Цепеш III. Кровь древнего (СИ)

— Ну… Не буду спорить, — усмехнулся я, отзеркалив её улыбку.
Добравшись до цели, я помог Лизе выйти из машины, и мы под руку двинулись вперёд.
— Господин, ваше приглашение, — поклонился нам один из работников на входе.
— Прошу, — протянул я заветную карточку.
— Всё в порядке. Прошу вас, господин Цепеш, проходите. Насладитесь сегодняшним вечером.
Получив табличку с номером и брошюру с сегодняшними лотами, мы двинулись дальше, заняв свои места в огромном зале. Само мероприятие, кстати, проходило в стенах Мариинского театра. Разумно. Было бы весьма расточительно под это дело строить отдельное здание.
  
Пока мы шли, успел заметить несколько знакомых лиц. Морозов старший пришёл с сыном. Андрей Юсупов, разумеется, тоже присутствовал. Как и несколько членов Императорской семьи. А вот самого Императора и его наследника не было. Что даже удивительно. Говорят, наследник весьма несдержан в своих тратах и любит подобные мероприятия. Видимо, сильно занят. Или папочка не пустил. Ну да ладно, это не столь важно.
Когда все гости расселись, мероприятие, наконец, началось.
— Господа и дамы, рад вас всех приветствовать на нашем ежегодном аукционе. Сегодня вы увидите то, чего не ожидали. Вероятно, некоторые экспонаты появятся здесь лишь на миг, чтобы вновь оказаться скрытыми от всего мира. Только сегодня и только сейчас у вас есть возможность заполучить эти сокровища в свои руки, — со сцены начал вещать высокий худощавый мужчина с весьма подвешенным языком. — Для разогрева и в качестве доказательства своих слов позвольте же представить вам наш первый сегодняшний лот. И это картина Марка Ротко «Оранжевый, красный, жёлтый». Многие считают эту работу венцом творчества автора. Трио оранжевых и жёлтых прямоугольников, качающихся на вишнёво-красном фоне, образует палитру, которая так же привлекательна, как закат или эскимо. Ранее эта картина находилась в частной коллекции, но её хозяин решил, что пора бы ей вернуться на историческую родину автора. И ставки начнутся всего лишь с жалких пяти миллиардов рублей.
На сцену выкатили тележку с закреплённой на ней картиной, вызвавшей у меня шок.
— Кха-кха-кха, — резко закашлялся я.
Вот только никто этого даже не услышал, ведь вокруг начался настоящий бедлам. Ставки летели одна за другой, всё выше и выше, задирая и так неадекватно высокую цену.
Нет, искусство я ценю, но всему ведь должен быть предел. Я ещё понимаю, когда таких денег стоят шедевры да Винчи, ван Гога или Моне. Но вот это? Мазня в виде трёх прямоугольников на красном фоне, которую нарисовал бы даже ребёнок. И ладно бы у картины была историческая ценность. Но и этого нет. Художник, насколько помню, жил в двадцатом веке. Можно сказать, что совсем недавно, если судить по меркам дворянских родов. Нет, такого я понять никогда не смогу, как бы ни пытался. Это абсурд. Как и всё подобное… так сказать, «творчество».
— Бред. Сущий бред, — подтвердила мои мысли Лиза.
А тем временем, ставки всё повышались. Цена достигла шести, семи, восьми миллиардов рублей! И наконец, остановилась на сумме в восемь миллиардов и шестьсот пятьдесят миллионов рублей. У меня просто не было слов. Восемь! Грёбанных! Миллиардов! Понимаю, что картины обычно только растут в цене и это неплохое долгосрочное вложение, но всё же… Эти деньги можно было бы вложить куда как более выгодно. Да я сам готов дать вполне неплохой процент тому, кто мне бы столько занял. Ну да ладно, не будем считать чужие деньги. Пусть тратят на эту ерунду. Это лишь значит, что деньги не будут вложены в дело, а значит, этот человек не станет мне конкурентом в делах.
Ну а дальше лоты пошли один за другим. Впрочем, большинство из них были мне неинтересны. Хотя некоторые и привлекли моё внимание.
— А сейчас, хочу вам представить брошь княгини Александры Иосифовны с инкрустированным в неё изумрудом «Зелёная королева» в сто тридцать шесть целых и двадцать пять сотых карата! — продолжил распорядитель аукциона. — Думаю, даже пояснять никому не нужно, насколько ценна эта вещица, не только своим содержанием, но и историей.
И тут мне стала понятна причина отсутствия на этом мероприятии Императора. Это же, чёрт побери, «Зелёная королева»! Один из семи самых известных камней Российской империи! А принадлежал он, разумеется, роду Романовых. Пусть это не бриллиант «Орлов», вставленный в скипетр, не рубин Меньшикова из Императорской короны и даже не алмаз «Шах», но всё равно довольно известный камень. И продать его… Да это почти то же самое, что признаться, что у Романовых настали тёмные времена. И это после того, как они весьма неплохо нажились на Юсуповых. Что только усугубляет ситуацию.
Зал разделял моё мнение, одновременно замолчав. Впрочем, ненадолго. Раздались первые возгласы со ставками, и понеслось. Буквально каждый в этом зале хотел заполучить этот камешек. Что уж тут говорить, даже я хотел. Вот только быстро понял, что даже пытаться не стоит. Да, хотелось бы заполучить в свои руки сокровище рода Романовых, но вскоре цена стала уж совсем неадекватной. Пять миллиардов рублей! Казалось бы, почти в два раз дешевле картины. Вот только фактически это был мировой рекорд среди цен на огранённые изумруды.
— Что ж, поздравляю господина Морозова со столь успешным приобретением, — объявил итог распорядитель.
Я лишь удивлённо посмотрел на мужчину, но быстро взял себя в руки. Ну да, кто ещё мог быть. Мало кто может переплюнуть Морозовых по платёжеспособности. Вот только, насколько я успел узнать его, вряд ли он стал бы покупать эту брошь просто для коллекции. Скорее планирует использовать для каких-то своих дел. Может даже вернёт Романовым за определённые, так сказать, преференции для рода. Или использует в ином деле. Это не столь важно. Это лишь его выбор.
Впрочем, не стоит считать, что на этом аукционе продавались лишь баснословно дорогие лоты. Это, скорее, было исключение из правил, поддерживающее интерес к мероприятию. Так я успел прикупить себе сотню гектаров земли на юго-западном побережье одного известного полуострова. Наследник рода разбазарил всё своё имущество буквально за пяток лет. Эти земли тоже были среди утраченного, что сейчас продаётся, чтобы оплатить долги. Ну а мне земелька в том месте не помешает. Весьма удачное место, что может, при определённых усилиях, превратиться в необлагаемый местными налогами порт для более удобной транспортировки наших товаров.
Про свою спутницу тоже не забыл. Было бы весьма некрасиво пригласить её на подобное мероприятие и ничего не подарить. Так что я выбрал весьма неплохое ожерелье с сапфирами. Удалось взять его довольно дешёво. Всего за каких-то пятьдесят миллионов рублей. Оно продавалось почти сразу после жаркой борьбы за изумруд. Народ не успел прийти в себя и вновь включиться в игру, больше занятый обсуждением произошедшего, чем отслеживанием новых лотов. И если я говорю дёшево, то это действительно так. Для подобного украшения это весьма низкая цена.
— Оно отлично подойдёт к твоим глазам, — шепнул я Лизе на ушко.
— Влад, зачем? Это слишком дорого для подарка, — покраснела она, но вот глазки ощутимо заблестели.
— Главное, что ты этого достойна, — улыбнулся я и, приблизившись ещё, интимно зашептал. — К тому же, ты сама знаешь, что я весьма прагматичный парень. Всё равно эти деньги рано или поздно вернутся в род.
— Дурак! — резко отвернулась она и тяжело задышала.
Хе-хе. Какая же она милашка. Отлично поняла мой намёк. Когда она станет моей женой, то ожерелье вернётся в род. Именно когда, а не если! Своё сокровище я ни за что не упущу. Попытки сопротивления бесполезны. Есть всё же во мне немного драконьей жадности. Если что-то попало в мои лапки, я это уже не отпущу. Эх, жаль, что вокруг так много народа, а то я мог бы и не сдержаться…
Пришлось стараться резко отвлечься на происходящий на сцене аукцион, чтобы отбросить шальные мысли. Увы, действительно интересного для меня было не так много. Но вот на сцену вынесли то, что непроизвольно привлекло моё внимание.