом не был, меня так просто не взять, поэтому я уставился в ответ.
— Значит, начну я, — со вздохом произнес Норобу. — Тень, мне не нравится то, что происходит между нами. У тебя появились тайны от меня...
— Сэнсэй, я...
— Заткнись и слушай. Я наблюдаю за тобой уже не первый день. Вижу твои исчезновения, но всё жду, когда ты мне откроешься сам, без принуждения. Ты играешь в какую-то свою игру? Что ты делаешь? К чему стремишься?
Я вздохнул и засыпал заварку в заварочный чайник кюсю. Терпкий аромат тут же коснулся ноздрей, заставив их слегка расшириться. Продавец говорил, что этот чай Каванэ Мидори успокаивает и приводит мысли в порядок. Мои мысли сейчас были в норме, но вот сэнсэю следует успокоиться, чтобы не навалять мне от души.