Пламя Феникса
На это дахини что-то пробурчала про слонов, которых кто-то не приметил, но книгу все же выдала, после чего удалилась восвояси.
Лали опустилась на пол возле решетки и принялась листать страницы. И почему она решила, что это демон? Разве она встречала их раньше? Только читала в сказках.
Пролистав несколько страниц, Лали уловила странный шелест, который шел не от бумаги, а скорее раздавался… внутри ее головы.
– Что…
Она вздернула головой и в этот же миг отчетливо услышала – и впрямь в своей голове, – голос.
«Так ты зайдешь? Или будешь сидеть под дверью?»
Эта интонация, этот окутанный тьмой тембр…
Демон, он говорил с ней!
Лали подобрала юбки, собираясь уже бежать, но остановилась.
– Как ты это делаешь? – поразилась она.
Лали всегда вела беседы сама с собой, а тут кто-то вторгся в ее пространство.
«А ты зайди, и я расскажу тебе».
– Но я не могу, эти решетки создал король, их не разрушить.
В ответ лишь смех, эхом проносящийся по ее венам.
«Все можно разрушить, моя госпожа, все что угодно».
Лали положила руку на решетку, будто поверив, что могла тягаться с ремесисом брата. Каким же было ее удивление, когда металл начал плавиться.
KКейто чуть добавил жара, раскаляя решетку, и девчонка взвизгнула.
«Не все так просто, моя госпожа», – учтиво проговорил он, оказавшись у девчонки за спиной. Она его не видела, но отчетливо слышала мысли, что он посылал ей, разрушая барьеры ее сознания.
Розовые ленты, слишком много лент. Она еще совсем ребенок. Ей бы в куклы играть, подумал Кейто, и это заставило его улыбнуться. Когда-то давно и он был ребенком и даже в краткий миг считал себя счастливым. Но тогда еще была жива леди Камилла.
Он скорее почувствовал, чем увидел, как на длинных черных ресницах заблестели слезы. В них было нечто невероятно чистое и совершенное, заставившее Кейто на миг отступить и прекратить свою игру.
Все это время, проведенное «взаперти», он то и дело отлучался из своей золоченой клетки, заново изучая Дворец. Когда-то он был здесь Императором, но те времена прошли.
Кейто осваивался, принимая свое тело по-новому. Он уже не был прежним: тот человек, с его слабостью, бессилием и отверженностью, умер. Осталась лишь темная душа, которая вновь обрела плотские очертания. Демон. Девчонка нисколько не ошиблась. В Запредельном мире их тоже называли так. А еще – тенями.
Он исследовал свои возможности здесь, в материальном мире. Чувствовал, как ограничивает их физическое тело, и искал лазейки. Но больше всего его сковывала даже не магия Виктора, не сила Юви, нет. Он оказался в самом настоящем плену – во власти этой девчонки.
Знать бы, как именно это работало. Возможно, за ангельским личиком и кудряшками скрывается демоница, которая намеренно вызвала его с того света, чтобы свести с ума. Или заставить служить ей. Служить! Кейто содрогнулся при одной мысли. Он потратил целую бесконечность, чтобы вырваться из рабства других теней, стать тем, к кому никто не решится подойти, даже будучи мертвым. И что теперь? Ему вспомнились жуткие истории о джиннах, которым приходилось выполнять желания своих хозяев. И сейчас его запястья будто сковали кандалами, когда он хотел протянуть руки к горлу девчонки, сжать его и закончить эту пытку, но не мог. Потому что она не позволяла. Но как она это делала?
Девчонка повернулась, дуя на обожженную руку, и Кейто на мгновение стало стыдно. Не в его принципах обижать женщин. Пусть она и исчадие ада.
Но пока можно ненадолго поверить, что девчонка сама невинность.
«Нам предстоит один очень долгий разговор, моя госпожа, – прошептал он в ее сознание. – Но не раньше, чем ты принесешь мне печенье».
– Печенье? – круглые карие глаза уставились в пустоту. Кейто даже удивился, каким гневом они запылали. Девчонка вмиг позабыла о боли. – Что ты сделал с моим печеньем, грязный демон? Отвечай! Ты хоть знаешь, сколько я времени потратила…
– Во-первых, не такой уж я и грязный, – сладко протянул Кейто, возвращаясь в свою плотскую оболочку, возлежавшую на широком диване. Он совсем недавно помылся, радуясь этому как ребенок, который только увидел воду. – А, во‑вторых, я хочу еще. Принеси печенье, и тебе не придется листать эти доисторические книжки. Я расскажу тебе все, что ты захочешь узнать.
Кейто услышал стук каблуков. Звук эхом отдавался в его ушах, слабея с каждой секундой. Зато корично-лавандовый шлейф все еще витал в воздухе, раздражая обостренный демонический нюх. И пронзительный голосок, от которого звенело все тело. Хотелось заткнуть уши, но вряд ли бы это помогло.
Он откинулся на подушки, уставившись в потолок. Юстиана ведь придет к нему? Она приняла его более чем приветливо, что растревожило Кейто. Юстиана была такой же прекрасной, но стала… другой. Зеленые глаза обрели темно-нефритовый оттенок, под стать волосам, уложенным в косу, напоминавшую морскую раковину. От Юви не шло того опаляющего жара, тех искр, что когда-то раззадоривали его. Она была слишком спокойна – будто и не она вовсе. Эта неприятная мысль заставила его вскочить с постели и размять мышцы. Тело определенно нуждалось в тренировке, каким бы всемогущим он ни был. Здоровый дух, как известно, мог поселиться лишь в крепком и здоровом теле.
Он проделал несколько упражнений, пока в мышцах не появилась боль. О, как он скучал по ней! Это легче вынести, чем душевные муки. Но стоит все же разведать обстановку, пока ушла его маленькая мучительница Лалибэй. Младшая сестра Виктора. Кейто прикинул, сколько ей могло быть теперь, но не понимал, как давно погиб он сам.
Пора бы это выяснить. Он и так засиделся в предоставленных ему покоях – удивительно, что его поместили вовсе не в подземелье, подальше от всех. И поразительно, насколько беспечными были действия Юстианы и Виктора. Неужели они решили, что их сил достаточно, чтобы сдержать его подобной магией? Он узнал куда больше о деструкции, он и сам стал ею.
Если это не часть какой-то игры. Больше всего Кейто не желал становиться пешкой в чужих руках. Если его позвала сюда Юви, он уже очень скоро это поймет. Если нет – Кейто найдет того, кто вздумал руководить им, и развеет по всем землям Имгэ. За какой бы миловидной личиной он ни прятался.
* * *В коридорах Дворца было непривычно пусто, но несколько сонных слуг все же бродили по этажам. Кейто прыгал из тени в тень, с легкостью перемещаясь в пространстве, и даже смог подслушать пару-другую сплетен о прибывших гостях – скоро намечался праздник в честь десятилетия правления королевы Юви и короля Виктора.
Десять лет. Прошло десятилетие его небытия. Он же думал, что гораздо больше.
Кто-то шепотом упомянул и его фееричное появление на церемонии, когда Юви запечатывала силу своего брата – что ж, сложно было просмотреть возвращение Императора. И тем не менее, он здесь, и никто его не держит, хотя стоило бы бросить всю стражу на его охрану.
Но о нем будто… забыли. Где же Виктор? Неужели не хочет вернуть его восвояси?
Кейто совершил еще несколько прыжков, когда вдруг почуял неладное. Возможно, он был здесь не так уж и всемогущ. На лбу выступили капельки пота, и Кейто с удивлением смахнул их. Пресвятая Глубина! Неприятное чувство буквально буравило его, сдавливая желудок, ноги и руки слабели. Он опустился на колено, укрывая себя сумеречным плащом и позволяя телу отыскать источник пополнения своих сил. Надо просто заново привыкнуть к этому миру, решил Кейто.
Но вот его вытолкнуло из коридора в пустоту, в мир духов, что невидимым слоем лежал поверх существующего мира. Вновь тянущее чувство, и Кейто оказался в тесном ароматном пространстве, напоминавшем кухню. Он не сразу различил перед собой облик девчонки – она стояла спиной к нему и рыдала, а слезы падали прямо в тесто.
Он вдохнул полной грудью, набираясь сил, и не удержался от замечания:
– Не реви в миску, я же не крекеров просил, – хмыкнул он.