До нас (ЛП)

Зак: Ты получила документы?
Эм: Да. Спасибо.
И на этом всё.
Я оставляю бумаги в ящике прикроватной тумбочки до конца лета, пока мы с Лией фотографируем пять свадеб, делаем множество семейных фото, будуарных съемок и хвастаемся всеми бесплатными вещами, которые нам присылают за наш статус инфлюенсеров.
Лии не требуется много времени, чтобы уговорить меня переехать в Лондон с ней и ее мамой. В конце лета мы возвращаемся в США, чтобы упаковать все наши вещи. Мне упаковывать нечего, но меня ждет неоконченное дело, поэтому я лечу в Атланту, а Лия едет в Нью-Йорк, чтобы забрать последние вещи и свою маму.
Без предупреждения я подъезжаю на Убере к дому Зака и замечаю незнакомую машину. Мне требуется несколько вдохов, чтобы разобраться с возможными вариантами, которые сулит незнакомая машина. Надеюсь, жизнь была к нему благосклонна, и он нашел женщину, которая заставляет его смеяться. Возможно, это тот финал, в котором я нуждаюсь, прежде чем открыть следующую главу моей жизни.
В доме горит свет, и он приносит совершенно новый прилив эмоций, который, как мне казалось, я контролировала. Сделав несколько глубоких вдохов, я вылезаю из Убера и, волоча с собой чемодан, заставляю себя процокать на каблуках к входной двери. Дрожащим пальцем жму на звонок. Через несколько секунд дверь открывает незнакомый мужчина.
— Здравствуйте. — Он улыбается. — Могу я вам помочь?
— Зак дома?
Его лоб хмурится.
— Нет. Извините. Он здесь больше не живет.
— О… — Я прочищаю горло, пытаясь осознать услышанное. — Вы случайно не знаете, где он теперь живет?
Идиотка. Почему я продолжаю заявляться к нему внезапно? У меня есть его номер телефона. Это трудно объяснить, но я просто хочу сделать ему сюрприз.
— Простите. Я не знаю.
— Ничего страшного. Хм… спасибо. — Сверкнув улыбкой, я возвращаюсь по подъездной дорожке и заказываю еще один Убер.
Вот вам и элемент неожиданности. В итоге, удивленной оказалась я. Почему он продал дом? Слишком много воспоминаний? Из-за другой женщины?
По пути в ближайшую гостиницу звоню ему. Раздается четыре гудка, и я подумываю повесить трубку вместо того, чтобы оставить сообщение, но тут он отвечает:
— Привет.
Я хочу ответить, но его голос оказывает на меня странное воздействие.
— Привет, — наконец, произношу дрожащим голосом.
— Как дела? — спрашивает он с гораздо большей уверенностью, на какую я способна в данный момент.
— Все… хорошо. Вообще-то, я в Атланте. Ты переехал.
— Да. Что привело тебя в Атланту?
Господи… он воскрешает всех бабочек в моем животе.
— Хм… — Невероятно, что он спрашивает меня об этом. Он должен понимать, почему я здесь. — Довожу дело до конца.
— Ясно. Ну, так случилось, что я тоже в Атланте.
— Удачное время, — говорю я, прежде чем между нами повисает долгая пауза. — Мне понравились твои фото в Instagram. Нила настоящее сокровище. Аарон и Данни выглядят такими счастливыми. Ты тоже выглядишь счастливым.
— Ха. Да, столько фото. Это все Меган. Из-за нее я публикую фото. Мы довольно много летаем вместе. А она фанатка Instagram.
Ладно… я предполагала, что причина во мне. Чтобы таким способом поддерживать связь между нами.
— Стюардесса?
— Пилот, — говорит он.
Я не имею права ревновать. Все обычные сомнения выстраиваются в ряд в моем сознании, повторяя лекцию о причинах, по которым я отпускаю Зака. Тем не менее, мой разум, кажется, отлично справляется с многозадачностью. Я могу прочесть себе лекцию и иррационально ревновать к этой цыпочке Меган, которая фотографирует задницу моего мужа. В скором времени бывшего мужа.
— Она замужем?
— Нет. А что?
— Да так.
— О! У Меган есть кот по кличке профессор Дамблдор. Я рассказал ей о Гарри Паутере. Она решила, что это потрясающе.
Такую радость ему доставляет профессор Дамблдор или одинокая Меган?
— Ты рассказал ей о моем коте?
— Конечно.
— Значит, ты рассказал ей обо мне?
 
— Я рассказал ей, что у меня есть друг с котом по кличке Гарри Паутер.
Иисусе… кто мы? Отлично. Я понимаю. Он не хочет рассказывать миру, что женат, но разве я не заслужила быть его…
Я даже не знаю, как закончить эту мысль.
Его девушкой?
Я не его девушка. Мы закончили без слов. Я не могу просить его ждать меня, пока ищу свое место в этом мире. А он не может просить меня быть с ним, будто он и есть это место.
Ведь это не так… верно? Мое место в жизни не может быть человеком. Или может?
Мое сознание скручивается в один большой узел. Мы закончили. В доказательство этому в моей сумке лежат документы о разводе.
— Где ты? Ты ужинала? — прерывает он мои мысли.
— Выхожу из Убера у отеля «Мариотт». Наверное, закажу еду в номер.
— Я заберу тебя и отвезу на ужин. В каком ты «Мариотте»?
— Эм…
Я улыбаюсь водителю Убер и благодарю, когда он ставит мой чемодан на бордюр.
— Нет. Я не ужинала. Отель на Пичтри Сентер Авеню.
— Встретимся у входа через двадцать минут?
— Звучит ммм…
Болезненно.
— Отлично.
Сняв номер и быстро поправив прическу, я спускаюсь в вестибюль. Как только прохожу через парадную дверь, вижу Зака, прислонившегося к борту своей машины, с широкой улыбкой на лице.
Сохраняй спокойствие.
Я не могу. Во мне не осталось ни грамма спокойствия, когда мои ноги мчат меня к нему, и я бросаюсь в его объятия. Сколько пар заканчивают свой брак с таким энтузиазмом?
— Скучала по мне? — усмехается он.
Я очень стараюсь не плакать. И мне это удается, но с трудом.
— Нет, — говорю я, когда он ставит меня на ноги. Я быстро вытираю уголки глаз и слегка смеюсь. — Ты выглядел так, будто нуждался в объятиях.
Зак чешет щетину на подбородке. Я люблю его и чисто выбритым, и обросшим. Я люблю его любого… я люблю его всегда.
— Думаю, да. — Он подмигивает.
У меня щеки болят от ухмылки, которую он у меня вызывает.
— Жирные гамбургеры и картофель фри? — Зак открывает передо мной пассажирскую дверцу. — Или Лондон испортил тебя для дерьмовой американской еды?
Я смеюсь.
— Даже и близко нет.
Когда он отъезжает от тротуара, я ловлю себя на том, что не могу оторвать от него взгляд. Будто он на суперклее.
— Почему ты продал дом?
Он смотрит на дорогу и пожимает плечами.
— Время пришло.
— Мне казалось, тебе нравился этот дом.
— Мне нравилась жизнь, которую я прожил в том доме, но сейчас я редко там бываю. Он стал не чем иным, как пустыми комнатами, напоминающими мне о том, что я потерял. Так что я продал его меньше чем за сутки. И купил крошечный домик.
Я фыркаю.
— Уверена, что он не крошечный.
— Нет, правда. Настоящий крошечный домик. Он стоит на земле моих родителей. Когда я работаю, мама использует его как убежище, чтобы скрываться в нем от отца.
— Ты купил крошечный дом?
Он усмехается.
— Смешно… я думала… — Я перевожу взгляд на дорогу.
— Что ты думала?
— Я думала, ты встретил кого-нибудь. И, может, для нее было бы странно находиться в том доме, где ты жил со Сьюзи.
— Моя жизнь в плане свиданий оставляет желать лучшего. Вот почему у меня не было серьезных отношений до встречи с Сюзанной. Она путешествовала по работе так же много, как и я.
— У тебя и твоей подруги с профессором Дамблдором был бы похожий график. Как там ее зовут?
— Меган.
— Меган… — эхом повторяю я.
— А ты? Встречаешься с кем-нибудь? С каким-нибудь британцем? — Он подъезжает к парковке ресторана.
— Не особо. У меня много хороших друзей, но и только. Один из них присматривает за Гарри Паутером, пока я здесь. Но он гей, поэтому не думаю, что у нас что-то получится.
Я открываю дверцу и следую за Заком в ресторан, держа в руках сумку с подписанными документами о разводе.