Трое шведских горных мужчин (ЛП)

— Возможно, ты захочешь, чтобы я сначала немного расслабил тебя, — говорит он. — Знаешь ли, до того, как мы начнем обжаривать тебя на вертеле. Рив довольно большой.
— Илай… — Рив звучит раздраженно.
— Что? Я должен притвориться, что ничего не замечаю? Я не становлюсь временно слепым каждый раз, когда ты вытаскиваешь свой член.
Я выгибаюсь назад, прижимаясь задницей к бедрам Рива. Срань господня. Он не шутит. Рив шипит на выдохе сквозь зубы, обхватывает мою челюсть и притягивает мой рот к своему. Поцелуй начинается целомудренно, но вскоре перерастает во что-то грязное. Наши языки скользят вместе, и его руки гладят мои сиськи, талию и бедра, сжимая и ощупывая. Между моих ног рот Илая поднимается выше. Его густые кудри касаются моих бедер, и я напрягаю мышцы, когда он замирает, его открытый рот в миллиметрах от моего клитора. Его горячее дыхание обдает меня, посылая мурашки по чувствительной коже. Мои руки взлетают вверх.
— Боже.
Позади меня Рив обхватывает меня толстым предплечьем спереди, прижимая мои руки к бокам.
— Она мокрая? — спокойно спрашивает он.
Илай утыкается носом мне между ног, его нос касается моего клитора.
— О, да. — Он прижимается поцелуем к моей щели.
— Хорошо.
— Держу пари, мы можем сделать ее более влажной. Я хочу увидеть, как она истекает.
— Алло? — Я взвизгиваю. — Я прямо здесь.
— Прости, любимая, — Илай выдыхает еще одно горячее дыхание прямо на мой клитор. Ощущается так, словно перья, почти незаметно задевают мои чувствительные нервы, и я зажмуриваюсь, чувствуя, как между моих складок образуется еще больше влаги. Илай медленно приподнимается и с улыбкой на лице облизывает губы. — Господи, женщина. Ты на вкус словно гребаный рай. — Он снова наклоняется, и его язык, наконец, касается моего клитора.
— О, Боже. — Все мое тело дергается. Он немного отстраняется, проводя кончиком языка по моему клитору, касаясь его почти с достаточным нажимом. — Пожалуйста, пожалуйста.
Он мурлычет, дразня меня еще одним движением языка. Этого недостаточно, поэтому я начинаю медленно тереться о его рот. Он глубоко стонет.
— Да, детка, — бормочет он, запечатлевая сладкий поцелуй на моем клиторе. — Боже. Продолжай. Возьми то, что тебе нужно. — Я так и делаю, рисуя бедрами маленькие круги на его лице. Очевидно, это сводит его с ума. Он начинает стонать и ерзать, тяжело дыша, как будто он слишком возбужден, чтобы даже оставаться неподвижным. Я смотрю вниз и вижу, что он медленно поглаживает себя через свои обтягивающие черные боксеры. Даже прикрытый тканью, очевидно, что он огромный. — Черт, — бормочет он, слегка покусывая мой клитор. Я вздрагиваю, и его рука хватает меня за бедро. — Боже мой, детка. Ты само совершенство, само совершенство. — Он лижет полоску между моими половыми губами. — Чертовски идеальна.
— С-сними их, — хриплю я.
Не отрывая от меня рта, Илай зацепляет пальцем пояс своего нижнего белья и стягивает его. Я смотрю, как его член свободно выпрыгивает. Он толстый и опухший. Гладкая головка блестит в золотом свете камина, на кончике сверкает капелька предэикуляра. Мой рот болит при мысли о моих губах вокруг него. Он опускает руку, грубо обхватывая себя ладонью.
— Не надо, — шепчу я. — Позволь мне.
Его руку сводит судорога, но он позволяет ей упасть рядом с собой.
— Чертовски болит, — стонет он, снова целуя мой клитор.
Я вздыхаю, позволяя своей голове откинуться на плечо Рива, а затем хнычу, когда он обхватывает рукой мою челюсть и поворачивает мою шею в сторону, прижимаясь ртом к моему горлу и посасывая мою пульсирующую кожу. В то же время Илай просовывает в меня два пальца. Я извиваюсь, пока он вводит и выводит их, скручивая, чтобы растянуть меня, пока он лижет мой чувствительный бугорок сильнее и быстрее, лаская меня своим шершавым языком. Напряжение, нарастающее внутри меня, спадает, и я чувствую, что приближаюсь к оргазму быстрее, чем когда-либо прежде. Я сгибаюсь и изгибаюсь, но у меня почти нет диапазона движений.
— Я собираюсь… Рив, Илай… я не могу…
 
Рив еще крепче прижимает меня к своей груди, его мускулистые, как железо, руки обхватывают меня, когда он перекатывает мои груди в своих ладонях. Я сопротивляюсь ему. Я хочу схватить Илая за голову и засунуть его в себя. Я хочу запустить пальцы в его волосы или обхватить член Рива руками. Я хочу что-то сделать. Но не могу. Все, что я могу это отдаться ощущению двух ртов на моем теле. Четыре руки сжимают меня. Кожа скользит по моей. Это слишком много. Я не могу перестать дрожать. Мои бедра дергаются и подергиваются под ртом Илая. Я начинаю раскачиваться над ним, оседлав его лицо, беспомощно потираясь своей влажной киской о его рот, и он издает мучительный звук.
— О мой гребаный Бог, — стонет он, отчаянно зарываясь лицом ближе, его щеки, рот и подбородок становятся влажными, когда он целует, лижет и покусывает меня. Мои глаза распахиваются. Это слишком много. Слишком много ощущений. Я впиваюсь ногтями в предплечья Ривена, тяжело дыша, а затем Илай обхватывает губами мой клитор и жестко сосет. Моя спина выгибается, и я почти кричу, когда разваливаюсь на части.
ГЛАВА 14
РИВЕН
Чувствовать, как Дэйзи дрожит от удовольствия рядом со мной, так чертовски горячо, что я чуть не теряю самообладание прямо там, когда ее задница дергается, потирая мой член через джинсы. Я крепче сжимаю ее запястья. Я чувствую, как ее пульс трепещет под моими большими пальцами. Она извивается на мне, потея и вскрикивая, пока Илай продолжает лизать ее, даже после оргазма. Однако в конце концов она начинает дрожать от перевозбуждения. Ее руки дергаются в моей хватке, поэтому я отпускаю их, и она хватает его за голову, отталкивая ее.
— Боже мой. — Выдыхает она, садясь мне на колени. Ее щеки раскраснелись, а волосы свободно падают на плечи. — Что за…
Илай встает, вытирает мокрый рот и улыбается мне.
— Думаю, она готова для тебя.
Дэйзи пищит, когда я в последний раз слегка поворачиваю ее сосок, затем встаю, меняясь позами с Илаем. Он поворачивает ее на месте, перекидывая ее ноги через подлокотник дивана, в то время как я быстро снимаю джинсы. Глаза Дэйзи расширяются, когда она замечает отсутствие на мне нижнего белья. Я открываю презерватив, который протягивает мне Илай, и надеваю его, затем подхожу и встаю между ее колен, кладу руки на каждое бедро, осторожно раздвигая ее ноги. Она розовая и блестит в свете камина. Я чувствую, как мое сердце бьется у меня в горле.
— Да? — спрашиваю я.
— Да, — выдыхает она. — Пожалуйста.
Я провожу пальцами по ее блестящим половым губам, осторожно раздвигая их, впитывая ее вид. Это будет первый раз, когда я займусь сексом с женщиной более чем за пять лет. Я думал, что, возможно, никогда больше не буду это делать. Я хочу насладиться моментом.
Она беспокойно ерзает. Влага капает и прилипает к ее ногам. Она хочет потереться бедрами друг о друга, чтобы немного надавить и облегчить боль, но я крепко обхватываю ее ноги, позволяя кончику моего члена очень, очень легко подтолкнуть ее клитор. Он сердито дергается, и она задыхается, пытаясь сопротивляться мне.
— Войди в меня. Сейчас же. Боже. Сейчас. Пожалуйста. Пожалуйста, Рив…
— Шшш. — Я глажу ее бедро, затем опускаюсь, чтобы очень нежно провести пальцем по ее складкам, обводя контуры ее нежной кожи. Она стонет, дрожа, затем протягивает руку и хватает меня за руку.
— Пожалуйста, — шепчет она, ее карие глаза растворяются в моих. — Мне больно.
Что ж, мы не можем допустить этого. Я, наконец, выпрямляюсь, сглатывая сквозь пересохшее горло. Очень медленно я толкаюсь в нее.
Она чувствуется невероятно. Мягко, влажно и обжигающе горячо. И к тому же она такая тугая, что мне приходится входить в нее постепенно, давая ей время растянуться и принять меня. Она откидывает голову назад, розовый румянец распространяется по ее шее и груди. Когда я полностью погружаюсь в нее, она замирает.