Надуй щеки! Том 7 (СИ)

Он набрал номер по телефону и, не отрывая взгляда от проклятого фургончика, заговорил:
— Надо встретиться. Да. Лично. Нет, это не телефонный разговор. Чем быстрее, тем лучше.
Спустя несколько часов он уже сидел в своей съемной квартире и ожидал, когда подъедет Джо.
— Это пиздец! Нет, ты не понял! Это полнейший пиздец! — Начал кричать Фуко, как только Джо оказался в его квартире. Он долго ждал этого момента, чтобы выплеснуть свои эмоции, только вот это, конечно же, не могло ему помочь. — Ты понимаешь⁈
  
— Понимаю. — С усмешкой на лице, ответил Джо. — Как такое могло произойти?
— Вот и мне интересно⁈ Как блять такое возможно⁈
— Успокойся. — Мирно произнес Джо. — Из-за твоего мата я не всё разбираю.
— Да это потому что у меня слов не хватает, чтобы выразить все эмоции! Это же пиздец!
— Да тише ты. Слушай. Их реально девчонка отпинала? Или может…
— Или может мне показалось? Ты это имеешь ввиду? Нет, не показалось. Я был там! — Вскинул руки Фуко. — Был и всё видел собственными глазами. Вот этими глазами. — На эмоциях он чуть ли не ткнул пальцами себе в глаза. Но, не заметив этого, продолжил. — Она просто отхерачила их, как жалких щенков! Какой вообще есть шанс, что эти быдланы могли нарваться на… да кто она мать её такая? Наемная убийца что ли⁈
— Всякое может быть… — пожал плечами Джо. И Фуко тут же попытался испепелить его взглядом. — Не ну а че ты так на меня смотришь? Сам же сказал. Какой шанс, что трех головорезов отмудохает какая-то худощавая девка?
— Да это…
— Пиздец? — Закончил за него Джо.
— Полный! — Продолжил Фуко. — Нет! Всё! Так больше не пойдет!
— Хах. Ты сдаешься? — Усмехнулся Джо. Он понимал, что это провокация, но сам не знал, зачем сказал это.
— Нет, конечно! — Выкрикнул Фуко. — Я… вот же тварь… — прошипел он. — Этот Пак с его гребаным фургончиком меня в могилу сведут! И ведь точно угарает там надо мной! Неужели он всё просчитал⁈ Ну уж нет! Я этого не допущу!
— И что же ты предпримешь?
— Дальше придется играть по-взрослому. Больше никаких дилетантов. Хватит с меня. Просто деньги в пустую просрал. Да ещё и место теперь там станет более популярным. К гадалке не ходи!
— Хм. Ну да, скорее всего. Так и что?
— А ты думаешь, зачем я тебе сказал, что нам надо лично встретиться?
— И зачем же?
— Мне нужны контакты серьезных людей! Для серьезных дел! Не эти вот… мамкины бандиты. А реальные. Серьезные. Ты понимаешь⁈
— Понимаю. — Тут же моментально посерьезнел Джо. — Только я с этим завязал. Криминал не моё. Точнее как… я сильно-то и не был повязан. Но понял, что лучше и не впутываться во все это. А то потом не выпутаешься. Поэтому…
— Хорош трындеть! — Резко перебил его Фуко. — Я знаю, что у тебя есть необходимые контакты!
— Ну-у… если подумать… — хмыкнул Джо и поднес палец к нижней губе. — Хотя нет. Я не хочу светиться.
— И не придётся! Просто дай мне контакт!
— Эх… — тяжело вздохнул парень. Он уже успел пожалеть, что зашел так далеко и сам начал провоцировать Фуко. — Короче. Только никому, понял⁈
— Да понял я, понял! Ну!
— Короче, есть один человечек… ну-у, молва о нем в определенных кругах ходит. В общем, он решает абсолютно любые вопросы. Любой сложности. Понимаешь? Только это… — Тут Джо помедлил, сглотнув, после чего продолжил говорить. — Он немного странный.
— Чего? В смысле странный?
— Ну, короче, он деньгами не берет. Так что приготовься ко всему. Если что я тебя предупредил.
— Э-э? — Фуко нахмурился. Впервые за вечер с его лица слетела злобная маска и сменилась явным недоумением.
* * *
Женщина внимательно оглядела парня, поправила галстук его формы и спросила:
— Мне точно не надо с тобой?
Парнишка хмуро глянул на нее и мотнул головой.
— Нет. Там все без родителей будут.
— Тогда мы просто подождем тут, — глянула она на мужчину, что меланхолично облокотился на дорогой автомобиль. — Правда милый?
— Угу…
— Нет, — мотнул головой выпускник. — Я… я сам потом доберусь. Если что вызову такси.
Мать недовольно вздохнула и спросила:
— Ни Мин Сок, мне стоит знать что-то про твой выпускной?
— Нет, просто… Ничего такого, мам, — мотнул головой парнишка, глянув на вход в школу. — Просто… Это мое. Личное.
Женщина тяжело вздохнула, еще раз оглядела парня и кивнула.
— Хорошо. Только… Не наделай глупостей, ладно?
— Ладно.
— Обещаешь?
— Обещаю, — кивнул тот.
— Ладно, мы на связи. Когда соберешься домой — позвони.
Парень кивнул, развернулся и направился к школе, сунув руки в карманы.
Спокойной походкой, он направился к крыльцу. Взгляд зацепился за стоянку для велосипедов. Обычно всегда пустую, но сейчас на ней была куча велосипедов.
Сначала тут был велосипед Гису Хегай.
Обычный, с корзинкой впереди.
Затем к нему подключился Чан и велосипедов стало два.
Потом возникли другие велосипеды учеников из группы «Надуй щеки!».
Ни Мин Сок усмехнулся, покачал головой и глянул на младшеклассников, что толпились у входа.
— А эти что тут забыли? — пробормотал он себе под нос.
Парень остановился и с грустью поглядел на сад, что начинался сбоку от школы. Почему-то вспомнилась пирамида, которую строили совет ЮЧП на заднем дворе.
Усмехнувшись, он глубоко вздохнул и направился к крыльцу.
Мальчишки и девчонки младших классов в форме, смотрят на него, улыбаются. У многих в руках повязки с надписью «Война». От этой шумной толпы в груди у парня поднялись противоречивые чувства.
С одной стороны выглядело это забавно. В голове всплывали их флешмобы, подъем в пять утра, рассветы и встреча на горе в последний день. Ни Мин Сок не смог сдержать улыбки, вспоминая это.
— Чан-ракета, — пробормотал он, войдя в приоткрытую младшеклассником дверь.
С другой стороны в груди почему-то начала нарастать грусть.
Без особой причины, еще не сформировавшаяся мысль дарила тяжесть в груди и какую-то тоску.
Парень прошел по коридору, кивнул парочке знакомых и вошел в актовый зал, где уже собрались и построились ученики выпускного зала.
Ни Мин Сок встал на свободное место и взглянул на сцену, где стояла трибуна. На нее как раз выходил директор.
— Дорогие ученики школы Дайвегу! — без прелюдий начал мужчина. — Сегодня знаменательный день! Сегодня вы отправляетесь во взрослую жизнь! Вы успешно прошли все испытания и…
Ни Мин Сок стоял и слушал речь в пол уха. Волнение и грусть в груди нарастали, отчего парень не мог собраться с мыслями. Его взгляд скользнул по однокласснице и остановился на ее сжатом кулаке. В ней была повязка. Та самая, которую они надевали, когда объявляли войну.
Рука сама собой скользнула в карман.
Ни Мин Сок достал свою повязку и взглянул на нее.
Белой ткани не было и платка тоже. Мин Сок грустно хмыкнул, вспомнив, как порезал белую наволочку, за которую потом получил по шее от матери. Вспомнил, как бегал в магазин за маркером. Ручки писать по ткани отказывались напрочь.
Сглотнув ком в горле, он повернул голову и заметил одноклассников. Их состояние мало отличалось от его. У каждого в руке были их повязки.
— … Меня распирает гордость! Гордость за учеников, что достойно себя показали! — продолжал директор, совершенно не обращая внимание на Гису, что вышел и молча встал справа от его плеча. — И это лучшая награда для меня, как учителя… как директора этой школы.
Мужчина сделал шаг вправо, глубоко, в пояс, поклонился и громко произнес:
— Спасибо вам за это!
Выпрямившись, он еще раз оглядел зал, молча коснулся пальцем носа и направился прочь со сцены, оставив Хегая в одиночестве.
Тот не спешил занимать трибуну.
Он секунд десять стоял на месте, осматривая ровные ряды выпускников, затем все же сделал шаг и произнес спокойным голосом:
— Война…
Парень вздохнул и продолжил:
— Война всегда означает, что есть враг. Враг с которым ты бьешься насмерть. Тот, кого нельзя жалеть. Тот, кому нет пощады, — Гису глубоко вздохнул. — Мы бились за нашу школу. Мы бились за право быть такими… Такими, какими решим сами. Сражались против взрослых, против системы…