Моров. Том 8 (СИ)

Протянув руки, я схватил княгиню за бедра и усадил к себе на колени. Снежка закинула мне руки на шею и поцеловал кончик носа.
— Сколько времени? — спросил я.
— Восемь утра, — склонив голову к моему плечу, ответила она. — Перебирайся-ка ты в кровать. Все равно твой кофе уже остыл, и никто не ждет от тебя, что ты будешь сегодня работать.
Я поцеловал ее в макушку и обнял чуть крепче.
— Не могу, родная, — со вздохом прошептал я, — есть вещи, которые кроме меня никто другой не сделает.
Мой телефон, лежащий на столешнице рядом с остывшим кофейником, завибрировал, норовя упасть на пол. Снежка перехватила аппарат и, сняв блокировку, прочла сообщение.
— Что там такое? — видя ее нахмуренные брови, уточнил я.
— Японский флот пытается прорваться к островам, — ответила княгиня Морова. — Идут морские бои.
Я закрыл глаза и тяжело вздохнул.
Не ожидал я, что у императора хватит духа начать самоубийственную атаку. Он же должен понимать, что шансов на победу у него нет. Единственное, что могло бы хоть как-то ему помочь — так это открытие нескольких фронтов против Российской Империи. Но мы вроде бы всех своих основных противников прижали к ногтю.
— Ты полетишь туда? — спросила Снежка, откладывая мой телефон обратно на столешницу.
— Очень не хочется, — глядя на свою супругу, признался я. — Но, возможно, у меня не останется выбора. Его императорское величество может меня призвать.
Она поджала губы и, прижавшись ко мне так крепко, как только могла, печально вздохнула.
— У него же хватает своих сил, чтобы бороться с врагами. Неужели нельзя без тебя обойтись? — едва слышно спросила она.
— Меня еще никто никуда не зовет, — возразил я. — Да и сколько там тех японцев? Тысяч тридцать всей армии? Это даже не смешно, у нас там только постоянно находящихся в море моряков больше в два раза. И магами оснащен каждый корабль, так по штатному расписанию положено.
Я мог бы этого и не говорить, Снежана Александровна не простая девица из благородной семьи, у нее самой за плечами не один год службы в войсках. И что такое долг, она представляет прекрасно.
Но не успокоить мать моего ребенка? Я не настолько зачерствел.
Так что еще некоторое время мы просто сидели в обнимку, пока Снежка, наконец, не успокоилась. Мы оба понимали, что я не стану возражать, если меня позовут на Дальний Восток. И что я поставлю точку в этой войне так же быстро, как и в случае Турции.
Но я надеялся, что государь не станет давать мне столько влияния. Уже сейчас я выслужил себе не просто формальный титул князя, я получил во владение собственную землю, и немалую. Чем император станет отдариваться за вторую победу? Трон мне уступит?
Как бы ни хотелось этого признавать, но Виктору Романову сейчас представился шанс показать всему миру, что он и без Морова способен защитить свою страну. И армии с флотом тоже требуются победы, которые они выковали своими руками, а не получили с подачи Верховного мага из другого мира. Иначе зачем они вообще Российской Империи? Как эти смелые и гордые люди будут смотреть на свое отражение, кем себя начнут считать?
Бытие сильнейшего — это не только безоговорочные красочные победы. Это еще и пропасть между сильнейшим и теми, кого он защищает. И чем дальше будет шириться пропасть, тем меньше между нами будет понимания. А я ради этого столько усилий приложил…
Телефон вновь завибрировал на столе, но на этот раз я взял его сам.
— Моров слушает.
Снежка напряглась, ожидая, что меня в эту самую минуту пошлют в Японию. Однако это звонил не его императорское величество.
— Меня не берут! — донесся из трубки голос моего двоюродного дяди. — Меня не берут на войну!..
Столько обиды в его голосе звучало, что мне стало искренне жаль Василия Владимировича. Он слишком любит риск и азарт, чтобы упускать возможность принять участие в войне. А тут — «Косаря», чародея с семью узлами, внушительным резервом и огромным опытом, задвинули.
— Эти твари из Генштаба собирают добровольцев среди моих студентов, — продолжил изливать на меня свое негодование, переходящее в ярость, Окунев. — Этих желторотых пацанов заманивают, а мне отказали. «Ты, Василий Владимирович, в академии пользы больше принесешь!» Сука, он списал меня!
  
Уточнять, кто именно это сделал, не требовалось. Но кое в чем я был солидарен с дядей. Моим студентам не место на войне. Они не готовы, они еще слишком молоды. Кто вообще тащит в пекло чародеев, которые собственный дар еще толком не освоили?
— Пожалуй, нам надо организовать видеоконференцию, — проговорил я. — Слушай, дядя, как мы поступим. Александрова тебе вряд ли поможет, она напрямую зависит от императора. Но мы с тобой не только преподаватели, но и дворяне. Имеем полное право обратиться к своим студентам. Пока их не загоняют насильно, всегда можно остановить поток желающих прославиться в бою.
Иллюзий я не питал. Если бросить оба курса в мясорубку, шансы выжить там будут у десятка человек. Остальные сгинут, так и не сумев воспользоваться вложенными в их головы знаниями.
Снежка взглянула на меня с вопросом в глазах, но я дал ей знак подождать.
— Это бесполезно, — простонал мне в трубку Окунев. — Набор идет по всем учебным заведениям. Не только наша академия, тут уже инженеров на пару рот наскребли по физико-математическим факультетам.
— Я перезвоню, — ответил я, прежде чем прервать разговор.
На экране телефона уже светился номер Виктора Константиновича. Заставлять ждать монарха я не стал, принял вызов. Моя супруга опустилась на соседнее кресло и закинула ногу на ногу.
— Моров слушает, государь.
— Мне тут доложили, что Окунев тебе жаловаться побежал, — хмыкнул в трубку его императорское величество. — Сказал уже, что мы студентов набираем?
— Сказал, государь, — не стал скрывать я.
Учитывая специфику Василия Владимировича, я уверен, что за каждым его словом и действием следят специальные люди из Службы Имперской Безопасности. Подслушивать разговор двух дворян, конечно, не очень хорошо, но мне не десять лет, чтобы по этому поводу возмущаться.
Пусть лучше слушают и знают, чем благородное сословие дышит, чем очередной мятеж на улицах столицы кровью заливать. Я ничего крамольного не делаю и не говорю, мои собеседники тоже держат себя в руках. А раз мы законопослушные подданные, чего нам скрывать?
— Скажу сразу, чтобы не возникло недопонимания, — заговорил государь. — Никто из студентов на фронт не попадет. Будут отрабатывать тактику под руководством опытных инструкторов по разным уголкам отечества. Месяц их погоняют, чему-то обучат, да к самим детишкам присмотрятся. Война с Японией — дело пары дней, я уже поговорил с императором Поднебесной. Он так обрадовался этому нападению, что наверняка из штанов выпрыгивает у себя во дворце. Будет совместная русско-китайская операция, так что в твоих услугах, князь, мы не нуждаемся. Перед тобой стоит другая задача: турецкий султан, который очень нам задолжал, сумел удержаться на троне. И судя по всему, сам готовится отвоевывать Стамбул. На твоих плечах — оборона княжества. Но не лезь, пока военные сами тебя не попросят. Сегодня черноморский флот перевозит для твоей границы «Мопсы».
— Вы планируете обкатать их в реальном сражении, — озвучил свою догадку я.
— Да, именно так, — подтвердил его императорское величество. — Как только турецкие войска послужат манекенами для «Мопсов», остальной мир увидит, что не Моровым одним Российская Империя опасна. И у нас появится еще несколько месяцев, чтобы спокойно дождаться результатов английской резни. А там — кто знает, может быть, несколько частных военных компаний, которые сейчас прибывают в бывшие британские колонии, попросят у меня протектората.
Я мысленно усмехнулся. Кто бы сомневался, что Виктор Константинович вывернется из такой ситуации с пользой. Пока лорды режут друг друга в Англии, страна не способна защищать свои земли за пределами Альбиона. Так что неудивительно, что кто-то попытался бы отгрызть у нее лишнее.