Первый год (ЛП)

Джесси издал рокочущий звук, который, я была уверена, не смог бы издать ни один человек. Это было очень по-львиному, исходило из глубины его груди.
— Вынужден не согласиться с тем, что это неинтересно.
Что бы это ни значило, я совершенно не анализировала это.
— И если ты не удовлетворишь его любопытство, — продолжил Джесси, — он никогда не перестанет задавать тебе вопросы.
  
— А как же остальные? — спросила я, изо всех сил стараясь не оглядывать стол. — Я имею в виду, что почти уверена, что Рон, встретив меня всего один раз, уже ненавидит меня. Может возникнуть небольшая неловкость.
Джесси и Аксель рассмеялись.
— Нет, — сказал книжный маг, — Рон просто часто злится. Ему нелегко доверять. У него была непростая жизнь и…
Джесси откашлялся, прерывая Акселя, который замолчал.
— Извини, — пробормотал он, — у меня проблемы с хранением секретов. Мое природное любопытство означает, что я почти не способен сохранить в тайне то, что узнаю.
— Честность для меня многого стоит, — серьезно сказала я ему.
Джесси выглядел уязвленным.
— Это не значит, что я нечестен, я… почти виноват. Просто есть секреты, которые мы не должны раскрывать. Особенно секреты Рона и Ашера. В их прошлом было много темного, и это повлияло на то, какими сверхъестественными существами они являются сегодня. Кое-что, о чем тебе придется узнать самой.
О, да. Я сомневалась, что это когда-нибудь произойдет.
Аксель кивнул, и я поняла, что это был старый разговор, который им часто приходилось вести с ним. Может, он и был гением, но в некотором роде невежественным гением, если такое вообще возможно.
Поскольку они решили, что могут задавать мне вопросы, я решила ответить им тем же.
— Итак, в этом клубе Атлантов вас всего пятеро?
Это вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать, и я подумала, не обидела ли я их, так небрежно упомянув об их наследии. Я вздохнула с облегчением, когда ни один из них не отреагировал отрицательно.
— Мы впятером выросли вместе, — сказал Джесси. — Аксель, Рон, Ашер, Кэлен и я. Мы познакомились в России, когда наши родители путешествовали между тюремными поселками. С тех пор мы держимся вместе.
— Вы не похожи на русских, — сказала я, переводя взгляд с одного на другого. Если уж на то пошло, у Акселя почти не было акцента, а у Джесси он был слегка британским.
Аксель усмехнулся, положив руки на учебник, хотя больше его не читал.
— Мы не русские. Ты можешь считать нас ребятами из армии людей. Наши семьи были дружны, потому что клуб «Потомки Атлантиды» небольшой. В основном все они были друзьями, что вылилось в совместные поездки по работе между различными сообществами супов. Нас тащили за собой, и в этом отношении у нас нет ни настоящего дома, ни идентичности.
— За исключением этого места, — добавил Джесси. — Это первый дом для всех нас.
— Это и мой первый настоящий дом тоже, — призналась я, прежде чем захлопнуть рот. Рассказывать об этом было слишком личным делом, но, с другой стороны, они делились со мной, и это казалось правильным.
Между нами троими повисло молчание, и это было на удивление приятно. Которое длилось ровно две с половиной секунды, прежде чем какой-то мудак нарушил его.
— Какого хрена она делает за нашим столиком? — сказал Рон, захлопывая книгу по другую сторону от Джесси. Теперь они оказались лицом ко мне втроем, и то утешение, которое я испытывала, полностью исчезло.
Рон был даже шире в плечах, чем Джесси, что было настоящим достижением. Черты его лица были прекрасны. Я имею в виду, падший ангел с небес, красивый, с этими золотисто-светлыми волосами и льдисто-голубыми глазами, обрамленными длинными золотистыми ресницами, четко очерченными скулами и сильной, угловатой челюстью.
Но я знавала разъяренных мужчин, у которых глубоко внутри копилась ненависть, бурлящая до тех пор, пока они больше не могли себя контролировать. Рон был таким злым человеком.
Вскочив на ноги, я обогнула стул и начала пятиться.
— Подожди, — сказал Аксель, протягивая мне руку. — Не обращай внимания на Рона.
Но было уже слишком поздно. В тот момент, когда я почувствовала, что моя безопасность под угрозой, я бросилась вон — инстинкт, который не раз спасал мне жизнь в детстве. Развернувшись, я успела сделать не более одного шага, прежде чем врезалась в твердую стену. Сильные руки обхватили мои бицепсы, не давая мне упасть спиной на стол. Еще до того, как я подняла голову, поняла, что это будет еще один из Пятерки. Я надеялась, что это будет Кэлен, потому что, черт возьми, знаете ли… Но удача официально отвернулась от меня.
Взгляд глаз цвета морской волны с серебряными прожилками встретился с моими — казалось, что в его радужках расплавилось серебро, настолько они были яркими. Даже сквозь куртку я чувствовала тепло его рук, и мое сердце бешено заколотилось, пока я боролась с собой. Мне нужно было уйти, но я не могла заставить ноги двигаться.
Ашер продолжал сверлить меня этим сбивающим с толку взглядом, и я гадала, насколько, черт возьми, он был реален. Темные и густые ресницы обрамляли его глаза, а нос был прямым и гордым, без единого признака того, что его когда-либо ломали, в отличие от большинства парней, которых я знала дома. Его кожа была золотистой… бронзовой… а лицо — волевым и совершенным, будто каждая его деталь была вручную отобрана и собрана теми многочисленными богами, которым они поклонялись.
Он возвышался надо мной, почти такой же высокий, как Джесси.
— Э-э-э, — заикаясь, проблеяла я. Мы оба довольно долго молча смотрели друг на друга. — Извини, я тебя не заметила.
Он не улыбался, но и не хмурился, как Рон, так что я восприняла это как положительный знак. Когда его полные губы наконец изогнулись, на щеках появились едва заметные ямочки, и я едва не застонала. У него, вероятно, был огромный…
Мой взгляд скользнул вниз по нему, и я резко вернула его обратно. Да, я не заметила в нем ни единого изъяна.
Разве это справедливо, что один человек… суп… должен быть таким идеальным? Нет, это не так.
— 13-
Прежде чем ситуация успела стать неловкой — а мы, возможно, уже миновали этот момент, я была слишком взволнована, чтобы признаться, — Илия и Ларисса появились как настоящие друзья-ангелы-хранители, которыми они и были, и практически забрали меня из рук Ашера в безопасное место, подальше от «королей Академии».
Потом мы шли, и я все еще не была уверена в том, что, черт возьми, только что произошло. Единственное, что я знала, это то, что я все еще чувствовала обжигающие отпечатки его рук.
— Что ты делала? — прошипела Ларисса, когда мы торопливо проходили мимо столиков. — Ты сидела с ними?
Я издала сдавленный звук.
— Я… я не знала, что это их столик. Я… Черт…
Когда Илия убедилась, что мы достаточно далеко, спрятавшись за двумя колоннами, увитыми плющом, она отпустила мою руку и посмотрела мне прямо в лицо.
— Черт возьми, Мэдди! Мы оставили тебя одну на двадцать минут, а ты оказалась среди них! — Ее шок прошел, сменившись широкой улыбкой. — Расскажи мне все. Черт возьми. ВСЕ.
Ларисса была не так взволнована.
— Ты убежала от них прошлым вечером, но сегодня ты сидела с ними… Я не понимаю?
— Я тоже не понимаю, — ответила я. — Сначала это был только Джесси, а потом Аксель, и это даже не показалось мне таким уж странным. — Мое дыхание, наконец, начало успокаиваться. — Это что, штука Атлантов? — спросила я. — Потому что я их не боялась; я не хотела уходить.
— Как я уже говорила, они милые и пугающие, и никогда не знаешь, что тебя ждет, — сказала Илия, снова переводя взгляд в ту сторону, где они были, хотя она и не могла их видеть из-за колонны.
  
Я покачала головой.
— Джесси съел так много еды… и даже предложил поделиться ей со мной…
Меня прервал громкий вздох Илии, и она смотрела на меня так, словно я только что сказала ей, что завтра наступит конец света.