Враг Системы (СИ)

— Судьба — это я есть, — со вздохом, произнес гном. — Куда я от вас… то есть вы от меня денетесь? Но это все лирика, давай вернемся к нашим баранам: как тебе парнишка?
— Способный, — подумав, выдал характеристику Хведрунг. — Пошел бы далеко, если бы кое-кто не использовал его втемную.
— Он бы и до половины не дошел, знай хоть сотую часть от всего, — проворчал гном. — Если не полный дурак.
— А может был бы куда как осторожнее, — возразил Хведрунг.
— Это уже не важно, — сказал Всеотец. — Завтра, вне зависимости от того, получится что-то сегодня или нет, его уже можно будет списывать со счетов.
— Думаешь, ОНА не простит? — усомнился Страпони.
— Точно знаю, — кивнул гном. — Если пацан способен даже просто бросить вызов сущности такого порядка как СуперИИ, то для НЕЕ он прямая угроза.
— А для нас?
— А таких как мы он скоро просто будет есть на завтрак, если захочет, — невесело отшутился Всеотец. — Разумеется, если немного подрастет, если ему дадут, и конечно, если выживет сегодня.
— Ох-хо-хох, — вздохнул Страпони. — На что же такое ты меня подписал? А уж его-то тем более… Жалко мне его.
— Вот и постарайся сделать так, чтобы у него все получилось, — нахмурился Всеотец. — А иначе, какой из тебя наставник?
— Но ведь ОНА все равно потом ему испортит жизнь, — ответил викинг. — И ни я ни ты, ничем ему помочь не сможем.
— Хоть пострадает не зря, — философски заметил гном. — Тем более ОНА и так уже натравила на него целого модератора. Да еще какого! Не простого убийцу, Легенду! С большой буквы л. Его убивали боги, за ним охотились целые народы и даже звездные империи. Он умирал тысячи раз и всегда возвращался чтобы доделать начатое. Но, даже он ничего не смог сделать.
— Это была чистая удача, — возразил Страпони. — В следующий раз он явится подготовленным в сто раз лучше. И вот тогда нам точно крышка.
— Что ж, значит, и ты, и твой подопечный к следующему его визиту должны стать в сто один раз сильнее, — развел руками гном. — А если нет, вот тогда вам точно крышка.
— О-о-о, поверь, Всеотец, мы будем готовы! — ухмыльнулся молодой викинг. — Как только завалим нашего цифрового друга, так сразу же и начнем готовиться. И я не я буду, если эта вселенная не содрогнется от нашей подготовки.
— Только пупок не надорви, содрогальщик, — рассмеялся гном. — А куда вы нафиг денетесь? Конечно завалите! Одно из двух: или своего врага или все задание целиком. И тогда вся моя помощь, все правила, что я нарушил, подсмотрев ваш путь, вся моя великолепная конспирация, все это пойдет вашему новому четверолапому и пушистому другу под хвост. Кстати, кто он такой, ты так и не выяснил?
— Не имею ни малейшего понятия, — пожал плечами Страпони. — Прибился к нашему общему другу сразу после натурализации. Агент под кодовым именем «Амбал» и агент под кодовым именем «Доходяга» утверждают, что знакомы с ним давно, еще со времен организации первого сопротивления. Предположительно объект «Мохнатая задница» был глубоко законспирированным агентом в глубоком тылу, впоследствии скомпрометировал себя при выполнении особо важного задания и подался в бега. Глубже я не копал, но на первый взгляд все сходится.
— Это странно, — задумался Всеотец. — Твои подчиненные его знают, а ты ни ухом, ни рогом. И это не кажется тебе подозрительным?
— Он вроде полезный, — скривился викинг. — Но я все равно за ним приглядываю одним глазом.
— А должен смотреть в оба! — наставительно сказал гном. — Ты, прости за каламбур, это не я, можешь себе позволить.
— Как скажешь, босс! — вздохнув, согласился Хведрунг. — Глаз с него не спущу. Но это не настолько важный вопрос, чтобы заботиться о нем именно сейчас, давай лучше вернемся к тому, что ты там говорил насчет помощи. Чем ты можешь нам подсобить?
— Пф-ф-ф! Что значит, могу? — фыркнул гном. — Я практически уже всю работу за вас сделал. От вас теперь только и требуется ничего не испортить. Ловушка поставлена, приманка заложена, крышка готова закрыться по первому щелчку.
— А что это было конкретно, ты, разумеется, не скажешь, — предположил Хведрунг. — Даже не намекнешь?
 
— Вот еще! — возмутился Всеотец. — Ты же знаешь правила: все должно выглядеть как естественный ход событий: это не я решил свалить конкурента чужими руками, это Система, наконец-то, накопила ресурсы для устранения главной угрозы себе любимой и вбухала их в одного единственного исполнителя. Да так вышло что перестаралась и теперь сама перепугалась до чертиков, а потому кинула на противодействие лучшие кадры. Считай что вы все просто оказались не в то время и не в том месте, а меня и вовсе тут, как я уже говорил, не было. Если кто спросит, я тебя не знаю, а ты меня. А Трудовика мы оба не знаем.
— Ага, сейчас, как же, не знаем! — возмутился викинг. — Тебе-то хорошо, а у меня метка его наставника стоит. Правда непубличная, но, кому надо, тот узнает. И как мне в этом случае от него открещиваться, случись что?
— М-да-а-а… — протянул гном. — Это — проблема. Хорошо, что не моя.
— Ох, отец, — вздохнул Хведрунг. — Вот вечно ты так: втянешь в неприятности, а выпутываться не помогаешь. И чем я такое отношение к себе заслужил?
— Известно, чем, — хмыкнул Всеотец. — Ты самый умный, самый хитрый и самый талантливый из всех. Кому много дано, с того и спрос велик!
— Из твоих уст слышать такую похвалу вдвойне, если не втройне приятнее, — мрачно сказал Страпони. — Но я уже не впервые жалею о том, что умом и сообразительностью пошел не в братьев. Порой, мне кажется, что тупо махать здоровенными железяками не в пример легче, чем решать подкинутые тобой заковыристые задачки.
— Кто знает? — хитро прищурившись, сказал гном. — Может и легче, а может и тяжелее, но, как говорит Пряха, у каждого свое предназначение. Цени! Осциллографом тоже можно забивать гвозди, но зачем, если вокруг полно микроскопов, а осциллограф только один?
— Про микроскопы это тебе тоже Пряха сказала?
— Нет, это один мой знакомый изобретатель, только он еще этого не сказал, но если все будет хорошо, то обязательно скажет.
— Опять твои фокусы со временем, — понимающе сказал Страпони. — Всегда завидовал твоему умению заглядывать в будущее. А вот, чисто теоретически, если я все-таки махнусь с Мимиром…
— Даст ли он тебе возможность видеть будущее? — закончил за него Всеотец. — Один шанс из миллиона. К тому же, живые не способны видеть будущее. Да и будущего, честно говоря, никакого не существует. Ни будущего, ни прошлого, ни настоящего. Есть только само время и все что было, что есть и что будет уже случилось, а нас просто несет течением по этой реке, где все уже произошло.
— Забавно, — усмехнулся Страпони. — У смертных я когда-то что-то слышал об этой безумной теории. Вот уж не думал, что ты тоже ее разделяешь.
— Выходит, те смертные были не так уж глупы, раз сумели догадаться как все устроено на самом деле, — заключил гном.
— Если все уже произошло и ты туда заглядывал, то может просветишь, чем сегодня все закончится? — снова попробовал схитрить Хведрунг.
— В одном случае все закончится хорошо, в другом не очень, в третьем и вовсе печально, — пожал плечами Всеотец. — А в сто тысяч пятисотом и вовсе обернется катастрофой. Откуда мне знать в какой из бесчисленного множества временных потоков вы свернете уже в следующую секунду, как мы с тобой расстанемся?
— Не ведь ты сказал, что уже чем-то нам помог, — задумался викинг. — А где гарантия, что это сработает?
— Скажем так, я сделал максимум из того, что было возможно, — нахмурился гном. — В большинстве случаев этого будет вполне достаточно чтобы вы не облажались. Но абсолютной уверенности нет даже у меня. В конце концов, не забывай кто наш враг. Эта чертова машина умеет просчитывать ходы куда лучше, чем все мы вместе взятые.
— А стоило-ли тогда вообще огород городить? — с сомнением спросил Страпони. — Ты не думал что все это одна большая ловушка? Давай просто предположим что он знает все, что знаем мы, а может даже немножко больше. И тогда, если он, как ты говоришь, умеет просчитывать ходы куда лучше нас, то ответ становится очевидным: мы в большой заднице. Так может свалить отсюда пока не поздно, взорвать к чертовой бабушке всю его базу в реальности и надеяться что это сработает.