Первый год (ЛП)

Я не заметила ни лезвия, ни ее руки, так как она двигалась очень быстро. Она вонзила его прямо мне в живот, и я закричала; от боли я почти потеряла сознание. Мой щит полностью пал, когда она повернула лезвие, шепча что-то темное. Слова слетали с ее языка. Слов я не понимала, но они заставляли мое тело содрогаться.
Во мне вспыхнул жар, похожий на тот, что произошел в тот день с Ашером, но в пять раз сильнее. Единственный способ описать это — представить, как взрываются атомные бомбы, и как за этим следует мощная ударная волна. Шера стояла на месте секунд двадцать, а может, и дольше, прежде чем ее оттащили от меня, и ее крики эхом отдавались в моих ушах вместе с раскатами грома.
  
Я рухнула, обхватив обеими руками лезвие в животе, в то время как энергия продолжала выходить из моего тела. Мне было не справиться с ней; она выпустила ее слишком быстро, и сосуд не мог справиться с натиском. Я тащилась вперед, не зная, куда направляюсь, но зная, что мне что-то нужно, вода все еще хлестала по мне, хотя и не сминала, как я ожидала. Во всяком случае, мне казалось, что это единственное, что поддерживает во мне жизнь.
— Помоги мне, — прошептала я, зажимая бок, где было воткнуто лезвие.
Вода начала кружиться вокруг меня, создавая необычные завихрения, пока не образовала подо мной преграду и не потащила меня вдоль скал. Когда я была, наверное, примерно на полпути к водопаду, на меня упала тень, и я вздрогнула.
— Мэдди! — Я так давно не слышала его голоса. На секунду мне показалось, что я умираю, и это был мой последний миг нирваны перед наступлением темноты. Руки Ашера обвились вокруг меня, он легко поднял меня. — Держись, детка, я держу тебя.
— Моя сила, — пробормотала я. — Она убьет тебя.
Он покачал головой.
— Твоя сила спасла меня. Она разорвала мои цепи и вернула мне энергию. А теперь мне нужно отвести тебя в воду, это поможет.
Я понятия не имела, о чем он говорит. Все, что я могла делать, это продолжать пережидать выброс энергии, изо всех сил надеясь, что меня не разорвет на миллион кусочков. Ашер бежал, не обращая внимания на водопад, который все еще окружал нас. Возможно, у него и был щит, я понятия не имела, но что бы он ни делал, он больше не был медлительным или слабым.
Он притянул меня к себе, и в тот момент, когда мы выскочили из водопада, он швырнул нас в бурный океан, окружавший мост. Вода сомкнулась над нашими головами, на мгновение подбросив нас, пока Ашер не погрузился еще глубже. Когда мы были полностью поглощены, крики, эхом отдававшиеся в голове, стихли. Боль стала менее сильной, и высвобождение энергии замедлилось. Вода, казалось, поглощала мою энергию, уменьшая энергетический разлом в моем центре.
Я увидела лицо Ашера; он пристально наблюдал за мной, словно боялся отвести взгляд.
Я чувствовала то же самое.
Это было чертовски безумно, учитывая, что меня ранили и я истекала энергией и жидкостями повсюду, но я придвинулась к нему поближе. Я прижалась губами к его губам. Это была потребность, выходящая за рамки обычных гормонов. Мной двигало нечто, чего я не мог объяснить. Первобытная сила.
Между нами вспыхнул огонь, не в буквальном смысле, но мне показалось, что это могло быть так. Энергия взорвалась, выплеснувшись видимой волной, а затем мир вокруг нас начал грохотать. На этот раз по-настоящему.
Я отстранилась от Ашера и, широко раскрыв глаза, огляделась по сторонам. Что за…?
Либо это было подземное землетрясение, либо мы сделали именно то, чего хотела Шера.
Атлантида поднималась.
Моя сила, наконец, прекратила свое безумное извержение и теперь бурлила внутри, и, осознав это, я заметила кое-что еще: я дышала под водой. У меня во рту не было пузырьков. На моей голове не было защитного щитка. Я просто дышал, будто находилась над водой, и мне это даже не показалось странным.
Ашер делал то же самое, и я задумалась, замечала ли я, что он делает это раньше. Было ли это чем-то, что могли делать все сильные родословные Атлантов, когда они использовали свои силы?
Лезвие в моем животе отвлекло меня, когда оно начало светиться. Выгравированные на нем символы Атлантиды окрасились в мерцающий аквамариновый цвет, смешиваясь с моей кровью.
Ашер потянул меня за руку, и я вынырнула на поверхность вместе с ним, мы оба подняли головы и увидели, как камни скатываются из пещер в воду. Я закашлялась водой, мои легкие удалили жидкость, чтобы я снова могла дышать кислородом.
Ашер сделал то же самое.
— Как? — спросила я, когда, наконец, смогла говорить. — Мы можем дышать водой?
Ашер кивнул.
— Да. Это то, что я хранил в секрете много лет, потому что в наши дни такой силой не обладает ни один потомок Атлантов.
Черт возьми.
— А тот взрыв, когда мы поцеловались? Земля все еще дрожит?
Он потянул меня так, что мы двинулись сквозь бурлящую воду к самому низкому утесу.
— Я не знаю, что это было, — сказал он тихо. — Но нам нужно выбираться отсюда.
Он с легкостью выбрался из воды и наклонился, чтобы вытащить меня, стараясь не тревожить лезвие.
— Тебе придется вытащить его, — сказала я, когда ноги коснулись дрожащей земли.
Ашер покачал головой.
— Нет, это Атлантская сталь. Из раны у тебя течет кровь. Мне нужно немедленно доставить тебя обратно в Академию. На факультете Травничества есть специальная настойка, которая удалит лезвие и остановит кровь.
— Мы в нескольких часах езды от Академии, — прошептала я. — До тех пор я не могу допустить, чтобы лезвие торчало у меня из живота.
Мне все еще было больно, но уже не так сильно, как вначале. Моя недавно высвобожденная сила действовала как бальзам, частично снимая боль. Наше внимание было приковано к воде, когда Шера поднялась из нее, и я подумала, не искала ли она нас внизу. Или она занималась еще какими-нибудь дурацкими вещами под водой? Мучила морских обитателей или что-то в этом роде.
— Сработало, — закричала она, ее тело зависло прямо над водой.
Ашер притянул меня ближе, и я, наконец, заметила, что у него тоже идет кровь. Его запястья выглядели так, словно были ободраны наручниками. Я нежно провела по ним кончиками пальцев, и он крепче прижал меня к себе.
Шера скользнула ближе, ее взгляд метался между мной и Ашером.
— Это были вы оба, — прошептала она, выглядя странно с развевающимися по лицу волосами. В ее голосе снова зазвучали те самые глубокие нотки. — Кровь детей бога. — Она прищелкнула языком. — Коннор был прав.
Ашер отодвинул меня за спину и шагнул к ней.
— У тебя не будет шанса узнать это. — Его глаза вспыхнули. — Все это время, пока ты пыталась сломить меня, я знал о твоей слабости, Шера. Пришло время телу моей матери упокоиться с ее предками.
Я споткнулась, когда земля снова качнулась, и вода начала заливать это место. Ашер пробормотал два слова. Они звучали коротко и просто, но были мне незнакомы. Шера закричала, как только он заговорил, и попыталась снова погрузиться в воду, но Ашер удержал ее на месте своей силой. На ее груди появилось красное пятно, расползающееся по коже, и она закричала, когда оно поглотило ее.
Я почувствовала энергию Джесси и Рона за мгновение до того, как они добрались до нас. Они прижались к моей спине. Глаза Рона потемнели, когда он увидел лезвие, все еще по рукоять торчащее из моего вздымающегося живота.
— Мэдс… — тихо сказал он.
Я хотела заверить его, что со мной все в порядке, но не могла отвести взгляда от Ашера и от того, что он делал с Шерой.
— Остановись! — закричала она. — Я нужна тебе. Я единственная, кто может контролировать ее…
Она замолчала, сила Ашера прожигала ее насквозь. Только когда Ашер, спотыкаясь, двинулся вперед, я поняла, что он сильно ослабил себя, чтобы справиться с ней.
  
Затем Шера взорвалась, превратившись в облако дыма и пепла, которые осели в воде внизу.
— Она ушла? — спросила я, наблюдая за черным туманом.
Ашер кивнул.
— Да. У богов, которые захватывают сосуд, есть одна слабость. Огонь Атлантиды. Как ни странно, это заклинание давным-давно кануло в лету, без сомнения, это был преднамеренный ход со стороны Сонариса и других, но оно было здесь, выгравировано на стене. У меня ушли месяцы на то, чтобы найти вход, и недели на то, чтобы перевести слова, но на прошлой неделе я, наконец, разобрался.