Город убийц (СИ)

Начинается выступление Ричарда Дина (все не привыкну называть его «Рич», как местное население).
«Анри Вальдо — гражданин РЦС и свободный человек, — сказал президент. — Мы не можем его, куда-либо выдать или не выдать».
Ох! Как же политики любят без толку сотрясать воздух.
Я вернулся в комнату и достал из шкафа дорожную сумку, которую Лиз заказала для меня еще на Дервише, чтобы сложить туда свежекупленные шмотки, из которых я добрую половину не успел ни разу надеть.
Сумка была вполне компактной, что меня вполне устраивало. Можно, конечно, и совсем без сумки, если Ги прикажет пристрелить меня сразу, как только я окажусь в их руках, но тюремный опыт подсказывал мне, что в неволю налегке лучше не попадать.
Я побросал туда самое необходимое и бережно положил Эйлисов рентгеновский пистолет. Отберут, конечно, но пусть хоть в пути греет душу.
Поставил сумку к шкафу и вернулся на балкон. Небо на востоке начало чуть светлеть. Я некстати вспомнил о том, что мы далеко не на экваторе, ибо на экваторе пустыня, и у Мистрали не маленький такой наклон оси. И о моей книге, для который смотрел местные карты, и которую не допишу.
Нашел контакт Ги.
«Привет, Ги! — написал я. — Привет, старый друг! Не беспокойся, я не заставлю тебя ждать. Ты где конкретно собираешься меня пристрелить?»
Запаздывание между Мистралью и Тессой чуть меньше часа. Значит, через пару часов будет ответ.
Набросал письмо Артуру: «Привет, Артур! У тебя на Мистрали скоро родится сестра. Надеюсь, вы когда-нибудь встретитесь, позаботься о ней. Тебя не надо напутствовать быть достойным человеком, ты не можешь иначе. Прощай!»
Отыскал где-то в архивах контакт Камиллы, сочинил послание ей:
«Камилла, здравствуй! Спасибо тебе за все! Прости меня. Прощай!»
На Кратосе она сейчас или на Тессе? Впрочем, какая разница! Заминировано все.
В дверь постучали. Я едва услышал с балкона.
Подошел, открыл. На пороге стоял Эли.
— Ты не спишь… — констатировал он.
— Я знаю про новый ультиматум Ги, — сказал я.
Он кивнул.
— Меня подняли звонком из Бюро.
— За мной придут?
— За тобой? Зачем? Какого хрена?
— Чтобы я никуда не свернул по дороге к Ги.
Он вздохнул, вошел, закрыл дверь.
— Анри, нам надо поговорить.
— Естественно. Пойдем на балкон, мне там как-то лучше.
Мы вышли. Небо стало еще светлее. Там на востоке меркли и гасли звезды, и где-то за горизонтом, занималась заря.
Эли оперся на балюстраду, и я живо вспомнил, как мы с ним шли через Сад Гостеприимства и задержались в беседке. Это было так недавно и так давно.
— Если отключить питание порталов, волна разрушения не дойдет до внутренних планет, — сказал Эли.
— И что?
— Мы начали эвакуацию сразу после выступления Ги. Сначала граждане РЦС, живущие в Рэнд. Порталы уже открыты. Армия и полиция контролируют ситуацию. Да и народ у нас дисциплинированный.
— И что?
— Ты можешь не сдаваться.
— Сколько человек население Остиума?
— Двести тридцать миллионов… примерно.
— Да, немного для планеты, — хмыкнул я. — И сколько из них граждан?
— Примерно половина.
— Вы надеетесь за сутки сто миллионов эвакуировать?
— Мы надеемся потянуть время.
— С Ги не потяните, он слишком умен.
— Попробуем, — сказал Эли.
— Эли, а сколько беженцев на Остиуме?
— Пока немного, меньше полумиллиона.
— И вам на их плевать!
— Мы делаем все, что можем.
— Эли, зачем ты мне вообще сказал про порталы?
— Потому что я должен был это сказать, чтобы у тебя был выбор.
— Какой выбор, Эли! — я коснулся его плеча. — Я не стою двухсот тридцати миллионов душ, даже ста миллионов не стою. Я даже не национальное достояние, как Чонг. Как ты мог подумать, что я не сдамся?
— Ты гораздо лучше, — с видимым трудом выговорил он и отвернулся в сад.
Солнце уже вставало над городом и зажигало серебром росу на яблонях, траве и цветах.
— Помнишь, как мы шли через Сад Гостеприимства в такой же серебряный час? — спросил я.
Он посмотрел на меня и молча кивнул. В его глазах отразилась заря, и я понял, что они полны слез.
 
— С вами было очень классно, — сказал я. — Жаль, что недолго.
— Я решил не будить девчонок, — сказал Эли.
— Конечно, пусть спят.
И я увидел, как Эли моргнул, и слеза не удержалась и потекла по его щеке, вспыхнув оранжевым в лучах рассвета. Он был все-таки очень красив.
РЦС… Какое все-таки скучное название для страны эльфов.
Ги начал выступление с ответным посланием президенту. Это значит, прошло около двух часов, скоро должен и мне ответить.
Выступление было коротким.
«Меня совершенно не интересует, как именно Анри Вальдо попадет ко мне в руки, — сказал он. — Но, если его не будет на корабле РАТ до девяти утра завтра по времени Тессы, мы активируем деглюон на Остиуме».
Ну, да. У нас будет три часа ночи.
Значит, еще не читал мое послание, когда говорил это.
— Анри, мы не только начали эвакуацию, — сказал Эли. — Мы ищем. Наши ребята работают с детекторами, в космопорте уже найдены следы деглюона.
— Значит, деглюон на Остиуме. Я и не сомневался. Ги иногда очень честен. А это не следы моих пробирок?
— Нет. Тот след мы знаем. Есть еще три.
— И вы надеетесь найти пробирки за сутки?
— Если деглюон еще в Рэнд, это возможно.
— А если не в Рэнд? А если его погрузили на гравипланы и развезли по Остиуму?
Эли молчал. Зато пришло послание от Ги: «Мои люди будут ждать тебя в космопорте Остиума. Тебе будет нетрудно узнать катер РАТ. Но не надейся на легкую смерть, старый друг».
Я усмехнулся.
— Радуйся, Эли! У вас в запасе еще где-то сутки.
Он вопросительно посмотрел на меня.
— Ги решил меня помучить, — объяснил я и кинул ему письмо Ги.
Он вцепился в балюстраду балкона так, что побелели костяшки пальцев.
— Мне не надо было тебе это пересылать? — спросил я.
— Ты все сделал правильно, — очень тихо сказал он. — Мы должны быть в курсе.
В моей комнате послышался шум и звук открываемой двери. Я оглянулся. К нам шли Марго и Лиз.
Нимфа горного ущелья вылетела на балкон и вспыхнула очами на Эли.
— Как ты мог не разбудить нас, паршивец!
— Вы уже знаете?
— Меня разбудила коллега по университету. А я разбудила Лиз.
Марго подошла ко мне и обняла как-то очень нежно. Лиз слегка потеснила ее и, не говоря ни слова, ткнулась мне носиком в плечо. Я погладил ее по золотым волосам.
— Вы позаботитесь о нашей дочке? — спросил я.
— Как же иначе? — сказала Марго.
А Лиз прижалась ко мне сильнее.
— У меня что-то образовалось много денег… как бы мне их вам завещать? — спросил я.
— Твоей дочери и так все достанется, и сыну тоже, — сказала Марго. — А нам нужен ты, а не твои деньги.
— Хорошо, — кивнул я. — Мне бы не хотелось потратить на нотариуса целый час времени из того, что мне осталось. Я верю вам. Зачем нужно что-то записывать?
Я им был безумно благодарен за то, что они не рассказывали о моем несуществующем выборе и моей священной свободе. Марго все-таки жесткая, жестче Лиз и Эли вместе взятых, и мне это нравится, черт возьми! И она гораздо больше похожа на Камиллу, чем Лиз на Джульетту.
— Может быть, тебе поспать? — спросила Лиз. — Ты же не ложился, я права?
— Ты права, но мне бы не хотелось тратить на всякую ерунду последние часы. У нас впереди еще великолепный закат. И в озере, наверное, вода теплая. Мы ведь успеем в космопорт к трем ночи, если пройдем через портал сразу после полуночи?
— Успеем, — кивнул Эли.
Мы позавтракали, потом пошли на озеро. Утром оно было совсем гладкое, как атлас. И теплое, как парное молоко, и песок еще не обжигал. Потом мы обедали в ресторане на берегу. И нигде не взяли с нам денег: ни на пляже, ни в ресторане. Только я почти ничего не ел.
 
— Эли, ты сможешь закончить мою книгу? — спросил я. — Ты что-нибудь в жизни писал?