Открытые сны Раскаяние (СИ)

Она прошествовала на кухню, а профессор в очередной раз схватил телефон и набрал номер Ярославы. Электронный голос повторил знакомую фразу, и он едва сдержался, чтобы не швырнуть телефон об пол. Больше всего на свете не выносил ожидания.
Павел Федорович вытащил из-под кипы бумаг длинную ярко-оранжевую линейку и начал чесать спину, которая нестерпимо зудела. Так реагировал организм на переживание. Чтобы переключиться и успокоиться, он извлек из глубин памяти книгу, прочтенную два года назад. Слово за словом всплывало перед глазами. Это была одна из лучших сверхспособностей, которое удалось заполучить. Девяностолетняя старуха помнила абсолютно все: боль и ужас во время появления на свет, каждый ушиб, первый вздох любви, предательство, стыд, унижение, смерть близких. Вся жизнь до мельчайших подробностей навсегда осталась ее памяти.
Когда он мысленно читал вторую главу, зазвучал марш Верди. Павел Федорович схватил телефон и чуть не уронил от неожиданности. Звонка от этого человека он не ждал.
— Алло, Джон! — воскликнул он по-английски. — Как ты?
— Здравствуй, Павел, — ответил спокойный голос. — Все хорошо. Лучше расскажи, как продвигаются наши дела.
«Наши дела, — мысленно передразнил он собеседника. — Мои дела. Из твоего здесь только деньги».
— Мы нашли девушку, которая, как нам кажется, обладает нужными способностями.
— Поподробнее, — оживился Джон.
— По заверению ее близкого друга, она проникает в сознание человека во сне.
— Как интересно! Мне уже выезжать?
Павел Федорович недовольно сморщился и признался:
— Пока не смогли с ней связаться.
— Что это значит? — голос мгновенно стал жестким и холодным.
— Джон, не волнуйся. Мы все сделаем, — заверил он дрогнувшим голосом.
— Ты все сделаешь, — с нажимом проговорил Джон. — Я тебе отправлял много фунтов стерлингов. И нести ответственность будешь ты один.
Профессор продолжал прижимать телефон к уху, хотя оттуда доносились уже гудки. «Деньги, деньги, деньги, — с раздражением думал он. — Этого чертового англичанина волнуют только деньги. Он полный идиот. Ну ничего, ничего. Скоро выстроится очередь из тех, кто захочет обучить свой мозг сверхспособностям».
Он аккуратно положил телефон на краешек стола и крикнул в сторону двери:
— Лида, где чай? Есть хочу.
  
Глава 7
 
Ярослава и Константин медленно шли в сторону каньона. Вдруг по пустыне эхом разнесся женский голос:
— Костик, а Костик! Ты мамин хвостик?
— Мама? — встрепенулся он и принялся оглядываться. — Мама, ты где?
Ярослава схватила растерянного Константина за плечо и повернула к себе.
— Здесь нет вашей мамы, — она пристально посмотрела на него. — Я называю это — «отголоски прошлого». Не обращайте внимания, они мешают сосредоточиться.
Константин кивнул, но еще раз для верности оглянулся. Ярослава не находила себе места. Время неумолимо шло, ухудшая ее здоровье, а они продолжали топтаться на опротивевшей сухой земле.
— В детстве? Может, в подростковом возрасте? — подсказывала она.
— Вспомнил! — воскликнул он, и Ярослава радостно встрепенулась. — Украл у деда настойку, и мы с Володькой за сараем ее выпили. Правда, дед даже не заметил пропажу.
Ярослава разочарованно выдохнула и пнула камешек, который начал прыгать, как мяч.
— Ложная тревога, извините, — он смущенно улыбнулся.
— А в студенческие годы или в армии? — не сдавалась Ярослава.
— Студенческие годы самые веселые, — Константин приложил руку ко лбу и посмотрел вдаль. — А в армии всякое бывало. С «дедами» дрались, в самоволку бегали, у «духов» посылки отбирали. Но такова армейская жизнь, мне ни за что не стыдно.
Ярослава вздрогнула от неожиданности, когда громким раскатом разнесся детский смех и голос:
— Не поймаешь! Не поймаешь!
— Сынок, — нежно сказал Константин и горестно вздохнул. — Мне обязательно надо вернуться.
Вскоре они подошли к краю каньона и остановились у глубокого разлома, на дне которого журчала речушка. Ярослава села и свесила ноги.
— Может, не надо? — осторожно спросил он. — Упадете.
 
Она лукаво улыбнулась, подмигнула и спрыгнула вниз. Сзади раздался испуганный крик:
— Ярослава!
Она ухмыльнулась, медленно опустилась на землю и потрогала рукой воду. Однако ничего не почувствовала. Это был мираж. Сознание Константина запомнило реку как картинку, так что она не обладала физическими свойствами.
Ярослава подняла голову и увидела осторожно выглядывающего Константина.
— С вами всё в порядке?
— Конечно. Спускайтесь, — поманила она рукой. — Только представьте, что вы спускаетесь на лифте или по лестнице. Иначе ваше воображение предложит версию, в которой вы шлепнетесь об землю и переломаете все кости.
Он кивнул и, секунду поколебавшись, ступил в пустоту. Ярослава одобрительно кивнула:
— Смелее. Ступенька за ступенькой, и вы окажетесь внизу.
Константин спустился по невидимой лестнице и с облегчением спрыгнул на землю рядом с Ярославой.
— Мне даже понравилось, — усмехнулся он. — Волшебство какое-то.
— Вам уже легче, правда?
Константин замер, прислушиваясь к своим ощущениям, и кивнул.
— Мне лучше. Гораздо лучше. Почему?
— Я думаю, вы знаете.
— Из-за Володи и Бори?
— Да. Вы сказали то, что вас беспокоит и решили исправить ошибки. Я очень рада, что у вас получается. Вы большой молодец! А теперь я хочу, чтобы вы посмотрели на этот камень, — она нагнулась и подобрала с земли кирпичного цвета камешек. — Представьте, что это леденец с клубничным вкусом.
— Зачем? Это должно помочь?
— Нет, — улыбнулась Ярослава. — Это для меня.
* * *
Тамара Ивановна достала из сумки телефон.
— Кому вы собираетесь звонить? — шепотом поинтересовался Дмитрий Сергеевич. В ординаторской кроме них были хирург Лавров и анестезиолог Васечкин.
— Евгению, — она нашла в телефонной книге нужный контакт и нажала на кнопку вызова.
— При всех будете с ним разговаривать? — он обвел взглядом коллег и встретился взглядом с Васечкиным. Тот явно заинтересовался и прислушивался.
— Вы чего там замышляете? — насмешливо спросил он. — Или против кого-то дружите?
— Остынь, — грубо осадил его Лавров и вдруг расхохотался. — Не мешай людям любовь строить.
Они дружно рассмеялись, а Дмитрий Сергеевич почувствовал, как краснеют щеки.
— Мы по работе, — огрызнулся он.
— Охотно верим, — сказал Васечкин и направился к дверям. — Мне вообще без разницы. Я к людям под одеяло не заглядываю.
Между тем, Тамара Ивановна отошла к окну и уже минуту вполголоса разговаривала с Евгением. Лавров допил кофе, сполоснул чашку и тоже вышел из кабинета.
— Сейчас приедет, — сказала медсестра. — Звони жене Константина.
— Я?
— Конечно. Ты же за главного.
Дмитрий Сергеевич замотал головой, убрал руки в карманы халата и сразу же вынул обратно. Деньги до сих пор лежали в там.
— Что мне ей сказать?
— Не вдавайся в подробности. Просто попроси, чтобы подъехала в больницу.
Он потер шею, размял пальцы и, решившись, схватил историю болезни Константина. Нашел номер телефона его жены и позвонил.
— Алло, — послышался настороженный женский голос.
— Алло, Наталья, здравствуйте. Это с больницы. Вы можете к нам срочно подъехать?
— О, Боже! — воскликнула она. — Он что…умер?
Дмитрий Сергеевич с силой стукнул себя по лбу.
— Нет, нет. Не волнуйтесь. Наоборот, мы надеемся, что скоро Константин выйдет из комы.
Он услышал шумный выдох и всхлип.
— Хорошо, — через пару секунд ответила она. — Я сейчас подъеду.
Тамара Ивановна посмотрела осуждающе, но ничего не сказала и вышла из ординаторской. Юрист фонда «К свету» Евгений и жена пациента Наталья прибыли почти одновременно. Дмитрий Сергеевич представил их друг другу и проводил в кабинет массажиста.
«Надо выложить деньги в кошелек, — думал он, наблюдая, как движется зеленая змейка на мониторе кофемашины. — Только чтобы никто не увидел».