Соль и сирень 2 (СИ)

— Что «ты», Мира? — с трудом сдерживая улыбку, полюбопытствовал Шейн.
— Я-а-а-а…, - пришлось срочно что-то придумывать, импровизируя на ходу и спасая собственную попытку предотвратить надвигающуюся драку. — Я хотела попросить у Шейна куртку!
— На тебе уже есть одна, — выразительно приподнял брови Сатус. — Моя.
— Да, — я пощупала плотный край форменной одежды, не сводя глаз с демона и даже не моргая, — но мне нужна была еще одна! Для… для Тима! И я попросила у Шейна, — быстрый взгляд в сторону указанного демона, который в ответ дернул уголком губ, мол, и как дальше будешь выкручиваться? — А он отказал! Сказал, что ему самому холодно, а потому куртку он не отдаст. А если буду настаивать, то ты решишь, что я пытаюсь его раздеть! Вот!
Импровизация вышла паршивее некуда, я и сама это понимала, но отступать было некуда.
— Какая занятная история, — медленно протянул Сатус, складывая руки на груди. — И знаешь, что самое интересное?
Вопрос адресовался мне, поэтому я и пожала плечами.
— Шейн не мог тебе сказать, что ему холодно, — завершил свою мысль принц. — Потому что мы не мерзнем.
— Что? — растерялась я.
— Мы не мерзнем, Мира, — вздохнул демон.
— Значит, — я округлила глаза, обращаясь к Джеро, взглядом пытаясь выразить просьбу подыграть мне. — Ты меня обманул!
— Скорее, разыграл, — парень, не изменяя свой небрежно-равнодушной манере, развел руками. — Что поделать? Ты такая наивная!
— Хватит, — распорядился Сатус, выглядя уставшим. — Принеси еще веток, этих на всю ночь не хватит, — распоряжение адресовалось Шейну. — Переложи пацана и подстели что-нибудь под него, иначе действительно замерзнет, тащи его потом к целителя, — второе указание было дано Кану, который, хоть и не был обрадован раздачей заданий, но спорить не стал. — Помоги мне разжечь костер, — последнее он сказал Блейну.
— Сам разжигай, — ответил тот, совершенно не настроенный на позитивное общение. И отошел, усевшись на плоский камень, наполовину покрытый мхом.
— Я помогу, — вызывалась, понимая, что являюсь главной причиной того, что демоны застряли вместе со мной в лесу, вынужденные приспосабливаться к походным условиям. И схватилась за собранный Шейном сухостой, приступив к разбору беспорядочной кучи. Сам Шейн к этому моменту уже утопал за новой порцией древесного топлива, а Кан отправился наломать еловых веток, чтобы подстелить лапник под все еще пребывающего в состоянии глубокого забытья Тима.
— Оставь, — теплые пальцы мягко коснулись моего запястья, отчего я тут же непроизвольно сжалась в комок. — Я сам.
— Это не трудно, — отдергивая руку, попыталась улыбнуться, скрывая нахлынувшее смущение из-за своей чрезмерной реакции. Он ведь просто хотел помочь… наверное.
— Я знаю, но все равно, ты не должна этого делать, — принц сел рядом и тоже принялся разбирать хворост, среди которого попадались и колючие ветки, напоминающие акацию, которые Шейн непонятно, где откопал.
— Должна, — отрезала я. — Потому что из-за меня мы все здесь.
— Не из-за тебя, а из-за столкновения двух магических потоков, — вновь не согласился демон.
— Если бы я могла это контролировать, то вообще ничего не произошло бы, — признавать такое было тяжело, особенно, перед Сатусом, но необходимо.
— Ничто не дается сразу, — помолчав, отметил демон, ломая ветки и укладывая их друга на друга. — Для любого навыка требуется постоянная практика.
— Думаешь, чем чаще я буду оказываться в разных опасных и незнакомых местах, тем лучше? — невесело усмехнулась я, передавая ему следующую, вынутую из кучи, ветку.
— Нет, думаю, что если ты будешь чаще пытаться взять это под контроль, а не действовать на голых инстинктах, тем больше шансов у тебя будет, — спокойно, без привычного сарказма, злости и яда в голосе, пояснил Сатус, который все больше переставал походить на себя прежнего. — Ты так странно на меня смотришь.
Неожиданно теплая улыбка приподняла уголки красивых губ, сделав их еще красивее.
— Просто, — я замялась, но тут же откровенно продолжила: — Ты не похож на себя прежнего.
 
— Думаешь? — хмыкнул он и встал, чтобы начать собирать камни. Некоторые пришлось выковыривать из земли, но парень не испугался грязной работы.
— Уверена, — заверила его я, забирая у своего временно напарника горсть камней, чтобы обложить ими сложенные шалашиком дрова.
— Может быть, ты просто раньше не присматривалась? — тихо предположил демон.
— Присматриваться было не к чему, — сдержанно заметила я. — Ты не отличался особой любезностью.
Демон выпрямился и воззрился на меня с выражением глубокого огорчения на лице.
— Ты тоже!
— Ты первый начал! — возмущенно напомнила я.
— Что я начал?
— Начал обзываться меня мышью!
— Не мышью, а мышкой! — торопливо поправил меня принц. — И что в этом оскорбительного?
— Шутишь? — залилась я холодным смехом. — А что в этом приятного? И потом, у меня имя есть!
— Но в момент нашей встречи я его не знал! — закатил глаза Сатус.
— Так спросил бы! — рассерженно топнула я ногой.
И, так как, топала не глядя, угодила ногой прямиком в кучку отложенных в сторону колючих веток, усеянных крепкими длинными шипами, которые тут же воткнулись в ничем не защищенную кожу.
Вскрикнув от боли, я повалилась на одно колено, хватаясь за голень.
— Мира! — подскочил ко мне демон. — Дай мне посмотреть. Убери руку!
И он, не прилагая особых усилий, отвел мою сопротивляющуюся ладонь, чтобы рассмотреть ряд воткнувшихся в кожу иголок, из-под которых уже сочилась кровь. Тут же запахло мокрым металлом, солью и влажной древесиной.
— Да все нормально, — залепетала я в область черноволосой макушки, пока демон, склонившись над моей ногой, рассматривал незначительные раны. — Просто царапины.
— Мышка, — принц поднял на меня стремительно побледневшее лицо, резко выделяющееся на фоне потемневшего леса. — Эти шипы ядовитые для таких, как ты.
Сердце сильно ухнуло, отчего внутри все вздрогнуло.
Осознание наступило быстро, испуга почему-то не вызвав, а наоборот, настолько сильно отрезвив мозг, что каждая черточка этого мира проступила отчетливее, как будто кто-то навел в объективе резкость.
Я вмиг ощутила каждую грань, каждую деталь, каждое искривление пространства — не только сознанием, но и всем телом разом. Я стала миром, а мир стал мной.
Но это не продлилось долго, а исчезло со следующим ударом сердца.
— Я умру? — голос прозвучал глухо, но спокойно.
— Большая часть яда уже высохла, — быстро заговорил демон, ощупывая кожу, — но остатки все же попала в рану. Я попробую заставить твое тело отторгнуть яд вместе с кровью, но мне нужно, чтобы ты оставалась в сознании, так будет безопаснее. Мне нужно видеть, в какой момент остановить кровотечение…
Дослушивала я демона уже лежа, потому что ноги ослабели и тело начало заваливаться набок. Если бы Сатус меня не подхватил, то я бы кулем рухнула набок. Совершенно некрасиво и абсолютно неизящно.
Хотя, с чего это вдруг меня вдруг взволновало, как я выгляжу? Тем более, в момент, когда следует думать о выживании, а не о красоте.
И все же…
— Эдгар, держи её! — послышался крик откуда-то издалека.
Перед мутным взглядом возникло лицо Блейна, глаза которого вновь подсвечивались желтым. Только почему-то его лицо было искажено, словно я смотрела на него сквозь полупрозрачное рельефное стекло.
— Эд, не дай ей отключиться! — в мозг вонзился очень громкий и очень властный голос Сатуса.
Думать было тяжело. Еще труднее было вспомнить, кто такой Эд. Но я должна была его помнить. Почему-то это казалось важным, и я цеплялась за эту мысль, как за якорь. Вот только, с каждой секундой сосредоточиться становилось все труднее, мысли рассыпались, как песочный домик, ускользая сквозь пальцы.
Тело словно подхватили мягкие теплые волны и меня начало уносить куда-то, где хорошо, тепло и спокойно. Где выводили звонкие рулады птицы и пахло очень знакомо. Кладбищем.