До нас (ЛП)

Не то чтобы я надеялась, что он здесь, в Куала-Лумпуре, но я бы не стала жаловаться. Его нелегко забыть… не то чтобы я этого хотела. Просто было бы здорово провести больше нескольких часов без мыслей о нем.
Когда Зак не сразу отвечает на мой последний пост, предполагаю, что он в полете или спит.
— Зак? — спрашивает Лия, пока мы тащимся с чемоданами в метро.
— Ага. Нет. — Я смеюсь. — Инстаграм. А косвенно — Зак. Подумала, что с моей стороны было бы любезно известить его, что я больше не в Австралии. Он попросил сообщать ему, куда я направляюсь.
— Как мило с твоей стороны.
— Что ты этим хочешь сказать?
Смотрю на нее, сузив глаза, когда мы находим место рядом с пожилой парой, которая обменивается с нами приветливыми улыбками.
Лия пожимает плечами.
— Только то, что ты ужасно мила с парнем, который не испытывает к тебе тех же чувств.
— Я не знаю, что он испытывает. — Я отвожу взгляд к окну. — И ты не знаешь, что испытываю я. У меня не возникло проблем в общении с Мартином.
— Питером, — поправляет она меня.
Я вздрагиваю. Питером Мартином.
— Хочу сказать… что проявляю дружелюбие. Я важна ему по-своему, а когда люди тебе важны, тебе бы хотелось знать, что они в безопасности. К сожалению, Зак единственный, кого волнует мое местонахождение. Вот почему я дала тебе его данные в качестве контактного лица на случай чрезвычайной ситуации.
— Говоришь так, будто мне на тебя плевать.
Я закатываю глаза.
— Прости. Присутствующая компания исключена. И я всего лишь запостила фото о своем прибытии в Малайзию. — Я показываю ей экран телефона, чтобы она могла увидеть пост. — Я не поставила #СкучаюПоЗаку. Не отправила ему сообщение о том, что не могу перестать думать о том, каково было бы ощущать на себе его обнаженное тело.
Джентльмен рядом с нами откашливается. Должно быть, он понимает по-английски. Я посылаю ему извиняющуюся улыбку.
Лия ухмыляется и понижает голос.
— Бог мой. — Ее идеально накрашенные брови скользят вверх по лбу. — Ты такого не говорила, но ты об этом думаешь.
— Нет.
— Да, — настаивает она.
Я хихикаю.
— Нет. А даже если бы и думала, то это должно быть… — Мой здравый смысл берет власть над болтливым языком.
— Что должно быть?
— Ничего. — Я качаю головой.
— Не ничего. Ты чего-то не договариваешь. Но что именно? — Лия наклоняется вперед, оказываясь со мной лицом к лицу. Взгляд отводить больше некуда.
Сжав губы, я вступаю в безмолвную игру, кто моргнет первым. Обычно я в ней хороша. Вот как мне удавалось так долго хранить свой секрет о статусе бездомной. Но я, правда, не хочу скрывать это от Лии. Кроме Зака, у меня нет других друзей. Но ему я такого сказать не могу, а мне нужно выговориться хоть кому-то, прежде чем я сойду с ума.
Поэтому я моргаю первой.
— Для меня должно быть нормально думать о Заке все, что угодно.
Глаза Лии слегка сужаются, любопытство проявляет морщинки на ее лбу.
— Потому что он мой муж.
Морщинки со лба исчезают, и ее замешательство сменяется пустым выражением, будто ее сердце перестало биться… будто от моих слов все эмоции и связные мысли пропали.
— Что, прости? — шепчет она.
— По закону. — Я испытываю необходимость дополнить новость.
— А бывает как-то по-другому? — Ее замешательство возвращается, и она склоняет голову в сторону.
Я хмурюсь.
— К сожалению, да.
— Эм… я запуталась.
Мы доезжаем до нашей остановки, и я киваю в сторону выхода. Я бы предпочла не признаваться в своем правовом проступке в присутствии англоязычных людей, вроде той пожилой пары.
— Он женился на мне, чтобы я могла получить его медицинскую страховку.
Лия смеется.
— Это безумие, Эмерсин.
— Вовсе нет, — бормочу я. — Мне она нужна.
— Эм, я несколько лет жила без страховки. Если ты молода и здорова, шансы на то, что она тебе понадобится, невелики, если только с тобой не случится несчастный случай. А тогда ты, вероятно, все равно умрешь. Так что, к черту больницы.
Мы вливаемся в поток пешеходов и направляемся к нашему хостелу.
 
— У меня незначительный недуг. Он не столь важен. И я принимаю лекарства.
— Ты говорила, что каждый день принимаешь витамины. Что у тебя за недуг? Я спрашивала, есть ли у тебя проблемы со здоровьем, которые могут помешать путешествиям.
— Он под контролем и явно ничему не мешает.
Лия вздыхает.
— Это рак?
— Нет. — Я смеюсь. — Я бы не назвала рак незначительным недугом.
— Ты удивишься, узнав, сколько людей, вычеркивая кучу дерьма из своего списка желаний, называли рак незначительным недугом.
— У меня эпилепсия.
— Иисусе…
— Нет. — Я снова смеюсь. — Не Иисусе. Иисусе — это ответ раку. Отстой — вот реакция на эпилепсию.
— Значит, в любой момент ты можешь рухнуть на землю в конвульсиях?
— Я принимаю лекарства. Такого не должно случиться.
— Но если случится… что мне делать?
— Сохранять спокойствие. Приступ закончится, и я приду в норму. — Если только не поранюсь, например, упав на полки открытой посудомоечной машины.
— Просто не надо. Пожалуйста, не делай этого, — просит она.
— Не буду. — Я смеюсь.
— И… Зак женился на тебе, чтобы у тебя была страховка. Это…
— Мошенничество?
Она смеется.
— Ну, да, но я собиралась сказать «невероятно великодушно».
— Согласна. Он шокировал меня, когда предложил это. Мне потребовалось некоторое время на раздумья, но потом я согласилась. Как-никак, у нас со Сьюзи были такие близкие отношения, и Зак начал предложение с того, что это был, в основном, акт благотворительности. Официальный брак, но не настоящий, без эмоций и…
— Секса?
Я ухмыляюсь.
— Именно. Хочу сказать, если бы он на законных основаниях попросил меня выйти за него замуж… по-настоящему… я бы не согласилась. Так что меня не разочаровало то, что предложение руки и сердца было не настоящим. Меня разочаровало то, что мое первое предложение руки и сердца было таким. Меня разочаровало то, что мой первый брак состоялся в здании суда. Меня разочаровало то, что через пять минут после того, как я сказала «да», мой муж отправился к стоматологу на плановый прием.
Я делаю продолжительный выдох.
— Только после свадьбы, пожив вместе как муж и жена — ну, не совсем как муж и жена, — я поняла, что на самом деле влюблена в своего мужа.
Лия указывает на белое двухэтажное здание справа от нас.
— И… тебе разрешено встречаться с кем угодно и когда угодно?
Следуя за ней к главному входу в хостел, я киваю.
— Да. Я ищу работу с льготами или мужа с… ну… — я смеюсь, — …с льготами.
Как только мы заходим в хостел, она поворачивается ко мне и, понизив голос, говорит:
— Но ты любишь Зака.
Моя улыбка исчезает, когда я подтверждаю плохие новости.
— Я люблю Зака.
— Ой. — Она морщит носик.
Я медленно киваю.
— Ага. Ой.
Когда Лия нас регистрирует, мой телефон вибрирует от пришедшего сообщения.
Зак: Малайзия потрясающая. Я немного завидую. Я был там только раз.
Эм: Если ты в Куала-Лумпуре, просто скажи мне об этом сейчас.
Зак: Лол, извини. Я в Детройте, жду, когда стихнет буря. Похоже, к полудню небо может проясниться.
Эм: Ты недавно навещал нашу девушку?
Зак: Конечно.
Эм: Тюльпаны цвета фуксии?
Зак: Конечно.
Эм: Прошел почти год с тех пор, как вы меня наняли.
Зак: Знаю. Как быстро летит время.
Эм: В отличие от тебя сегодня.
Зак: Туше.
Я смотрю на экран. От быстроты его ответов, мне кажется, что он намного ближе, чем есть на самом деле. За полмира отсюда. И он мог бы лайкнуть мой пост или написать какую-нибудь общую фразу в комментарии, но вместо этого пишет мне лично. Все снова кажется немного более нормальным.