Пламя Феникса
– Мне не нужны такие жертвы, – проговорила Рита. – Я никогда этого не просила. Я лишь хотела, чтобы ты отпустил меня. Наша история окончена, наши пути разошлись. Ты не должен творить зло, Риок, ты можешь быть другим. Кто, если не я, знает об этом?
– Поэтому я и хочу, чтобы мы всегда были вместе.
– Риок, ты выбрал неверную дорогу. Верни все на места, это лучшее, что ты можешь сейчас сделать. Закрой те врата, что ты создал. Мертвые должны принадлежать Запределью, а тот, кто осмелится нарушить естественный ход вещей, будет повержен самой природой.
– Нет, Рита, один раз я позволил тебе уйти, но не сейчас, милая, не сейчас.
– Я все знаю, Риок, – от ее жесткого тона его сердце будто разбилось о камень, а осколки болезненно вонзились во внутренности. – Я знаю, что Захват случился по твоей вине. Я знаю, что мои родители и все в Ремесисе могли быть счастливы, если бы не твоя жажда власти. Ты отдал магию солидийцам, чтобы позже завладеть ею самому. Я готова простить тебя, Риок, что, наверное, у меня бы никогда не получилось при жизни, но в мире духов становишься мудрее. Я никогда не смогу быть с тобой, ни в этой вселенной, ни в какой другой. Я больше не одна.
– Что?
– Оставь ее и верни все на места, – произнес смутно знакомый мужчина, выходя вперед и становясь возле Риты. – Я видел ее страдания в Городе напрасно ушедших. Рита не могла воссоединиться с близкими, потому что ты держал ее. Но теперь она свободна и может принимать собственные решения.
– А ты еще кто такой? – спросил Тайцу, всматриваясь в этого высокого мужчину с черной бородой. В его ухе блестела серьга в виде золотой цикады.
– Я – Бог Смерти конечно же. Удивительно, что ты забыл меня, Тайцу, но и я, увы, забыл тебя. Когда-то я много слышал о Великом Полководце, самом мудром повелителе, что существовал на землях Имгэ еще до Разрушения. Я всегда хотел быть таким, как ты. Желал этого так сильно, что однажды моя мечта исполнилась, и я стал деструктором. Твоя сила, словно яд, истекала в верхний мир. Но важно не то, что у тебя за сила, а как ты ею воспользуешься.
Рита печально посмотрела на Тайцу, но на ее губах появилась улыбка.
– Прощай, Риок, прощай навсегда! Не держи на меня зла.
– Что ты наделала?
– Рита согласилась стать моей госпожой, Правительницей Запределья, – сказал Бог Смерти.
– Милая, зачем? – надломленным голосом произнес Тайцу.
– Я всего лишь хотела чуточку счастья.
– Но ты не сможешь быть счастливой с ним! Ты любишь меня! Всегда любила меня! Рита! Не бросай меня вот так…
– Нет, Риок. Наша любовь самое невозможное в любом из миров. Ты сделал ее такой, но я не виню тебя. Просто исправь все, пока не стало поздно.
Она взяла Бога Смерти за руку и повернулась, чтобы уйти. Они оба растворились в воздухе.
– НЕТ! НЕТ! Не позволю! Не отпущу! – закричал Тайцу, сотрясая стены пещеры. Каменный свод над ними разломился. Его сила, что прежде держалась на любви и одержимости, дала трещину.
– Пора, – услышал он тоненький голос Лали, а далее тихий свист принца Самсона.
Лали распахнула руки: ее тело воспламенилось, готовое вот-вот обернуться Фениксом. Но как? Он же лишил фэн-луни такой возможности! Неужели его все-таки переиграли?
Сине-зеленая морда дракона высунулась из темноты с правой стороны от Лали, а слева черным пятном маячил демон.
– Я же говорил, что ничего не выйдет, – произнес Октавиан.
Тайцу расправил плечи и улыбнулся.
– Ну что же, детки, поиграем?
LТайцу подскочил к Лали и вцепился в ее горло.
– Три раза умрет, так, фэн-луни? Не пора ли умереть еще раз? Мне не следовало отпускать Дракона, чтобы он прервал ту милую церемонию.
Стоило Самсону начать первую ноту «Песни», как Печать Феникса откликнулась.
Внутри разливалось тепло, магия, которую она так долго отрицала. Лалибэй видела, как рушится мир, а туловище Риока удлиняется, словно тень, и он превращается в подобие черного змея с торсом человека – под стать тем, кто пришел сразить его. Над ними распахнулось беззвездное черное небо. Лали позволила ремесису промчаться по ее жилам. Она всегда боялась, что в ней нет ни капли магии созидания, что она – само разрушение. Оказалось, это не так. Обе силы откликались в ней, сплетаясь друг с другом, как вода и пламя. Но Тайцу крепко держал ее. А хуже того, призрачная рука теперь душила Самсона.
Ураган темной силы сбил обидчика с ног – Кейто давал ей время на преображение. Она не сразу поняла, что произошло. Тайцу пронзил Кейто – ее Кейто, ее демона – мечом, теневой стигой, и оттолкнул в сторону. На него накинулся Дракон, но Тайцу призвал огромную драконью тень и наслал на Роши. Казалось, что их противник непобедим.
Он вновь развернулся к ней. Внутри у Лали все горело, она была готова переродиться, но что будет с остальными?
– Давай же, Лали, – вздохнул Кейто, поднимаясь на ноги и вставая между ней и Тайцу.
– Разве тебе мало, Октавиан? Я сотру тебя в порошок, так что даже имени твоего на этой земле не останется! А потом и твою девчонку!
– Только тронь ее.
Чернильные щупальца обвились вокруг Тайцу, сдерживая его.
– Давай же, птичка, гори, – услышала она и шепот Самсона, который прислонился к стене. Он тоже был ранен.
Тайцу вновь занес стигу и разрубил щупальца. Удар пришелся на плечо Кейто. Он выстоял, лишь слегка качнулся.
– Откуда в тебе столько упорства? – разозлился Тайцу. – Почему ты еще не сдох!
– Потому что еще не время! – отозвался Кейто, отталкивая Тайцу, но тому удалось нанести очередной удар.
Лали вздрогнула. Если так будет продолжаться, то Кейто погибнет прямо сейчас. Этого не будет, не будет! Она сразится за него, как он за нее!
Лали собрала воедино свою силу и пропела другую ноту, которая заставила Тайцу отпрянуть. Полностью приняв грандиозную птичью форму, Лали вцепилась когтями в Змея и устремилась ввысь. Она знала, что Роши и Кейто сейчас не могут ей помочь, и нужно действовать самой.
Тайцу вырвался, его чешуя светилась фиолетовым пламенем, как и меч в его лапе, но огонь – это же стихия Лали.
– Если ты вдруг решишь закрыть эту дверь, маленькая фэн-луни, – произнес Тайцу, – то знай, что все мертвецы вернутся в Запределье. Роши, Октавиан, твой дорогой братец… ты. Зачем тебе это, сама рассуди?
Он вновь пытался заговорить ей зубы. Но если это правда… Могла ли она так поступить?
– Не сомневайся, Лали, – мысленно услышала она голос Кейто.
Третья нота Феникса выбила из рук Змея меч, который Лали, снова ставшая девушкой, тут же подхватила. За ее спиной еще пылали два крыла. Лали, подобная ветру, устремилась к Тайцу. В его взгляде смешались удивление и даже восхищение, а еще – глубокое отчаяние. Четвертая нота полностью лишила его возможности двигаться. Когда Лали приблизилась к нему, Риок обрел прежние очертания. На его губах застыла улыбка.
– Время убивать? Только не медли, девочка. Злодеев нельзя оставлять в живых, иначе они не перестанут преследовать тебя, тем более что даже в Запределье я не смогу быть с ней. Зачем мне такое существование? Небеса не для меня, Лали.
Лали вонзила меч в сердце Тайцу. Она сокрушала его навсегда, сжигая в очищающем, всепоглощающем огне. Нет, Лали не станет медлить – слишком многое было на кону. В ней кипела ярость. Возможно, сейчас она могла уничтожить и то, что еще сохранилось, но вот как же ей остановиться?
Лали огляделась: весь Ремесис был в огне. Она и сама пылала и ничего не могла с этим поделать. Вдруг среди пламени она увидела его, своего демона. Даже сильно раненный, он пришел спасти ее.
Его тени неторопливо окутывали ее плотным коконом, успокаивая, убаюкивая, пока она наконец не оказалась в его объятиях.
– Все хорошо, – сказал он, – все будет хорошо. Я с тобой.
– Меч… нам нужно запереть мир духов на ключ, но…
– Не думай об этом сейчас. Никаких «но». Мы сделаем это вместе.
Когда они опустились к вратам и погрузили Ключ Деструкции в прореху между мирами, поднялся жуткий ветер, который едва не унес их с собой. Лали и Кейто держались за меч, ожидая, когда ключ сработает. Роши вдруг взмыл в воздух.