Хамелеон (СИ)
- Товарищ полковник. Ваш приказ выполнен. Рок-группа музыкального коллектива «Группа А», доставлена в полном составе со всем оборудованием и инструментами. Доложился, рядовой Фёдоров. О, вот как раз командир группы Сварог подходит.
- Кто?
- Ну у них у всех псевдонимы. Это Сварог.
Ко мне подошёл старший группы. Вообще было двадцать три дроида, два из которых женского пола. Один сильно Монику напоминал, старше лет на десять от реального возраста. Все обмундированы в наше ХБ, видно, что новенькое. Не обмялось. Что нужно делать, с дроидами я уже обговорил, знают, как дальше себя вести. Так что Сварог, быстро нашёл общий язык с Марченко, явно удовлетворив того своим профессионализмом, тот играл действующего военного, и явно продемонстрировал своими ухватками, что это так. Не ниже майора. Правда сообщать свои данные отказался. Они тут инкогнито, бесплатное выступление понятно, командиры не знают и лучше им не знать, поэтому в масках на сцене будут выступать, это сейчас их пока нет. Меня как-то быстро оттёрли, но Сварог вернул, сообщив, что именно я буду вести концерт, меня готовили, что делать знаю, да и язык подвешен. Будет разыграно целое представление. Пока мы общались, вертолёты разгрузили, было три «шишиги» и «УРАЛ», плюс автобус для артистов и два «уазика». Меня к слову на «уазике» везли. С Марченко.
- Товарищ полковник, мне бы в медсанчасть.
- А что с тобой? - удивился тот.
- За девушку вступился, подрезали. Пьяные охламоны были. Я их побил, раскидал. Шить не стали, вроде рана не глубокая. Только больше недели прошло, а всё кровит.
Ещё об она не кровила, мы с Брунеллой были очень активны. Так что тот подтвердил, сделаем. Сам же сказал Сварогу, мы с ним и замом Марченко сзади ехали, сам полковник спереди:
- Всё командование и политуправление армии у нас, комбриг гостями занят, даже центральное телевиденье у нас. Повезло, как раз в Кабуле была группа, снимали своё. Решили снять, в записи понятно, так что не подведите.
Вот это меня удивило, даже ошарашило. Марченко похоже всё поставил на кон, если всё отыграем отлично, тот явно на коне будет. Если завалим, его карьере хана. Я это тоже понял. Замполиты они вообще осторожны, перестраховщики жуткие, удивило что тот вот так рискнул. А так документы мои забрали, командировочные, я же официально оформлен был, закроют командировку. Артистов и певцов повезли к общежитию, техников и аппаратуру к сцене всё ставить. Лётчики за нами следом, концерт те явно пропускать не собирались. Марченко выдали тексты песен, что пойдут в репертуар, а что нет, тот решал только сейчас, изучая и что-то зачёркивая. Всё на живой нитке было. А меня высадили у госпиталя. Там дежурный врач осмотрел, обругал, ну и наложил четыре шва, а сверху повязку, ещё и мазью смазав. Покраснения по краям. Воспаления нет, но это ненадолго. Понял, что рана не свежая. А я другим был занят, не до неё. Воспаления убирал и всё. Знаю, что сглупил, но получилось вот так.
Забрал меня молодой лейтенант, на «уазике» был, с шофёром. Вообще царила суета. Я думал плац не вместит всех желающих, потому как тут и афганские военные мелькали, оказывается их тоже пригласили. Сейчас бойцы строительной роты спешно переносили трибуны для почётных гостей назад. Сварог, как их увидел, сообщил, что слишком близко к сцене. Да, почётно, но музыка громкая, это молодым её выдержать не сложно. Хотите, чтобы у пожилых офицеров инфаркт или инсульт был? Тут одних генералов девять было. Тем более вблизи видеть весь экран, охватывая его глазами, сложно. Пусть у ограждения у сцены стоят молодые бойцы, а сидячие места, они в три ряда, сбиты из дерева, позади них будут. Вот и переносили. В принципе, успевали. Марченко молодец, доводы Сварога принял, обдумал и согласился с ними. А так много зачёркивал в списке песен, что не пропускал, но и немало осталось. Например, копия Моники будет исполнять «Все мы бабы стервы», третьей в очереди на исполнение её поставили. Сварог, когда я добрался до сцены, меня гримировали, чтобы лицо не бликовало, до начала концерта меньше часа, уже оборудование проверяли, проектор, сказал, что текст полковник дважды прочитал, чему-то улыбнулся, и дал добро на песню. Видать что-то личное. Также треногу ставили и камеру на неё. У телевизионщиков своя, а это моя. Новенькая. Так телевизионщики, старший у них, к моему оператору подходил, тот проверял свой аппарат, подавая картинку на проектор, а тот на полотно позади сцены, вполне работало, хотя полностью ещё не стемнело, только начинало. Телевизионщик просил плёнкой поделиться, если концерт выпустят по телевиденью. Чтобы комбинированные кадры были, с разных ракурсов. С двух, но и тоже не плохо.
Трибуны уже занимались, толпы солдат окружили сцену. Чёрт, да тут тысяч десять. Да у нас в бригаде столько народу просто нет. Точно афганских военных привлекли. Из госпиталя пару лиц сотрудников засёк, с вертолётного полка. На трибунах раненые сидели, тут две трибуны, первая для генералов и других гостей. Уже заработали нижние прожектора светя в небо, светомузыка, но ведущий ещё не появился. Однако тут сработали динамики, и раздался мой возмущённый голос, хотя меня ещё не было видно:
- Что значит - вас тут не стояло? Я вообще-то ведущий. Пропустите на сцену.
Шутку оценили, под смех бойцов я прошёл на сцену и подошёл к микрофону. Кстати, и генералы улыбалась, кто-то посмеивался. Вот пришлые замполиты, в большинстве, сидели с каменными лицами. Явно оценивали концерт. Похоже Марченко собрались подложить большую свинью, не смотря на любой результат. Неужто оппозиция работает? А похоже. Да не похоже, а так и есть. Значит, надо отработать на все двести. Я вон, когда в машине ехали, сунул полковнику презент, мол, спасибо за командировку. А иначе следующую, на что я надеюсь, фиг получишь. Заму его тоже. Я так понял, этот зам потом место Марченко и займёт, а с ним дружить нужно. Полковнику коробка дорого швейцарского шоколада, а майору колода карт. Да не простая, с голыми девицами. Серьёзная эротика. У меня таких целая коробка. А не чего на меня постоянно хмуро смотреть. Пока же встав у микрофона, я сказал:
- Добрый вечер, дорогие товарищи. Прежде чем мы начнём наш музыкальный концерт, представлюсь. Ведущий, боец нашей бригады, рядовой Виталий Фёдоров. Вижу многие меня знают. Да, тот самый которого с боем снимали с крыши хозпостроек. Я бы хотел представить вам наш музыкальный коллектив, но это будет позже. Пока же у меня для вас плохая новость. Певцы и солисты они тут на месте, но с музыкантами беда. Укачало в вертолётах, но мы ведь с вами русские люди, а русские выход найдут всегда. Вот, например, сколько перед мной талантов. Неужели здесь среди вас не найдётся музыкантов? Даже если их и нет, главное простимулировать желающего, и он всё сделает. Вот вы девушка. Да-да, вы, не нужно крутить головой, я к вам обращаюсь. Хотите поучаствовать в концерте? Ну не надо так отчаянно отрицательно крутить головой. Всё равно придётся. Итак, приветствием первого добровольца. Приходим на сцену.
Я хотел помочь девушке, а это был мой дроид, пройти на сцену, та была в платье, а тут к нам прорвался Аслан, мой напарник по переводу в разведроту. Мы как раз прошли к сцене, я подал руку девушке на ступеньках.
- О, Аслан, и ты у нас доброволец? На чём играешь?
- На нагаре.
- Ух ты, нагара. Здорово. Знать бы ещё что это такое?
- Барабан.
- О-о-о.
Под смех зрителей, осмотревшись, пробормотал в микрофон, что нёс с собой:
- Куда бы вас посадить? А давайте девушку первой за барабаны.
Усадил отчаянно краснеющую и скромно сжавшуюся девушку и отойдя, сказал той:
- Попробуйте наиграть. В траве сидел кузнечик.
Та постучала согнутым пальцем по большому барабану. Аслан, что стоял рядом, всё это на экране было видно, только с огорчением покачал головой. Смех из толпы зрителей так и стоял.
- Нет. Там вон те палки, их берите и стучите, - показал я.
Девушка взяла палочки и неловко постучала, видно, что та их в первые держит.