Исход человечества (ЛП)

Что было хорошо, потому что он, вероятно, всё испортил бы.
И я так хотела насладиться тем, каково быть счастливой.
Он, с другой стороны, выругался.
— Твою мать! Я забыл переустановить ловушки. — Потому что отвлёкся.
Мной.
Наблюдая, как его голая задница устремляется к двери, я улыбнулась. Я могла бы привыкнуть к этому.
  
Глава 11
 
Впервые за целую вечность, я заснула в чьих-то объятиях. Проснулась оттого, что Ксавион легонько целовал меня в плечо. Я оттолкнула его.
— Я липкая, мне нужно умыться.
Он усмехнулся.
— Справедливо. Как смотришь на душ?
Что сказать? В наши дни большая часть воды, вытекающей из труб, грязная. Для питья требовалась фильтрация. А для очистки воды требовалось выносить вёдра и таскать их. Несмотря на все усилия, я приносила воды, хватающей обмываться несколько раз в неделю. Но у Ксавиона не было ведра. У него был душ.
— Горячей воды нет, — сказал он, — но, к счастью для нас, в этом здании резервуар на крыше. Он всё ещё собирает и выдаёт воду
Как будто мне не всё равно. Я была рада холодной воде и мылу. Я не умывалась, как следует с момента последнего ливня, когда стояла на крыше, дрожа от холода, надеясь, что меня не убьют, потому что хотела вымыть волосы шампунем. Сегодня я принимала душ не одна, и что лучше, я ела сосиску. Сначала член, потом настоящий кусок мяса.
— Где ты их нашёл? — спросила я, когда он протянул мне немного солёного вяленого мяса. У того, что было в магазине, давно истёк срок годности и всё протухло.
— Сделал, — с гордостью признал он.
— Из животного? — Мне пришло в голову, что я видела только один тип живых существ.
Увидев выражение моего лица, он рассмеялся.
— Да, из животного!
— Из крысы? — Меня всегда говорили, что лишь они и тараканы переживут апокалипсис.
— Это кролик. Те, кто невосприимчив к чуме, размножаются как сумасшедшие. Отсутствие хищников в дикой природе помогает
Я любила кроликов. В прежние времена я бы никогда их не съела. Хотя, бройлерных, наверное, да. Я откусила вяленое мясо и почувствовала себя счастливой.
— Я думала, ты любитель рыбы.
— В основном. Но я практичен. Это проще и не занимает много места.
Мясо было солёным и вкусным, как и его сперма, потому что позже я сделала то, чего не делала для многих парней. Но Ксавион особенный. Он заставил меня почувствовать себя особенной. Счастливой.
После секса он показал мне здание и встроенную в него систему безопасности. Когда мы поднимались по лестнице, я предположила, что у него почти ничего не было, кроме задвижки на двери лестничной клетки. Квартира не запиралась. Я не заметила лишь нити, которые он натянул на некоторых входах. Тонко и в то же время умно. Он забаррикадировал вентиляционные шахты. Создал шумную завесу над входом в лифт. Что касается лестницы, на случай, если они поднимутся на наш этаж, он показал ведро, которое висело над ней.
— Что в нём? — спросила я.
— Нефть.
— Как мы не перевернули его прошлой ночью?
— Ведро для тех случаев, когда я дома. Когда ухожу, я завешиваю дверь ниткой. Если кто-то откроет её, нитка порвётся. — Он указал на останки. Они были похожи на паутину.
— Вчера я этого не заметила. — С другой стороны, я запыхалась и к этому моменту хотела перестать подниматься.
— И я сомневаюсь, что мутанты заметят, или кто-нибудь из выживших, кто сунется сюда
— Я просто запирала дверь, — призналась я. Только однажды ко мне пришёл посетитель, который настоятельно стучался топором. Так называемый человек. Я оказала миру услугу и позаботилась о том, чтобы он не пришёл ещё раз
— Как часто ты ходишь на разведку? — спросил он.
— Стараюсь запастись на месяц или больше зараз. На зиму я обычно слежу за тем, чтобы в найденном мной здании оставалось несколько квартир с вещами.
— Как часто покидаешь город?
Я долго молчала, прежде чем признать.
— Не знаю.
Он и глазом не моргнул, прежде чем сказать:
— Ты сделала себя пленницей.
Чувствуя себя смущённой, я выпалила:
— Я не рискую без необходимости. Как часто ты покидаешь своё безопасное место?
 
— Каждый день.
Я разинула рот.
— Разве это не опасно?
— Больше похоже на заигрывание с опасностью. Я не шутил, когда сказал, что охотился на мутантов. Пока они существуют, мы не будем в безопасности
— Ты серьёзно считаешь, что смоешь всех их убить?
— Нет, но могу попробовать.
— Не проще ли просто уехать? Ты сказал, что за городом неплохо.
— Да, но запасы сырья по большей части находятся в городе. Обычные люди не должны рисковать жизнями, чтобы получить к ним доступ.
— Поэтому, ты рискуешь своей? — Я заметила, что он не считал себя обычным. С другой стороны, любой, кто активно искал мутантов, вероятно, совершенно другого уровня.
— Кто-то должен. Кроме того, я не так уж важен. — Он пожал плечами. — Нет семьи, которой я был бы важен.
У меня с языка едва не сорвалось, что мне он важен, но остановилась. Я знала его всего день.
Когда мы шли обратно по коридору, я оглянулась на ведро.
— Как помогает нефть? Чтобы выследить?
— Чтобы поджечь.
Я разинула рот, когда он вошёл в квартиру.
Жестоко. И всё же, мне ли судить? Наши жизни висели на волоске.
— Обед? — спросил он, когда я вошла. Он протянул что-то похожее на сырную крошку и коробку крекеров. Паста представляла собой переработанную оранжевую солёную жижу, от которой в более здоровые дни я бы отвернулась. Я стонала и стонала, поедая это. Лучший обед в мире.
После трапезы — и секса на десерт — он оделся и пристегнул кое-какое оружие. Я осталась в футболке и трусиках.
— Куда ты? — Через несколько часов стемнеет.
— На охоту. Пойдёшь со мной?
— Охотиться на мутантов? — Я округлила глаза и покачала головой.
В первый день я отпустила его одного. Как только наступила ночь, я ходила взад и вперёд. Волновалась. Разглагольствовала. Ругалась. Ксавион вернулся грязным, но живым. Я набросилась на него, такая счастливая, что он вернулся.
Когда он ушёл на следующий день, я присоединился к нему, настаивая, что не хочу драться, но могу быть наблюдателем. Я не хотела оставаться одной и гадать. Я надела маскировочное снаряжение, включая оружие, но когда дело дошло до маски, прикусила нижнюю губу. Подсознательно я уже некоторое время знала, что, вероятно, выработала иммунитет к чуме. Но боялась. Я устала от такой жизни. Маска отправилась в карман.
Мы вместе пошли, Ксавион был настороже, но внимателен ко мне, демонстрируя места, которые расчистил. От некоторых шёл стойкий запах дыма. Он научил меня видеть признаки зданий, в которых были мутанты. Монстры не пользовались парадной дверью, и как только я посмотрела в нужных местах, могла заметить их присутствие. После этого урока он позволил мне пройти квартал, и я завела нас в переулок, где с трудом открыла металлическую дверь. Войдя на кухню ресторана быстрого питания, где больше никогда не будут подавать бургеры, он сразу же поискал способ спуститься в подвал, где расправился с парой монстров, прятавшихся за котлом. Я наблюдала, как он это делал. Храбрый рыцарь, сражающийся с шипящими тварями. Он поэзия в движении, мечом доказывая, что это не просто аксессуар к снаряжению. Было так чертовски сексуально, что мы занялись сексом на стойке, где раньше подавали напитки и еду в баре.
Так и проходили наши дни. Охотиться днём, возвращаться в сумерках, запираться и заниматься диким сексом. Иногда мы добирались до спальни. В других случаях я оказывалась прижатой спиной к стене, обхватив его бёдра ногами, пока он трахал меня.
Мы оба кончали каждый раз. Плоть к плоти. Без прерывания и презерватива. Прошли годы с тех пор, как я принимала противозачаточные. Мне было всё равно. Я смирилась с тем, что проведу жизнь в одиночестве. Теперь у меня был Ксавион и куча противозачаточных таблеток. Каждые несколько дней я принимала таблетки с истёкшим сроком годности. Я была не настолько глупа, чтобы хотеть забеременеть. Пока нет. Но впервые за долгое время я смогла увидеть будущее… с Ксавионом.