Великие Дома Империи (СИ)

Вечером за Васей и Ухтышечкой приехали родители. Я передал детей из рук в руки, пообщался с новообретёнными соседями, а затем ещё немного посидел с одноклассниками. Джан, Алиса и Маро уединились на кухне и стали заниматься своим любимым развлечением — сплетнями. Федя засел играть в шахматы с Николаем Филипповичем, а Демон повёл сына в тренировочный зал. Вскоре прибыл личный водитель Регины, а с ними уехал и Гриднев. Последними нашу скромную обитель покинули Маро и Ираклий со своим младшим братишкой. После гостей остался срач, с которым мы и начали сражаться коллективными усилиями.
В воскресенье я рассчитывал отдохнуть.
Да, отдых в моём понимании — это пробежки, спарринги с Демоном и Зурабом, оттачивание боевых техник и медитации. А ещё у меня накопились патроны, изготавливаемые Федей по моей просьбе на постоянной основе. Каббалистические боеприпасы, обработанные Добрым Эхом, я экономлю на чёрный день, а вот обычные… Их надо использовать. Чтобы не потерять форму. Так что я упаковал в футляр свою снайперскую винтовку, прихватил коробку патронов и отправился в горы на раздолбанном «архарусе». Во-первых, эту колымагу не жаль. Во-вторых, не хочу привлекать лишнего внимания. От сопровождения Демона и Зураба я, по понятным причинам, отказался.
Чтобы добраться до безлюдной местности, мне потребовалось выехать из Красной Поляны, попетлять по горным серпантинам, объехать школу, в которой учатся Федя и Джан, оставить за спиной одно село и два пансионата и лишь после этого вздохнуть с облегчением. Машину я припарковал у заброшенного тучеразгонителя. С полкилометра проделал пешком и оказался на берегу горного озера, которое я заприметил, просматривая мыслекарту. Здесь не было санаториев, гостевых домов, горных поселений и… Да вообще ничего не было. Что интересно, льдом озеро не покрылось, несмотря на недавние заморозки.
Достав из рюкзака жестяные банки из-под минеральной воды «Джавахети», я расставил их на плоских камнях по всему берегу, тщательно вымеряв шагами дистанцию. Затем развернул каремат, установил L96 на сошках, зарядил в магазин десять патронов 7.62 и приступил к отстрелу зловредных банок. Работал неспешно, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Интегрированный глушитель не позволял звукам распространяться по водной глади.
Удовлетворившись результатами, я собрал гильзы вместе с изуродованными банками, упаковал всё своё добро в рюкзак, сложил «британца» в футляр и свернул каремат. Настроение было приподнятым, я даже насвистывал под нос весёлый мотивчик. От хлама избавился по дороге, выбросив гильзы и банки в глубокий овраг. Да меня бы экологи распяли на кресте за такое, но тащить столь серьёзные улики к мусорным контейнерам я не могу — вдруг сортировщики заподозрят неладное…
На пороге меня встретила Джан.
— Тебе звонили.
— Кто?
— Личный секретарь Строганова. У них там что-то срочное, просили заехать.
— Срочное?
— Говорить со мной отказались, — пожала плечами девушка.
В воскресенье никто никуда не спешил. Разве что Алиса попросила подбросить в центр, чтобы заглянуть в торговый пассаж. Я действовал грамотно — оделся по сезону, спустился в гараж и велел Демону оставаться на месте. Выехал на «Борее» в центральные кварталы Фазиса, отвёз библиотекаршу в нужное место, а сам рванул к арендованному особняку Строгановых. Не прошло и четверти часа, как меня провели в кабинет герцога. Тимофей Савельевич пожал протянутую руку, усадил меня в кресло и лишь после этого заявил:
— Долг платежом красен, не находите, молодой человек?
— Золотые слова.
— И я так думаю. Мы нашли Сперанского.
Я уставился на герцога, пытаясь понять, не шутит ли он. Задача, с которой не справилась лучшая ясновидящая Дома Эфы. Проблема, которую не решили деньги Иезекииля Джонса. А ведь не прошло и месяца! И это при том, что Серебряный Круг предпочитает себя не афишировать.
И это при том, что адепты тайного общества залегли на дно.
— Вы уверены?
— Это же Круг! — рассмеялся Строганов. — С ними нельзя быть уверенным ни в чём. И всё же я склонен утверждать, что Кирилл Сперанский засветился.
 
— Где? — я подался вперёд. — Как мне его найти?
— Не в этом городе, — покачал головой Строганов. — И уж точно не в этой стране.
  
Глава 38
 
Я очень давно не летал на дирижаблях.
Сейчас же мне предстояло не просто взять билет и насладиться созерцанием планеты из поднебесья. Нет, здесь всё гораздо веселее. Если верить Строганову, Кирилл Сперанский ушёл в межконтинентальный воздушный круиз. А это означает, что сукин сын вообще не спускается на землю. От слова «совсем».
Никогда не думал, что мне пригодится чемодан.
Прикупил на всякий пожарный и забыл. И вот он, тот самый день.
— Куда-то собираешься?
Я отвлёкся от укладки вещей.
— Стучать не пробовала?
Джан подошла ближе и заглянула внутрь чемодана. Я успел сложить нижнее бельё, носки, пару футболок и любимое оружие. Кусаригаму, тычковый нож, Nagant M 1910 с патронами, спидлоадером и глушителем.
— А ты, как я посмотрю, воевать собрался.
— Громко сказано, — ухмыльнулся я и прикрыл крышку чемодана. — Хочу завершить одно старое дельце. Что у тебя?
— Хотела обсудить с тобой поездку на винодельню и ещё кое-какие вопросики. Благотворительное общество «Жертвы кокосов», например.
— «Жертвы кокосов»? — я не сразу понял, что за дичь она несёт.
— Ежегодно в мире от падения кокосов погибает сто пятьдесят человек, — наставительно произнесла Джан. — Представляешь? Семьям погибших нужна помощь, и без нас им не обойтись.
— Прикалываешься?
— Нет, — девушка покачала головой. — Ты просил оптимизировать и без того низкие налоги. Мы с Николаем Филипповичем нашли решение. Если одобришь, учредим фонд.
— И как это будет работать?
— Часть доходов от наших предприятий и заведений будет поступать в этот фонд, а оттуда перекачиваться на левые счета в «Транскапитале».
— Большая часть доходов, я полагаю?
— Правильно полагаешь. На самом деле, схема сложнее, но я упростила её максимально, чтобы тебя не грузить. Суть в том, что мы отдаём жертвам кокосов половину своей выручки.
— А почему только половину?
— Хитрозаточенные юристы клана прикрыли лавочку шесть лет назад. Иначе весь Фазис обзавёлся бы фондами.
Обдумав предложение, я кивнул:
— Что ж, половину спасём — и то хлеб.
— Но ты не должен забывать, — голос морфистки стал многозначительным, — что пять процентов мы платим, как субъекты клана. Выйдем из него — ставка поднимется до пятнадцати.
Это я учёл.
— Мы всё равно выйдем, — я взял учредительный документ, подготовленный Джан, и подписал, не глядя. — Я расцениваю это, как плату за свободу.
— Как знаешь, — девушка пожимает плечами.
— Присматривай тут за всем, — напутствовал я. — Вопросами безопасности в моё отсутствие ведает Демон. Строители, опять же. Ребятам какие-то запчасти потребовались, оплати по факту.
— Хорошо. А ты далеко собрался?
— У меня наметился воздушный круиз.
Кирилл Сперанский путешествовал по миру на пассажирском цеппелине «Икона небес». Этот дирижабль совершал промежуточные посадки во всех крупнейших городах мира, но только в субтропиках. Незначительный процент психопатов жил на борту постоянно, остальные пассажиры менялись. Кто-то мечтал о кругосветке, кто-то хотел с комфортом добраться в нужную точку. Сперанский, как я подозреваю, встречался с разными людьми из Серебряного Круга. Не удивлюсь, если таким образом фанатики пытаются разыскать последний компонент своего хитроумного устройства.
Я уже связался с аэровокзалом Фазиса и выяснил, что на «Икону небес» не попасть просто так. Во-первых, дирижабль не останавливается в самом Фазисе, мне придётся ехать в Стамбул. Во-вторых, билеты бронируются заранее. К счастью, администрации вокзалов РИ и Халифата поддерживают между собой связь и осуществляют телефонное бронирование, но это касается лишь тех клиентов, которые могут внести предоплату через банки Ганзы. К счастью, я мог поступить подобным образом. Примерно час ожидания — и выяснилось, что один из пассажиров «Иконы» сходит «на берег» в Стамбуле. Освобождается горящее место, но внести предоплату надо сейчас.