Темная (СИ)

— Смерть паучьих сестер лучше переложить на плечи полукровки. — Заметила королева. — А Кэссера необходимо спрятать как можно дальше от академии. Слышишь, Ири?
— Не сомневайся.
Вскоре один из гонцов Верховной жрицы мчалась в подземное царство с неутешительной новостью: глава клана Ла Ге пала в результате подлой ловушки.  Виновен в ее смерти Масгир, нечестивый и отвергнутый муж-полукровка.
Диарра выслушала друга и хоть была во многом не согласна, но, чтобы не ущемлять и так изрядно оттоптанную мужскую гордость решила не спорить. Посмотрим, как дело обернется и предложила сходить с волками в храм, чтобы закрепить родовое соглашение. Собираться долго не пришлось. Облачившись в единственное темно-бордовое платье, подаренное еще Илоа, темная быстро спустилась во двор и вдруг услышала взрыв, полыхнуло из-за противоположного крыла так, что кое-где с тревожным звоном вылетели стекла.
— Что это? — Удивленно спросил Масгир.
Вспомнив о воинственных дроу, фейри поспешила увести приятеля подальше от эпицентра событий. Пусть принц сам разбирается со своей знатью. Может кто и выживет.
— Студенты химичат, наверное. Пошли, а то храм закроют. И так не полдень.
Ночной город встретил путников прохладной тишиной. Все меньше попадалось прохожих. Мягко горели уличные светляки, планируя над дорогами и дорожками. Красиво падали тени от широких крон и вычурных резных наличников на домах. У широко открытых ворот храма нетерпеливо прохаживалась старая волчица и двое парней. Выглядели волки бледными и исхудавшими. Увидев темную, они заулыбались, запрыгали и синхронно замахали руками. Женщина наградила их звонким лещами, дескать нечего буянить перед лицами пресветлых.
Фейри с любопытством оглядела храм и хотела было ступить за порог, как вдруг из ниоткуда появилась стройная фигура, полностью закутанная в белое одеяние с широким золотым поясом.  Темная вздрогнула, невольно хватаясь за оружие и удивленно оглядела незнакомца или незнакомку с ног до головы.
— Сердце и чело еще не раз обагриться кровью, но на орошенной почве лучше вырастит нужный побег.
Диарра скептически нахмурилась. Еще с прошлой жизни терпеть не могла экстрасенсов и предсказателей. Сказать в ответ ничего не успела, неведомый собеседник исчез, как и появился.
Старая волчица с уважение посмотрела на темную.
— Оракул почтил тебя своим вниманием. Это великая честь.
— Возможно, но я не поняла, о чем речь
— Придет время, поймешь! Пойдем, я договорилась со служителем, что он станет свидетелем и хранителем нашей клятвы.
— Простите, что так долго заставила ждать, но мне не хотелось пропускать занятия. И так догонять пришлось.
— Похвальное рвение. Не часто молодежь жаждет урвать от пирога знаний побольше. Все чаше, как мои оболтусы, все бы полегче и вскользь.
После несложной церемонии, которая состояла из одной непреложной клятвы на крови, повеселевшая компания шумной гурьбой побрела к воротам академии. Старая волчица с ними не пошла, но снабдила огромной корзиной всякой снеди. Кроме всего прочего там плескалась в бутылке из толстого стекла прикрытая полотенцем сизая брага. Парни с предвкушением оглаживали ее бока, и загадочно перемигивались. Темная тяжело вздохнула, утащила из корзины наливное яблоко и смачно захрустела.
Позвоночник кусало какое-то неприятное чувство, будто недобрый взгляд, но сколько фейри не оборачивалась никого не заметила. Только предчувствие не обманешь.
«Слежка. За мной, за волками или Масгиром?»
P.S. С нетерпением жду комментариев! Спасибо заранее!
  
Глава 22.
 
Глава 22. 
Дни плавно перетекали в недели. Учеба постепенно вошла в обычную колею. Никто не вспоминал ни о дуэлях, ни о других неприятных инцидентах. Разговоры крутились вокруг магических формул, зверств декана и завышенных требований на все более усложняющейся полосе препятствий. Особенно мальчишки смаковали, если темная пару-тройку раз падала в канаву с водой, либо попадала в магическую ловушку. Беззлобные подтрунивания заставляли девушку расцепить зубы и расслабиться. По натуре ужасный перфекционист, она готова была брать неудавшееся препятствие снова и снова, пока не падала от усталости.
 
Диарра не забыла ни о предчувствии, ни о странном предсказании, просто отложила в «дальний ящик» памяти. Она не любила предаваться рефлексии, предпочитала действовать, когда «что-то плохое» появится на пороге.
Профессор Вьерттанир, преподававший общий подход к стихиям взмахами руки демонстрировал магические макеты соединений магических потоков. Он нудно повторял изложенные в учебнике абзацы. Единственным оправданием было то, что учебник написал именно он. Диарра смертельно скучала. Она могла вместо профессора процитировать изложенное в параграфе. Рука машинально выводила на свитке формулы, обозначения стихий и скрупулезные пояснения к ним. Вот только мысли витали далеко.
Звон колокола как сигнал к долгожданной свободе. Фейри, подхватив сумку, направилась к двери, она планировала по дороге в столовую зайти в библиотеку и найти несколько фолиантов по единениям стихий. Эта сторона магии давалась ей тяжело. Возможно потому, что земля, родная стихия, более-менее уживалась только со стихией воды. Поэтому Диарра искала выход из положения в мыслях древних авторов.
Переступив порог, девушка ловко увернулась от знакомого сложенного вчетверо листка с гербом академии. Он словно поджидал ее и радостно рванул навстречу. Наступив на трепыхавшийся, на полу квадратик, темная раздраженно подумала.
«Ректор соскучился»
Махнув обеспокоенным приятелям, побрела против потока студиозов к главному административному зданию. В кабинете ректор был не один. На крайне неудобном стуле для посетителей устроился незабвенный папаша, Гедарин Иглоинс. Красивый породистый профиль, традиционная одежда цвета пожухлой травы и светлые локоны, ниспадающие по спине. Вид у фейри воинственный, но изрядно потрепанный. Глаза нервно блестели, а тонкие пальцы то и дело мяли край туники. Магический резерв его с последней встречи резко сократился и, темная понимала, что на этом дело не остановится.
Минимум для жизни? Кажется, на это намекали предки. Жалости не было, как не было и злорадства. Прислушавшись к себе, девушка поняла, светлый не вызывает никаких эмоций, будто и незнакомы даже.
С непроницаемым лицом, Диарра прошла вперед и села на краешек второго такого же неудобного стула для посетителей.
— К тебе пришли. — Лаконично отрезал дракон, машинально кивнув на вежливое приветствие студентки. Было видно, что мысли Ириадина далеко отсюда, но дела академии вынуждают оставаться на месте.
Диарра вопросительно подняла брови, но не произнесла и слова.
— Моя дочь не будет учиться в академии, дела рода таковы, что я забираю ее обратно в клан. — Возвестил Гедарин. Темная прочистила горло и вежливо поинтересовалась.
— Простите, господин ректор, но я не улавливаю: зачем я здесь?
— Твой отец…
— Еще раз прошу простить, но я этого фейри вижу впервые в жизни.
Светлый буквально захлебнулся гневом. Вскочил, готовый отвесить девушке оплеуху, но при ректоре так и не решился на подобные действия и раздраженно уселся обратно. Дракон сменил сумрачное раздражение на почти детское изумление. Помолчал немного, потом уточнил.
— Ты его не знаешь?
— Нет. Да и как мы можем быть из одного клана? Он светлый, я темная. Всем же известно, что светлые убивают темных младенцев сразу после рождения.
— Я слыхал про этот чудовищный обычай. — Ириадин нахмурился, убийство детей для  драконов страшное преступление. За такое в кланах крылатых полагалась жестокая кара — магический ритуал вырывавший душу из круга Сансары. Кстати это была так же одна из причин, почему драконы разоряли кланы фейри. Детей отдавали в другие кланы, мужчин истребляли, а женщин забирали в гаремы.