Во мраке наших желаний (СИ)

— Дверь запирается все так же, только на один час, — напомнил мне мой проводник, когда мы остановились. — По истечении этого времени вы можете покинуть комнату, когда сочтете нужным.
С последними словами послышался щелчок от нажатия на дверную ручку.
Уже смело и привычно я шагнула вперед в темноту и остолбенела от шока, едва успев пересечь порог.
Я видела… Я, черт возьми, могла видеть очертания помещения, большую двуспальную кровать у стены, а также два мужских силуэта. Глаза заморгали быстро-быстро, словно это могло разогнать все еще плотную темноту и помочь увидеть больше.
Силуэт, что стоял правее, двинулся медленно на меня, вынимая руку из кармана брюк.
— Мы рады, что ты пришла, — заговорил Павел, остановившись и оставив между нами ровно один шаг.
Несмотря на ничтожное расстояние, его лицо все еще было покрыто мраком.
Я тут же принялась искать причину внезапных перемен в освещении. Ею оказалась единственное окно, сквозь жалюзи которого просачивался свет от уличного фонаря.
— Мы не хотим тебя к чему-либо принуждать, — заговорил второй, двигаясь так же плавно в мою сторону и вставая у меня за спиной. — Поэтому давай обсудим это сейчас.
Павел сделал шаг вперед, вторгаясь в мое личное пространство.
— Если ты останешься, — он коснулся запястья пальцами, скользя ими медленно по предплечью вверх, — то ты позволишь нам делать с тобой все, что захотим.
Меня бросило в жар, стоило второму мужскому телу прижаться сзади, впечатывая меня в своего друга.
— Мы не сделаем тебе больно, — произнес хрипло Матвей мне на ухо, почти невесомо касаясь губами шеи. — Тебе понравится.
Стая мелких мурашек прошлась по телу, и эту дрожь почувствовали мы втроем. Павел склонился ниже, почти соприкасаясь своими губами с моими, дразня и путая мои мысли окончательно.
— Но с условием, что наутро мы раскроем свои личности.
Голова кружилась от их близости, шепота и жара, что передавался и мне.
Раскрыть себя? Это было для меня сродни самоубийству, но, чувствуя еще один поцелуй у себя за ухом, я прошептала в мужские губы хриплое «Да».
Со сладким вкусом согласия Павел поцеловал меня, обхватывая мой за подбородок двумя пальцами. Горячее дыхание смешивалось в хаотичных обрывочных поцелуях. Нас обоих трясло. Наверное, тому был виной адреналин, ведь такой опыт был у всех впервые.
Матвей потянул за собачку платья вниз, стремительно оголяя спину и оставляя на ней россыпь из мелких поцелуев.
— Это ведь оно? — спросил он, тяжело дыша, целуя плечи и помогая выбраться из длинных рукавов. — То самое красное платье?
— Да, — ответила на выдохе, прикрыв глаза и откинув голову назад. — Хотелось запомниться вам, как девушка в красном платье.
Их губы…влажные и горячие, оставляли свои следы на теле, зажигая вулканы на каждом сантиметре. Я расслаблялась в их руках, плавилась, полностью отдаваясь примитивному желанию.
Руки блуждали по груди Павла, на ощупь расстегивая пуговицы его рубашки. Жар расползался по телу, сжигая последние рациональные мысли. Поглощая все, кроме ощущения их прикосновений.
Еще …еще… хочу еще.
И в своем желании я оказалась не одинока, почувствовав, как Матвей подался своими бедрами вперед, прижимаясь ближе и вырывая мой еле слышный стон.
Платье упало к ногам, как и бюстгальтер, который был мастерски расстегнут меньше чем за секунду.
— Ты ведь хочешь большего? — шептал соблазнительно Павел, оставляя невесомый поцелуй в ямочке под ухом и опускаясь ниже.
Он едва ощутимо скользил по нежной коже губами, периодически слегка покусывая ее, в то время как вторая рука блуждала по моим бедрам.
— Как думаешь, будет ли еще приятнее, если я оставлю поцелуи на других частях твоего тела? Например, где-то здесь…
С губ сорвался протяжный стон, когда он ласково провел указательным пальцем по внутренней части бедра, медленно поднимаясь выше.
— Или же тебе хочется ощутить мои пальцы в тебе? — шептал на второе ухо Матвей, словно змей-искуситель, поддевая пальцами сбоку резинку белья и спуская ее ниже.
 
Собственное дыхание сбилось, к чертям, как и мысли.
— Да, да… пожалуйста, — шептала, теряя связь с реальностью.
— Тогда на кровать, — скомандовал Павел.
— Живо! — подхватил второй, подгоняя меня звонким шлепком по ягодице.
  
Глава 18
 
Все происходящее казалось нереальным и ощущалось сном. Переборов себя, я отключила все беспокоящие мысли и собралась отдаться этому моменту полностью. В желании подавить тянущее чувство внизу живота я все сильнее изгибалась навстречу мужским ласкам, ощущая почти болезненную потребность в их прикосновениях.
Цепочка поцелуев медленно опускалась вдоль моего горла.
— Мэри, тебе понравилось, как я вчера играл с тобой? — спросил Павел мне на ухо, прикусив мочку.
— Да, да очень, — хрипло вымолвила я, пытаясь найти его губы своими.
Отвечая на вопросы одного из мужчин, я отчетливо чувствовала, как зубы второго царапнули кожу чуть выше коленки, заставляя сделать рваный выдох.
— А ты хочешь узнать, как это делает мой друг?
В ожидании моего затянувшегося согласия Матвей целовал плоский живот, спускаясь на тазовые косточки.
— Да, — произнесла хрипло, чувствуя, как его пальцы ощутимо сжимают горло.
Удивительно, но больше всего, что мне хотелось в этот момент — это увидеть их взгляды. То, как дымка похоти полностью заволакивает пеленой, и они начинают пожирать глазами обнаженное женское тело перед ними.
Я сама расставила бедра шире, приглашая к себе мужчину. Матвей не тратил впустую больше ни секунды и опустился между моих ног. Когда мягкое касание языка мазнуло по половым губам, я громко выдохнула и, поерзав бедрами, невзначай уползла выше. Одним движением сильные руки притянули меня обратно, и он коснулся меня настойчивее, всасывая со всей силой клитор губами. Я со стоном выгнулась на кровати, чувствуя на щеке ухмылку Павла.
— Мы и подумать не могли, — он коротко и хрипло рассмеялся, выписывая спираль вокруг ареолы, — что мы втроем так совпадем.
Его рот опустился на один из сосков, а пальцы между тем сжали другой. Я подалась вверх, неосознанно усиливая интенсивность прикосновений. Бедра заерзали по жестким простыням, ища необходимое трение. Я вздрогнула, когда пальцы Павла ущипнули сосок, и почувствовала, как влажное тепло скользит практически внутри, преодолевая расстояние от клитора до входа, кружа вокруг него двумя пальцами.
Мне захотелось, перехватив крохи контроля над своим телом, подарить те же ласки и им тоже. Огладив крепкий торс, я безошибочно направлялась к своей цели, обхватывая возбужденный горячий член руками, и у Павла вырвался непроизвольно низкий стон. Было дико неудобно в таком положении, но я старалась ритмично двигать кистью, слушая учащающееся мужское дыхание.
— На сухую не так приятно, — вдруг услышала я от него, когда думала, что все мои старания не напрасны.
— Поднимись выше, — тут же выпалила я, не видя в оральных ласках ничего предосудительного. Тем более это работало в обе стороны.
— У меня другое предложение, — с улыбкой в голосе произнес Матвей.
Он одним махом перевернул меня на живот и, ухватив ладонями за бедра, приподнял их. Кровать прогибалась под тяжестью тела второго мужчины. Я разместилась у ног Павла, скользя руками по мужским мощным бедрам, пока вновь не отыскала нуждающийся в моих ласках орган.
Аккуратно проведя пальчиками по выступающим венам на члене, я обхватила рукой основание и, наклонившись, провела языком по головке, слизывая выступившую смазку. Решительности добавляла темнота, и я с готовностью взяла его в рот, продолжая играть с ним языком.
Павел издал низкий рык, что только повышало мою самооценку. Движения становятся смелее, резче. Пока я была полностью увлечена процессом, влажные пальцы Матвея дразняще скользили между моих половых губ, слегка цепляя чувствительный бугорок. Я застонала с членом Павла во рту, тут же подаваясь назад и прижимаясь к мужской ладони. Хотелось большего. Он ввел в меня два пальца, мучительно медленно двигая ими внутри меня, словно ему приносило удовольствие слушать мои тихие стоны, пока я заглатывала член его друга все сильнее. А может, оно так и было.