Счастье, дарованное Тьмой (СИ)

Гарри решил оправдать подругу, а Снейп желал продолжения.
– А теперь она страдает каждый день, видя Вас. Она может прикасаться к вашей шее каждый вечер, и каждый вечер ее разрывает на части, - молвила Джинни. – Она постоянно плачет. Поговорите с ней, - молила девушка.
– Только не кричите, - попросил Гарри. – Она и так взяла с меня клятву, что я сохраню эту тайну, а я растрепал Вам все!
– Вы плохой друг!
– Сейчас я действую как брат! Я желаю ей счастья, профессор! Или покоя…
– Я выслушал Вас обоих. Теперь бегом спать!
Снейп поднялся со стула и замер на выходе.
– Минус десять очков с Гриффиндора!
Он ушел, не видя, что Гарри и Джинни смеялись, понимая, что попали в цель. Оба видели, что ни одно слово о Гермионе Снейп не пропустил мимо, ему не стало скучно от этого разговора, а то, как он напрягся, когда заговорили о ночи с Крамом, говорит только об одном – их любовь взаимна!
Снейп вошел к себе в кабинет и дал волю эмоциям. Он смеялся. Смеялся, как маленький мальчик, которому подарили заветный подарок.
«Почему ты молчал, Северус? Трус!»
Через два дня бал, и он расскажет ей все. У него есть время подготовиться, чтобы сделать все правильно.
– Всего два дня, и ты станешь моей, а я твоим, моя Гермиона…
========== Глава 5. ==========
Утро субботы Северус провел за исследованием мази, которой Гермиона исцеляла его, и нашел очень интересный ингредиент – кровь. В состав мази входила кровь, только Гермиона об этом ничего не упомянула.
В дверь постучали. Северус не сразу понял, что стучат в его дверь, ведь он теперь знал наверняка, что ведьма что-то скрывает.
– Войдите!
– Можно?
Северус улыбнулся, он узнал голос любимой чародейки, и его сердце застучало быстрее. Взяв себя в руки, он обернулся к ней с каменным лицом.
– Я думал, Вы отправились в Нору.
– Я была там, но решила вернуться пораньше. Мне сложно там находиться.
– Из-за мистера Рональда Уизли?
– Не совсем. Там мрачная обстановка из-за смерти Фреда. Я решила, что нужно помочь Вам с раной, ведь вчера я исчезла еще в полдень.
– Рана не очень жжет, но все-таки я не откажусь от помощи.
Гермиона обмакнула пальцы в мазь, а Северус расстегнул сюртук и рубашку, показывая ей не только шею, но и часть груди. Он хотел видеть ее реакцию и увидел.
Девушка замерла от увиденной картины и непроизвольно облизала губы. Поттер не врал.
– Мисс Грейнджер, рана жжет!
– Простите!
Опомнившись, девушка сразу же начала смазывать шею преподавателя. Мазь впиталась, и шея снова стала прежней, только шрамы от укусов и палочки Волан-де-Морта не исчезли. Даже когда мазь впиталась, Гермиона возила пальцами по шее Снейпа, а он не спешил возвращать ее в реальность. Ему нравились касания юной чародейки.
Гермиона убрала руки и отошла к столу, стараясь перевести дыхание.
– Новый свиток? – спросила Гермиона, увидев документ на столе.
– Поттер уговорил Кингсли сделать меня хозяином Принц-мэнора! Теперь у меня есть дом.
– Вы хотите оставить Хогвартс? – в испуге спросила Гермиона.
– Я устал, Гермиона. Устал, - он подошел к ней со спины и положил руки на ее предплечья. – К тому же, после вашего выпуска меня здесь больше ничего не задержит.
– Нашего?
– Да. А Вы хорошо держитесь, Гермиона, - прошептал он ей на ухо и мурашки прошлись по коже девушки. – Я больше не могу сдерживать себя.
– Что-то случилось?
– Вы хорошо умеете держать секреты и водить за нос, в отличие от Поттера.
– Гарри - хороший хранитель тайн.
Северус хмыкнул и отошел к камину, а Гермиона смотрела на задумчивого профессора и ждала продолжения разговора.
– В следующий раз, когда доверите Поттеру сердечную тайну, потребуйте от него Непреложный обет!
– Что Вы сказали?
Сердце Гермионы замерло, а из глаз предательски потекли слезы. Она надеялась, что он шутит, но, когда их взгляды встретились, она поняла, что Снейп более чем серьезен. Девушка тут же метнулась к двери, но Снейп был хитрее. Он выхватил палочку и запечатал дверь.
– Нет! – Гермиона уперлась головой в дверь. – Выпустите… - плача, она сползла по двери на пол.
  
Девушка видела, что тень профессора нависла над девушкой, но не ожидала, что он опустится на колени и обнимет ее. Она вцепилась пальцами в его сюртук и заплакала пуще прежнего.
– Не плачь из-за того, что я узнал правду, Гермиона. Он хотел, чтобы ты обрела покой.
– А кто сказал, что он мне нужен… Простите меня, прошу…
Без слов он заставил ее поднять голову и посмотреть на него. Девушка хотела отвести взгляд, но что-то не позволяло. Мужчина провел рукой по ее щечке, вытер слезы и нежно коснулся ее губ своими.
Гермиона опешила. Она не понимала, что происходит, но поцелуй углублялся. Ей так хотелось, чтобы это была правда, а не успокоительная мера, и она ответила.
Почувствовав отдачу, Северус прижал ее к себе еще сильнее, а поцелуй стал более страстным, исполненным сильным желанием.
– Гермиона, это взаимно, но я бы никогда не сказал тебе этого.
– Почему?
– Я для тебя слишком стар, - она улыбнулась.
– Это решать не тебе.
Он снова нежно поцеловал ее, поднялся на ноги и поднял ее, держа за руки. Девушка прижалась к любимому и не хотела от него отходить. У Северуса было много вопросов, но сейчас объятия нужны были и ему. Вот так, обнявшись, они простояли несколько минут.
– Девочка моя, я должен знать правду.
– Какую? – она отстранилась от него. – Я расскажу тебе все, что…
Договорить ей не дали. Северус приложил палец к ее губам, и девушка умолкла.
– Не спеши давать обещания.
– Мне нечего от тебя скрывать.
– Хорошо. Я исследовал мазь всю ночь. Знаешь, что я обнаружил в составе? – девушка сглотнула и кивнула. – Кровь! Чья она?
Гермиона отошла от Северуса и, глядя на пламя, что-то вспомнила.
– Я хочу, чтобы ты понимал – я не предавала никого! Я всегда оставалась на стороне добра! – после этих слов у Северуса замерло сердце. – Гарри поверил, что яд Нагайны я похитила из больницы, все поверили. Все поверили, что я придумала зелье. Я же умная, вот только не гений… Догадался, чья кровь?
– Волан-де-Морта! – отчеканил Северус и опустился в кресло.
Девушка посмотрела в глаза любимого и увидела удивление, но не презрение.
– Он решил спасти меня? Почему?
– Убить тебя он решил намного раньше, но, когда в школе залез всем в голову после твоего побега, в моей голове он нашел кое-что поинтереснее самого Гарри Поттера. Он не объяснил ничего, только попросил выйти от остальных и послушать его. Не знаю почему, но я его послушалась. Когда мы остались наедине, он спросил, сильно ли я тебя люблю. Готова ли бросить всех ради предателя и быть с ним вместе, если судьба уничтожит Гарри. Я люблю Гарри, Северус! Люблю! – он улыбнулся. – Но тогда я поняла, что, если есть шанс быть с тобой, я его не упущу. Я сказала, что готова бросить всех ради тебя и стать предателем. Этого никто не знает.
– Странно, что он среагировал на любовь.
– Я тоже так подумала, - она присела возле Северуса и взяла в руки его правую ладонь.
Северус сжал ее руку, дав понять, что он выслушает ее, поймет, презирать не станет, и эта тайна умрет с ним.
– Он сказал, что ты умрешь. Умрешь от яда Нагайны. Сказал, что так нужно. Приказал не плакать, а внимательно его слушать. Он дал время подумать школьникам, будет ли война. За это время он приготовит мазь против яда и оставит ее в Воющей Хижине возле искусственного огня. Объяснил, как она работает и как понять, готова ли мазь к применению. Сказал, что оставит мне мазь, свою кровь на три баночки мази, на случай, если первые две не помогут. Как в воду глядел, - отметила Гермиона. – Сказал, что это буду видеть только я. Я спросила, почему он помогает грязнокровке. Он ответил, что оставит два свитка. В первом – рецепт мази, во втором – его история любви.
– Любви? – Северус удивился. – Разве Темный Лорд умел любить?