Истинная для Инквизитора, или Пленённая врагом (СИ)
— Расколдовать бы царевну-лягушку, — мурлыкнул Страж. — А то проблем выше крыши.
Как будто я специально ее в жабьей шкуре держу! Надо оно мне больно! Марина и в образе квакушки пупырчатой умудряется вредить!
— Ох, попробую … но ты сам видел, не одно заклинание не помогает. Я уж чего только не перепробовала.
— Отнесите ее к Гнилому ручью, там магия мертвая древняя, любое колдовство впитывает, чары всякие снимает, — в очередной раз помогла советом Анфиса. Не привидение, а золото просто! И чего же русалки бедняжки нашей шарахаются? Действительно, дурынды чешуйчатые!
Муженек показательно поставил банку с матушкой на стол, а мне протянул маленький мешочек, внутри которого обнаружился крохотный красный камешек и пучок неизвестных травок. Едва аромат вдохнула, сразу голова кругом пошла. Отрава … к гадалке не ходить, меня, умертвить хотели раньше времени. Видно, совсем поперёк горла встала!
Марк вырвал опасный мешочек у меня из рук и сжег тут же, одним прикосновением рук.
— Ладно, давайте есть! — решила я и двинулась к плите. Хоть напряжение сниму. Кот за мной и давай ласково о ноги тереться, подлиза шерстяная. Сметанка, значит, вкусная …
Какой тут медовой месяц, я вас умоляю! Любимый муж работой занят, да и у меня оказалось как-то слишком много обязанностей. Тут и русалки, и привидения, да еще и за территорией следи, чтобы всякие там ведьмы не наглели! Интересно, а отпуск или пара отгулов в месяц Хранительнице Горелого леса положены по должности?
***
Дом погрузился в мягкую, волшебную тишину. Только слегка потрескивал огонь в камине и Страж слишком активно мурлыкал. Марк почти бесшумно перелистывал страницы толстой книги, с напускным интересом пробегая глазами по строчкам.
— Сердишься? — я уткнулась губами в его шею, с удовольствием отметив, как сильно участился его пульс. Весь напрягся, но упрямо продолжает пялиться на буквы.
— На что? — муж небрежно отодвигается в сторону. — Так ты тащи в дом дальше сказочное зверье, вообще без претензий. Только за!
— Бестужев! — изящно забросила на него ногу, оголившись перед ним донельзя. — Ну, не дуйся, а?
— Меня сейчас твои конечности вообще не возбуждают, — отмахнулся от меня, совсем к стенке отодвинулся, будто я его насиловать собираюсь. Нет, ну и мужик достался! То из кровати не выпускает, то иди на все четыре стороны! Перевоспитывать придется по ходу.
— Да пожалуйста! — пятой точкой повернулась, замотавшись в пуховое одеяло, соорудив самый настоящий кокон. — Любовника найду, узнаешь!
Кровать сильно прогибается и мужчина угрожающе нависает надо мной, едва ли не шипя на ухо:
— Кого?
— Любовника! — пискнула и одеяло до ушей натянула. Так, на всякий случай.
Глаза мужа загораются огнем, он варварски разрывает толстую ткань моего укрытия, пух летит во все стороны, щекоча лицо и тело, Марк зарывается лицом в мои волосы и рвано, болезненно выдыхает, будто только что его заветная мечта сбылась. Ладонями проводит по телу, быстро, почти молниеносно, буквально обжигая каждым прикосновением. Он слишком горячий! Самый настоящий вулкан! И я напрягаюсь потому, что по коже уже пошли серебряные нити и маленькие, еле заметные чешуйки. Эй, только в дракона не превращайся!
— Шш, — он отстранился и бесконечно нежно посмотрел в глаза. — Все под контролем, честно. Не бойся.
— Я и не боюсь, — обвила руками за шею и прижалась так тесно, как смогла. Внутри все содрогнулось, защемило от теплоты и ласки. Хотелось чувствовать его бесконечно долго, всегда-всегда!
— И развода не попросишь? — усмехнулся, покрывая короткими поцелуями висок и еще бы чуть-чуть, сама бы замурлыкала, почище кота в соседней комнате.
— Разве отпустишь? — подыграла ему и вмиг пожалела о сказанном. Рукой за попу ущипнул и шлепнул даже для верности. А то тут осмелела, женушка!
— Никогда! — рычит прямо в губы и впивается в них поцелуем. Жадным, порочным, требовательным …
Я тону в этих прикосновениях, позволяя властным и горячим губам всё, что они только захотят. Прервав поцелуй, он начинает ласкать шею, едва-едва касаясь распаленной кожи, руки скользнули под футболку, безжалостно разорвав ее прямо на мне. Ладони тут же накрывают грудь, подвергая моих девочек сладким томительным пыткам. И тут же подталкиваю сама, направляя его губы ниже, мечтая ощутить поцелуи и прикосновения мужчины каждой своей клеточкой, каждой частичкой …
Он не хочет ждать и тратить время на долгие ласки, мы оба не можем больше терпеть, изнывая друг по другу, томительно и голодно набрасываясь. Сливаемся воедино — в стоне, в сцеплении рук, в биении сердец и рваном дыхании. Толчки становятся особенно сильными, острыми, яркая ослепительная волна наслаждения накрывает с головой и я вскрикиваю, тону в омуте райского наслаждения, зная точно — любимый мужчина не даст мне забыться …
Это самое прекрасное чувство! Принадлежать ему — душой, умом, телом!
— Я так тебя люблю, — шепчет на ушко, входя на всю глубину, снова и снова раскачивая нашу страсть, наращивая темп и вынуждая сорваться уже на жалобный и умоляющий скулеж. — Сейчас, девочка моя …
Муж падает на постель рядом со мной, грудь тяжело вздымается, но он сгребает в охапку и прижимает к себе. Продолжаю лежать, обхватив мою прелесть со всех сторон и слушаю его уже почти размеренное дыхание — теплое, спокойное, такое родное. Уже засыпая, Марк обхватил еще крепче и плевать, что неудобно, больно, сплошной дискомфорт, жарко, кости сейчас к чертям треснут — это лучшее место на земле и на небе! С ним!
Глава 17
Сквозь сон слышу отборный русский мат и нехотя открываю сначала один глаз, потом второй. Доброе утро, что называется.
Что тут происходит? Марк а спешке натягивает штаны, одновременно пытаясь найти в ворохе собственной одежды более или менее приличную рубашку. Ой, ну и куда мы намылились с утра пораньше? Еще и кот под бок улегся, храпит шерстяной трактор. Ничто его не проймет …
— На работу нужно бежать, солнце. Ты же не попрешься к ручью одна? — Марк подходит и целует в щеку, в руках сминая и без того несчастный предмет гардероба. Нет, засмеют же! Скажут мол, жена лентяйка, муж не глаженный ходит …
— Позавтракать успеем? — проигнорировала вопрос и медленно поднялась с постели, мгновенно оказавшись в горячих объятиях дракона.
— Пойдешь, значит? — угрожающе шипит на ухо, еще чуть-чуть и сама стану превосходной утренней трапезой. Слишком сладкой и слабой добычей…
— Дорогой, ну я девочка большая, самостоятельная … Стража возьму! — поднимаю свои бесстыжие глаза и соблазнительно улыбаюсь, прикусив нижнюю губу.
Любимый муж подхватывает на руки, закидывая на плечо и быстрым шагом направляется в сторону душевой. Топить что ли будет? Так не средневековье, мил человек …
— К-куда? — рвано выдохнула, пытаясь удобнее устроиться, но где там!
— Завтрак обещала? — поставил меня на пол и коварно так усмехнулся, аккуратно прикрыв за собой дверь. Замок защелкнулся, как и мой капкан. Ой-ой … кажется, пора лавку гадалки открывать, будущее предсказывать буду!
— Обещала, — тихонечко подтвердила и попятилась назад. Места тут было катастрофически мало и я сразу уперлась спиной во влажный кафель.
Вот вам и свой дом! Никаких благ цивилизации. Захочешь отмокнуть в ванной, так придется в бочку на улице залазить. А это, честно признаться, далеко не джакузи. Может, моя душа требует ароматной пены и благовоний!
— Я ужасно голодный, — муж прижимает к стене и начинает целовать в шею. Мамочки …
Ноги предательски подгибаются, в теле слабость, вызванная сладкой истомой. И почему еще не свалилась, вопрос на засыпку. Цепляюсь ногтями в обнаженную спину, покрывшуюся уже капельками горячего пота.
— Ты залюбишь меня до смерти, — шепнула ему на ухо, надеясь хоть как-то отрезвить. Хотя, признаться честно, ничего против утреннего секса не имела.
— Может, я хочу принять душ со своей женщиной? — поцелуем едва коснулся губ и отстранился. — Неужели откажешь?