Серая крепость (СИ)

На этот раз гостей заметили издали (не только животворящая капитанская п*здюлина подействовала, но и целый комплекс мер: от почти полной замены состава караулов с «братков» на «мусоров» и «политико-воспитательной работы» до «визита» половецкой орды), и когда те приблизились к воротам, их уже встречало руководство городка. И после взаимных представлений, которые уже переводил московский знаток древнерусского языка, направились на переговоры.
  
Подстать внешнему виду командира дружины пограничной стражи было и имя, в наше время, конечно же, вызвавшее бы улыбку, но в начале тринадцатого достаточно распространённое и ничего обидного не несущее — Полкан. Держался он уверенно, не реагируя ни на стрелы, всё ещё торчащие из крыш домов, ни на необычные одежды хозяев, ни на «чудеса». Видимо, не только тщательно расспросил уже бывавших на базе подчинённых, но и имел крепкие нервы, закалённые многими годами, проведёнными в пограничье.
— Ведаем мы про то, что Каир-хан приходил к вам, — кивнул он, когда это было упомянуто в разговоре. — И про то, из-за чего приходил, ведаем. Добро, что не стали под корень истреблять его войско. С половцами мы и сами, то сваримся, то миримся. Но времена ныне тревожные, и они нас от татар, которые тут, на Дону уже появились, прикрывают. Ты, князь, поминал, когда мои дружинники приходили, что татары сейчас с булгарами воюют. Нет ли у тебя новых вестей о них?
Князь — это Минкин. Раз главный в городке, значит, князь. Тем более, есть у этих странных людей воевода. Даже целых два, если считать Нестерова, как и прочие «служивые», вынужденного переодеться в «чоповскую» форму, но прикрепившего к ней погоны от форменной рубашки. Как и Беспалых, у которого «комплект» дополнила ещё и десантная тельняшка.
— Новых нет. Субудэй сейчас гоняется за йемеками в низовьях Волги, а как разгромит их хана Бачмана, пойдёт на Великий Город Биляр. Войско они очень большое собирают, каждая семья по одному воину должна дать, каждый покорённый народ войско должен выставить. И вот когда булгар окончательно покорят, их на Руси ждать нужно. Через два лета.
— Ежели булгары их не побьют, как побили на реке Суре.
— Не побьют. Там у Субудэя мало людей оставалось после Калки, а теперь многие тьмы собрались мстить за тот разгром. И на булгар, и на всю Русь хватит, и на угорцев с ляхами, и на многие другие народы по Дунаю.
— После Калки… Были ли твои люди, князь, на той реке? Сказывают, похожие на вас, на похожих на ваши чуднЫх повозках, спасли путивльского князя Изяслава Владимировича да не позволили татарам догнать и истребить русские дружины.
— Были, — не стал запираться Минкин. — Воевода наш Сергей с малой дружиной там и был. И князя того на поле раненого подобрал и к лагерю киевскому привёз. Не знал только, что это Изяслав Владимирович: больно слаб тот от раны копейной был.
— Хотел бы князь наш Юрий Святославич такую повозку у вас купить. Да оружия громового, бьющего дальше любой стрелы.
Андрон покачал головой: хотелки, конечно, у курского князя неплохие. И вполне предсказуемые.
— Ты же видел, Полкан, что у самих нас таких повозок — раз, два, и обчёлся. Да и умение надо иметь очень немалое, чтобы такой повозкой управлять. И овсом, как лошадь, кормить её не получится: не ест она его, а пьёт специальное питьё, которое из земляного масла, текущего из-под земли около Шемахи, получать надо. Много получать. Двадцать вёдер, чтобы только до Курска доехала. И оружия громового пока мало у нас, на всех людей не хватает. Опять же, не просто громом оно гремит, а заряды к нему особые нужны, которые очень сложно изготовить.
— Вот такие, — выщелкнув из магазина «Глока», выставил Беспалых на стол патрон. — И побольше размером для более дальнобойного оружия.
— Вот половецкое оружие и доспехи можем очень недорого продать: ни к чему оно нам.
— А с полоном половецким что сделать хотите? Много его у вас?
— Полон тот весь из раненых. Даже ходить эти люди сами не могут. Выжили сорок шесть, но эти уже не помрут. Пока лечим их, а что делать с ними, когда поправятся, ещё не думали.
— Выкуп за них взять не хотите?
Командиры переглянулись.
— С вас выкуп?
— С половцев. Приедут с арбами, чтобы увезти полонянников, да скот пригонят, чтобы выкуп заплатить.
Идея интересная. Тем более, на эту ораву приходится и продукты тратить, и медикаменты. И охранять их, чтобы никакой гадости не устроили. Сошлись на том, что курские пограничники предложат людям Каира в качестве выкупа по нестарой корове, либо две тёлки, либо семь овец за каждого пленника. А что? Молоко, мясо, шерсть на зиму, которая всё равно придёт, когда лето закончится. Недели через две можно посланцев с выкупом ждать.
20
Дабы гости не куксились из-за предположения, будто «вольные русские люди» им отмазки лепят, пустили Полкана и пару других бойцов постарше слазить внутрь БМД. Впечатлило! Все эти педали, рычаги, кнопки, циферблаты, тумблеры, трубопроводы… Ни хрена не понятно даже современному человеку, не сталкивавшемуся с военной техникой, а что уж говорить про средневекового. А чтобы очень уж не расстраивались и вообще с пустыми руками не ушли, подарили командиру дружины восьмикратный бинокль, который для дозорных будет очень большим подспорьем в службе. В чём Полкан и убедился, обозрев окрестности со смотровой площадки на водонапорной башне. Посетовал лишь на то, что подарок придётся князю Юрию передарить. Пришлось «раскошелиться» и выскрести из закромов ещё один, почти не пользованный.
— Откуда у вас столько железа? — не выдержал кто-то из более молодых. — Дорого оно, а у вас чуть ли не под ногами валяется.
— Бог послал, — был ответ. — Вы сами железо ногами топчете. От Курска до Козельска — сплошь железо в земле схоронено. Богатая руда, выходы которой по оврагам да ручьям искать надо.
На том и замяли тему, не желая рассказывать про иновремённое происхождение «Серой крепости». Ни к чему пока про то знать простым пограничникам, каждый день рискующим оказаться в лапах врагов Русской Земли.
Польза от визита Полкана с дружиной была ещё и в том, что договорились принимать стражников-пограничников, если те будут от погони уходить. А они время от времени наведываться на базу с вестями о появлении больших масс кочевников поблизости или монгольских дозорах в степи. И о том, что половцев пока задирать не следует.
Не успели проводить «погранцов», как пришлось остановить кое-какие работы. Что-то там потекло в дизель-генераторе, и на время ремонтных работ база оставалось без электричества. Немудрено: дизель от трактора С-100, вращающий генератор, молотит круглосуточно, хотя рекомендуется его гонять не дольше шестнадцати часов в сутки. Говорят, Панкрат очень возмущался из-за задержки работ и распорядился, чтобы впредь подобное не случалось (особенно, когда какая-нибудь инострань будет тусоваться на базе), поставить вторую такую же электростанцию, чтобы два агрегата работали посменно.
Что-то там менялось в политике «инвесторов» в отношении «охотничьей базы». Фактически полностью прекращены «увольнительные» с неё в ХХ век. Очень ограничен круг людей, которые контактируют с «засланцами». Даже водителей машин с грузами, доставляемыми для нужд городка, дальше ангара, в котором теперь открывается «дыра», запрещено пускать. А прибывающие новые специалисты и охранники говорят про пятилетний контракт без права досрочного расторжения. И Нестеров со строителями разговоры запускает про то, не хотят ли они «выписать» семью и получить компенсацию за имущество, остающееся в родных временах: машины, там, с мотоциклами, которые просто сгниют за время, пока они тут пашут. А то и квартиры…
  
С ними и с теми из отделочниц, что отошли от «ночного промысла» и сошлись на постоянной основе с мужиками. Они, к слову, уже не «за жратву» пашут, а зарплату получают. И даже в павильончике, тоже пристроенном к «штабу», могут заказ сделать на те или иные продукты и товары ширпотреба. В нём всё процентов на двадцать дороже, чем в городе, так ведь и у людей зарплаты процентов на сорок выше, чем «там». Потому и не вякают, что их задержали уже сверх изначально указанного срока: в Москве-то ещё не факт, что удастся найти хорошо оплачиваемую работу, да и за съём жилья платить надо…