Сильнее истинных (СИ)

Мистер Шарол всегда называл меня «сокровищем», плюс радужку глаз искусственно поменяли. Явно еще в детстве мои опекуны хотели сохранить наличие такого омеги в секрете. В общем, я решил, что буду продолжать и дальше изображать марийца, тем более это не так сложно.
Файри удалось затащить меня в магазины. Теперь я от представителя этой расы не отличался. Лелю мы тоже не забыли. Накупили мне разноцветных рубашек-поло, легких брюк и прочего. Честно говоря, я сильно усомнился, что в таком виде стоит ходить в университете. Впрочем, почти на все практические занятия студенты переодевались в комбинезоны. На мне эта вещь смотрелась так эротично, что я замучился отбрыкиваться от непристойных предложений.
– Он у нас бережет себя и подарит девственность только любимому, – обычно отвечал вместо меня Файри.
Кстати, того самого секса очень хотелось, и давно. Порой просыпались какие-то инстинкты омеги. Нет-нет, а я заглядывался на альф своей расы, особенно на соседей по блоку.
Правда, застав один раз занятную сцену, этих альф из списка своих предполагаемых сексуальных партнеров вычеркнул. Тасийцам удалось каким-то образом уговорить Джерена. Никогда бы не подумал, что такой крупный самец может предпочитать пассивную позицию. Мало того, все три тасийца его как раз и удовлетворяли. Выносливости прунийцу не занимать, как раз на трех альф хватило.
Ко мне же нет-нет, а подкатывал Файри.
– Давай взаимные минеты устроим, – как само собой разумеющееся предлагал мариец.
– Не умею я, – бурчал я в ответ.
– Научу. Покажу, ты только доступ к телу дай, – мурлыкал Файри, но я, как мог, изворачивался.
Но с каждым разом отказываться получалось сложнее. Секса хотелось давно, и чего строю из себя девственника, сам не понимал.
А тут еще приятель затащил меня на одну танцевальную вечеринку. Файри раздобыл где-то приглашение в финансовую академию и начал соблазнять меня перспективами. Мол, там девочки и мальчики из самых богатых и уважаемых семей. Где еще искать женихов-невест, как не в академии?
Пришлось мне сопровождать марийца. Сам-то я никаких женихов не искал. Но хотелось просто пообщаться и немного отвлечься от занятий.
Танцевальные залы академии меня сразу потрясли. Это не скромные дискотеки в университете. Финансисты имели совершенно шикарное оборудование и помещения. Два зала с голограммами. Причем партнера, танцующего с тобой, можно было задавать параметрами на входе: любой расы и комплекции.
Жаль, что Файри танцами с голографическими партнерами не интересовался.
Он меня шустро протащил по всем танцевальным точкам, а потом усадил за стойкой бара в одном из кафе. Коктейли, конечно, были безалкогольные. Но студенты все равно тусовались вокруг.
Файри сразу расположился так, чтобы его фигуру замечали все, кто входил в помещение. И такой метод дал свои результаты. Уже через пять минут мариец чирикал с двумя землянками, расписывал им, каким редким и уважаемым хирургом будет в будущем. Девушки, похоже, были первокурсницами. «Сладкие речи» Файри слушали, раскрыв рот.
Я же только недоумевал. Приятель, кажется, женихов поискать хотел. К чему тогда «распушать хвост» перед представителем другой расы? Не то чтобы такие браки осуждались, но у марийца были другие планы на жизнь.
А потанцевать мы потом сходили. Как раз в зал с голограммами. Я напрыгался до одури. Не думал, что танцы с виртуальными партнерами могут быть такими интересными. Девицы, что цепко держались за Файри, пытались и меня завлечь в свою компанию, но безуспешно.
Потом мы вернулись в бар. Только места у стойки теперь были оккупированы. Группа тасийских альф не спеша потягивала прохладительные напитки. Я же, разгоряченный танцами, внезапно понял, что хочу секса. Сильно хочу. И даже поискал глазами наиболее подходящего самца. А потом сам замер от удивления.
Безусловно, прошло несколько лет, но я легко узнал брата Гирта. Шикарный альфа вымахал. Крупный, с идеально пропорциональным и сильным телом.
Мда… вот этому самцу я бы отдался, не задумываясь. Такая мысль мне совсем не понравилась. Припомнилось то брезгливое выражение лица, с которым меня оглядывал Вокэйт в карантинной зоне. Лучше от таких особей держаться подальше. Что я и сделал, тихо смотавшись, пока Файри меня еще куда не завлек.
  
Правда, удовлетворять себя в душе пришлось дважды. Омежьи инстинкты плохо перенесли танцевальную вечеринку.
– Зря ты ушел так рано, – попенял мне потом Файри. – Второй раз пропуск я могу и не достать.
– Обойдусь.
– И то верно, – согласился приятель. – Марийцев ни одного не встретили. Чего попусту свое обаяние растрачивать? – поведал Файри своему отражению в зеркале, поправляя локон.
Каждый раз я искренне недоумевал, отчего Файри вообще подался в университет? Можно было бы понять, выбери он «Лицевую хирургию» или «Омоложение». Но наша специальность была, мягко говоря, не для слабонервных. Во втором полугодии мы треть всего времени проводили в анатомичке. Приходилось не только препарировать трупы, но и полностью снимать кожный покров. Основной упор нашей профессии делался на восстановление мышечной массы пациента. Конечно, базовые навыки обычных хирургов нам тоже давали. Это в смысле, чирьи вскрыть или глубокий порез обработать и сшить.
Выпускники нашего факультета будут потом специализироваться на реконструкции любых мягких тканей. Оттого мы эти «ткани» изучали поэтапно. Начинали с землян, потом близких по строению и анатомии тела марийцев и так далее.
Файри хоть и не падал уже в обморок, но каждый раз выходил из прозекторской с зеленоватым оттенком лица. Мне же по-прежнему было без разницы. Даже интересно все это внутреннее строение.
На прикладной биологии мы уже выращивали простейшие сгибатели-разгибатели лучевой и локтевой кости землян. Интересно получалось. Если мышцу стимулировать слабым разрядом тока, то она начинала «работать». Попутно нам давали лекции по посттравматическим суставам. Безусловно, при особо тяжелых травмах «родные» кости пациента будут заменены искусственным пластиком. Но профессор по общей терапии настаивал на том, что сохранять кости больного нужно по возможности полностью. Конечно, подвергаться обработке клетки будут. Но лучше иметь изначальную основу родного тела.
Я же в очередной раз убедился, что с выбором профессии не ошибся. Даже Леле порой рассказывал интересные случаи на кафедре ортопедии. Сестренка пока пребывала в раздумьях. Да и время ей позволяло. Ещё успеет выбрать себе специализацию.
Окончание первого курса мы с парнями отпраздновали с размахом. Файри убедил тасийцев прикупить похожие наборы, что были у меня в гардеробе: кожаные безрукавки, цепи, бутсы. Да и себя мариец не обделил. Так что компания наша была слышна издалека. Все, что нацепили на себя, довольно громко позвякивало и скрипело. Отчего-то посетители бара, куда мы завалились, сразу стали покидать помещение. Честно говоря, самым «страшным» выглядел только Джерен. Тому эти все аксессуары необычайно подходили. Он еще какие-то напульсники кожаные с шипами надел. И когда складывал руки на груди, то три наших тасийца отчего-то начинали плотоядно облизываться, делая намеки на какие-то плети и «игрушки», что остались в общежитии.
Тем не менее посетителей бара мы успешно разогнали. Парни же решили сидеть здесь до «полного отключения мозгов». А то, мол, все равно потом протрезветь заставят буквально за порогом заведения.
Только оказалось, что распугали мы своим видом далеко не всех. И четверти часа не прошло, как в бар ввалилась компания студентов.
– Финансисты, выпускники, – сообщил Файри, что успел смотаться и все разведать.
А я отчего-то стал волноваться. Сам не понял, что случилось. И только когда поймал на себе задумчивый взгляд одного тасийца, понял, в чем дело. Снова меня угораздило встретиться с Вокэйтом! Парень близко не подходил, но буквально «пожирал» меня глазами. Одно радовало, что припомнить, кто я такой, и где мы встречались, он явно не мог. Скорее всего, помнил «девочку», а тут парень, да еще и красавчик, не мог не польстить я сам себе.