Первый год (ЛП)

— Вы что, совсем голые? — спросил Рон, в его голосе слышалась смесь гнева и смирения.
— Голые, как в тот день, когда мы родились, — сказала Илия, покачиваясь в воде. Ее соски были едва прикрыты, и, благодаря развитому зрению большинства супов, темнота и вода на самом деле ничего не скрывали.
— Фантастика, — снова простонал Кэлен. — Они голые и пьяные.
Он начал бормотать, и это прозвучало так, будто Ашер меня прибьет, но я не была в этом уверена. Одной мысли об Ашере было достаточно, чтобы протрезветь, и я потянулась за полотенцем, висевшим на бортике, подняла его, выходя из воды, и на ходу обернула вокруг себя.
  
— Я пока не хочу выходить, — пожаловалась Илия, лениво скользя по бассейну. — У вас, ребята, лучшая вода во всей Академии. Во всем мире!
Я одарила ее лукавой улыбкой.
— Оставайся, — сказала я. — Наслаждайся жизнью. Я собираюсь провести еще кое-какие исследования.
Я видела нерешительность на их лицах, и только когда Кэлен, к счастью, одетый в шорты, прыгнул бомбочкой и окатил их водой, они оказались втянуты в водную драку. Я поспешила уйти, грустная и снова трезвая.
На следующее утро, когда я, спотыкаясь, выбралась из постели, я была удивлена, увидев Илью и Кэлена, обнимающих друг друга на диване. К счастью, моя подруга уже была одета. Я отправилась на поиски Лариссы, но столкнулась с Роном, когда он открывал дверь своей спальни. С другой стороны была знакомая копна светлых волос, и я подняла бровь, глядя на него.
Он покачал головой, прежде чем осторожно прикрыть дверь.
— Это не то, что ты думаешь. Я просто убедился, что она в безопасности, потому что к концу вечера она была очень пьяна.
У Рона была заботливая сторона, которую он скрывал за грубостью. Злость и недоверие к Лариссе не были наигранными — они были результатом его воспитания, — но я не в первый раз видела, как он защищает Лариссу. Я начала думать, что она ему немного нравится.
Я не настаивала на этом, потому что он был не из тех, кто легко с этим справляется, но Ларисса определенно проболтается в следующий раз, когда мы останемся наедине.
Джесси приготовил нам завтрак, что стало приятным сюрпризом — обычно нам доставляли еду из Академии. Его блинчики были, наверное, лучшими из тех, что я когда-либо пробовала, так что я не жаловалась.
— Ну что, вернемся сегодня в Академию полу-фейри? — спросила я, поглощая один кусок за другим, испытывая страстное желание поесть после выпитого вина и плавания.
Джесси, Аксель и Рон покачали головами.
— Сегодня День Сверхъестественного, — сказал Аксель, и я наклонилась вперед, потому что мне нравилось, когда в его голосе звучали учительские нотки. — Эта дата — первое официальное свидетельство того, что сверхъестественные существа переселились из Волшебной Страны — за пределы Атлантиды — и мы празднуем это.
Я улыбнулась.
— Круто. Я помню, кто-то упоминал об этом на уроке истории на днях. Что будет?
— Празднование продлится весь день, — сказал Рон. — Начнем с соревнований по бегу в одном из зданий практической магии.
Несмотря на мое раздражение из-за того, что я пропустила еще один день из-за поисков библиотеки, День Сверхъестественного оказался чертовски веселым. В первых трех соревнованиях доминировали маги, но вампиры надрали нам задницы в «охоте за мусором» и «гонке по лесу». В конце дня состоялось грандиозное магическое световое шоу, похожее на фейерверк, но гораздо более креативное. Я видела, как драконы, единороги и водопады взрывались в небе, и чувствовала, как энергия разливается по коже, вызывая мурашки.
Однако весь день над нашими головами висели темные тучи, и я с нетерпением ждала 21 июля следующего года.
В этот День Сверхъестественного Ашер должен был быть с нами.
Я была непреклонна.
— 34-
— Эта заплатка долго не продержится, — сказал Луи, чувствуя, как жар под его руками усиливается. — Ты изнуряешь себя не только учебой, но и всем остальным, что берешь на себя.
Я едва ответила ему, мое настроение колебалось между «сердитым» и «эмоционально подавленным». Со Дня Сверхъестественного прошло еще два месяца, а мы безрезультатно перерыли половину школы полу-фейри. Я уже начала думать, что библиотека была плодом их воображения, и мы зря теряли время.
— А что, если я не хочу, чтобы барьер держался? — Это был не первый раз, когда я просила, но это был первый раз, когда я собиралась по-настоящему надавить. — Сейчас мне нужны мои способности. Я должна уметь ими пользоваться.
Луи отклонился назад, чтобы лучше видеть мое лицо.
— У тебя проблемы на уроках?
Я покачала головой.
— Нет, — сказала я монотонно. — Занятия довольно легкие. У меня было много времени для учебы.
На самом деле я была лучшей по двум предметам — мечу и магии и морфологии рас, что было для меня впервые, но я даже не была в восторге от этого.
— Мне нужно пойти за Ашером. Я больше не могу так жить.
Луи знал кое-что и пообещал мне, что разберется в ситуации, но в Америке происходили события, которые отнимали у него много времени, события, которые могли повлиять на всех супов в глобальном масштабе, и я понимала, почему это должно было иметь первостепенное значение.
— Я понимаю твою нужду, Мэдди, правда понимаю. Но мы знаем, что Ашер все еще относительно невредим и передвигается самостоятельно. Поэтому я бы попросил тебя потерпеть еще немного. — У меня упало сердце. — Я найду для тебя время, обещаю. Но твои способности… Это не будет быстрым двадцатиминутным уроком. Могут потребоваться месяцы, чтобы научить тебя сдерживать эту энергию.
Я с трудом сглотнула. Месяцы.
— Нам нужно найти библиотеку. Ашер был так уверен, что ответы на вопросы о моей силе будут там.
Луи провел рукой по своим светлым волосам.
— Я проследил за силой Ашера и нашел их базу, но там никого не было. Они всегда скрываются под водой.
Я кивнула.
— Атлантида, — тихо сказала я. — Они пытаются вернуть ее, помочь ей возродиться, но … Ашер, должно быть, не в состоянии дать им то, чего они хотят.
Или он намеренно не дает им этого. Но как долго он мог сдерживать их? Время для него, должно быть, истекало.
— Что произойдет, если Атлантида поднимется? — тихо спросила я. Это был один из многих вопросов, не дававших мне уснуть по ночам.
Луи не торопился с ответом.
— Никто не знает наверняка, — сказал он. — Те, кто верят, что Сонарис в порыве гнева потопил Атлантиду, чтобы наказать свой народ, также верят, что он использовал столько своей силы, чтобы свергнуть великую нацию, что сам оказался в ловушке. Эти супы верят, что если они восстанут, то и Сонарис тоже.
— И он уничтожит нас всех?
Луи пожал плечами.
— Могущественные боги непредсказуемы. Мы понятия не имеем, что он сделает, но пока нам лучше этого не знать.
— Я — его дочь? — Этот вопрос не оставлял меня, сколько бы я ни смеялась над ним про себя.
Луи поджал губы, взгляд стал мягким.
— Я не знаю, — признался он, и это прозвучало так, словно его это беспокоило. — Твоя кровь… твоя энергия, это не похоже ни на что, что я когда-либо видел или чувствовал в этом мире. Но я не знаком ни с какими богами и не могу дать тебе однозначного ответа. Может быть, когда твоя сила полностью высвободится, я узнаю больше.
— Это одна из причин, по которой ты не спешишь ее высвобождать? Из-за этих неизвестностей?
Он кивнул.
— С тех пор, как ты рассказала мне о том, что сказал Артериан, я беспокоился, что, возможно, даже я не смогу сдержать твою силу. По крайней мере, после того, как она полностью высвободится. Когда она взорвалась вместе с Ашером, это была всего лишь маленькая дырочка, которая становилась все больше по мере того, как из нее вытекало все больше энергии, но я добрался туда до того, как она полностью освободилась.
  
Если Луи не мог контролировать это, то никто не мог. Он был сильнейшим из всех пользователей магии в мире.