Требуется невеста, или О на С 2 (СИ)
Несмотря на то, что сегодня выходной, парк почти пуст. Холодная, слякотная погода не располагает к долгим прогулкам. К тому же сейчас время обеда, и люди предпочитают прятаться в тёплых, уютных кафешках, а не бродить под липкой, противной моросью.
И Лите тоже уже давно пора обедать!
Очередной резкий порыв ветра бьёт по лицу, по разгорячённым щекам, колкими каплями слепит мне глаза. Я добегаю до детской площадки и, к своему ужасу обнаруживаю, что она тоже пуста. Никто не будет играть в такую погоду, торчать здесь, чтобы промокнуть и замёрзнуть. Никто, кроме…
У меня холодеют руки, когда замечаю оставленную на земле игрушку. Куклу в нарядном белом комбинезоне с расползшимися по нему грязевыми разводами. Любимую куклу Мариселы… На негнущихся ногах подхожу к качелям, приседаю, чтобы подобрать игрушку, и чувствую, как всю меня сковывает ледяной ужас.
Прежде чем успеваю до конца осознать случившееся, за спиной раздаются тихие шаги, но обернуться у меня не получается. Не получается произнести ни слова, ни даже пошевелиться. Тьма ползёт по моим рукам, сковывает, парализует тело, перехватывает удавкой шею, сжимается вокруг неё, а спустя мгновение проникает и в мой разум.
Я теряю сознание.
Глава 18: Гаранор/Эления
Гаранор
Не успев покинуть Ла-Реулья, я связываюсь с Камилой и сбрасываю ей информацию, которую нужно срочно проверить и которая вот уже несколько часов не даёт мне покоя. Прошу также вызвать ко мне детектива и назначить на вечер пресс-конференцию.
Когда возвращаюсь домой, помощница уже ждёт меня. Как всегда, собранная и невозмутимая. У Камилы много полезных качеств, но больше всего я ценю в ней то, что она никогда не задаёт лишних вопросов и готова работать в любое время дня и ночи.
— Я пригласила журналистов в ваш офис, — отчитывается секретарь, пока мы поднимаемся наверх, в мой кабинет. — Или желаете провести пресс-конференцию здесь?
— Нет, лучше в офисе.
Здесь уже совсем скоро будет Эления, и после всего, что я узнал, ни один писака больше к ней не приблизится. Если, конечно, не боится стать инвалидом.
— С Крусом связалась?
— Да, он будет у вас в офисе в четыре.
— Отлично, — довольно киваю я и, распахнув дверь в кабинет, пропускаю в него Камилу.
От мысли о том, что через каких-то несколько часов Эления с Мариселой будут здесь, мне хочется улыбаться и, кажется, я действительно улыбаюсь, сам того не осознавая, потому что помощница недоумённо спрашивает:
— Сонор Хорос?
Вряд ли до этого Камиле доводилось видеть меня улыбающимся. Да я и сам забыл, когда в последний раз себя таким видел. Забыл, когда в последний раз так себя чувствовал. Как идиот, случайно выигравший в лотерею несколько миллиардов дрейхов.
Счастливый идиот, которому сейчас до йоргов хорошо.
А сегодня вечером станет ещё лучше.
Настроение немного портят мысли о брате, но в отеле Ксан точно ничего ей не сделает, а там уже Эстебан не спустит глаз с Элении. К тому же брат явно догадывался о моих чувствах, и я даже начинаю думать, что он специально «слил» через прислугу информацию о Ла-Реулья.
— Сонор…
— Да, говори, — перебиваю я Камилу, возвращаясь в здесь и сейчас. — Получилось навести справки о Валаре Кано? Он по-прежнему находится в тюрьме?
Камила кивает и, опустив взгляд на экран сейта, начинает быстро вводить меня в курс дела:
— Его адвокаты подали на апелляцию, но новое судебное разбирательство может затянуться на месяцы, а то и годы. И нет гарантии, что новый суд закончится для него освобождением. К сожалению, это пока всё, что мне удалось выяснить за такое короткое время. Но, если желаете, я постараюсь побольше узнать об этом деле и об этом высшем.
— Не стоит. Им займётся Крус. Я для того его и вызвал.
По глазам помощницы вижу, что её так и подмывает спросить, кто такой этот Кано и почему я вдруг им заинтересовался. Но Камила остаётся верной самой себе, успешно справляется с любопытством и ровным голосом спрашивает:
— Что-нибудь ещё, сонор Хорос?
— Пока больше нет, до вечера можешь быть свободна.
Секретарь уходит, а я откидываюсь на спинку кресла и прикрываю глаза. Значит, Кано всё ещё в тюрьме. Это радует. Значит, у меня есть время, чтобы основательно обезопасить Элению и Мариселу.
В курсе ли он, под чьим именем и где она прячется? Ищет ли её? Вполне вероятно. И пусть он в тюрьме, но это не означает, что Кано не в состоянии до неё добраться.
Тёмные вроде него, вроде нас, найдут способ добиться своего. Любыми путями и любой ценой.
Йоргово отродье!
Из-за мыслей об ублюдке настроение начинает портиться, и внутри появляется какое-то смутное беспокойство. Нет, я не параноик, никогда им не был, но почему-то сейчас мне как никогда хочется, чтобы Эления была рядом. Под моей защитой, в моём доме.
Бросив на часы взгляд, решаю ей позвонить. Они уже давно должны были поговорить, и Ленни сейчас наверняка летит в город с Эстебаном.
Одна попытка, другая… Как назло, сейт Светлой оказывается выключен. Сквозь зубы выругавшись, я набираю водителя, чтобы узнать, что сонорина Лэй улетела с моим, мать его, братом.
— Я ждал сонорину Лэй на парковке, больше часа. И вот только сейчас узнал у администратора, что она уже улетела. С сонором Хоросом.
Йорг бы побрал этого сонора Хороса.
— Уволен. — Я отключаюсь и, справившись с желанием превратить сейт в пыль, резко поднимаюсь.
Их нужно найти. Его и Ленни. Не знаю, какое дерьмо варится в голове у Ксанора, но боги свидетели, если он только подумает сделать ей больно…
Я не успеваю закончить мысль. Дверь в кабинет открывается и на пороге появляется довольно улыбающийся братец.
— Ну что, Гар, как слетал в Ла-Реулья? Судя по разговору с нашей феей, всё прошло более чем успешно.
Убью паршивца. В клочья порву!
В одно мгновение я оказываюсь рядом с братом, хватаю его за грудки и, едва сдерживая рвущуюся наружу ярость, спрашиваю:
— Где она? Где Эления?!
— Ты чего взъелся? — Чудовище пытается разжать мои пальцы, но вместо того, чтобы отпустить, я ещё сильнее сжимаю руки в кулаки, из последних сил борясь с желанием его придушить. — Только не говори, что она и тебе тоже не дала. Значит, плохо уговаривал. Всему тебя учить надо.
— Где Эления? — повторяю, умоляя богов дать мне с ним выдержки.
— Десять минут назад точно была дома. По крайней мере, я высадил её на парковке Орион Плаза и отправил к дочери.
— К племяннице, — машинально поправляю я и усилием воли заставляю себя разжать пальцы, от которых на толстой вязке свитера остаются жжённые пятна.
— Проклятье, Гар! Это был мой любимый свитер!
— Купишь себе новый. — Я возвращаюсь в кресло. Ксан устраивается по другую сторону стола, вытягивает ноги и морщится, оглядывая испорченную шмотку. — Рассказывай.
— Так что там насчёт племянницы?
— Сначала ты, — резко говорю ему.
— Ладно, — сдаётся братец и лениво начинает: — Мы позавтракали, она рассказала мне свою страшную, в кавычках, тайну, что влюбилась в тебя и что у вас с ней всё в шоколаде, ты наконец включил мозг и решил действовать, как нормальный мужик, а не как последний урод.
— Ты знал. — Я тихо усмехаюсь, с неохотой признавая, что это не я контролировал брата последние два месяца, а он дёргал меня за ниточки, как какую-нибудь долбаную марионетку.
— Догадался. — Ксан отзеркаливает мою усмешку. — Не сразу, но довольно быстро. В основном благодаря тебе, чем ей. У тебя разве что на лбу было не написано: я хочу эту Светлую. И мне стало интересно, как далеко ты зайдёшь, чтобы её пои… ну то есть заполучить, и чем всё это закончится.
— Ставил надо мной опыты?
— Пытался меня контролировать? — делает чудовище ответный выпад.
— Почему ты не отправил её с Эстебаном? — Я смотрю ему в глаза и понимаю, что Ксан ловит кайф от всей этой ситуации.