Великие Дома Империи (СИ)

— Грёбаная софистика! — вспылил я. — Такого человека не существует в природе!
— Зато есть Серебряный Дракон, — возразил Артур Олегович. — Координатор всего этого маскарада. И ты его не убил, Кромсатель.
— Телепат, — я скривился. — Он может сидеть в любой точке планеты. Выслеживать — ваша задача, Барский. Хотите голову Серебряного Дракона? Это третье задание. И оплачиваться оно будет отдельно. Выясните, где он — и я приду в гости.
Снова тишина.
Барский обдумывал моё предложение.
— Я должен посоветоваться с князем.
— Ничего сложного. Уверен, между вами налажена постоянная телепатическая связь.
— Ты прав. Подожди секунду.
Лицо Барского приобрело характерное выражение человека, ведущего мысленный диалог с самим собой. Ждать пришлось не секунду, а добрых три-четыре минуты. Вскоре эсбэшник вернулся в реальность.
— Нет.
Я попробовал это слово на вкус:
— Нет… Это значит «нет»?
— Это значит, — Барский вернулся на прежнее место, — что мы благодарны за проделанную тобой работу и сполна её оплатим. Но пункт программы под названием «Е Тенгфей» надо закрыть. Второе задание будет зачтено лишь после смерти Серебряного Дракона.
Сдержаться было тяжело.
Но Трубецкой в своём праве. Обстоятельства изменились, и с какой стороны ни посмотри, но вопрос остаётся нерешённым.
Гадство!
— Вынужден согласиться, — холодно произнёс я.
— Рад, что мы друг друга понимаем, — кивнул Барский. — Велено передать, что за голову Дракона тебе тоже заплатят. На сей раз мы сами найдём этого человека, а устранишь его ты.
— После этого второе задание клана будет считаться выполненным?
— Вне всяких сомнений.
— Что ж, — поднимаюсь с кресла. — Мне пора.
Штаб-квартира службы безопасности располагалась в административном квартале Гадюшника. Меня сюда привезли на служебной машине. Кусаригаму я оставил на первом этаже, причём оружие забрали под расписку. Уверен, ясновидцы поработали с ним по полной. И это меня бесило. Добрый Эх ещё в прошлом месяце нанёс на серп, груз и цепочку сложную вязь Знаков, препятствующих прорицанию. И да, я отправил ему свои метательные ножи, а потом ещё и трость собираюсь модифицировать. Но сам факт! Не сделай я этого, Трубецкой получил бы ценную информацию, которую непременно использовал бы против меня.
Хорошо, что пальто не забрал из «Колизея».
А ещё у меня появилась параноидальная привычка всюду ходить в перчатках. И по возможности не трогать столешницы в чужих кабинетах.
Вот только теперь надо думать над тем, как попасть домой. И это при том, что Фазис опять утопает в ливнях, а на улице адский холод. И денег на такси у меня нет. Да и не вызовут мне его.
Расписавшись в получении, забрал кусаригаму, упаковал в чехол и начал искать в фойе будку телефона-автомата. Разумеется, таковой не обнаружилось. Этот день просто не может закончиться хорошо.
Ах, да.
Монеток у меня тоже целый ноль.
Приблизившись к стеклянной вертушке, я выглянул наружу. Сквозь панорамное окно просматривалась площадь, заставленная блестящими от дождя машинами.
К ступенькам крыльца лихо подкатил «Борей».
Водитель посигналил.
Ухмыльнувшись, я вышел в промозглый февраль, сбежал по ступенькам и плюхнулся в милое сердцу кожаное кресло. Дверца плавно опустилась вниз, отрезая непогоду.
За рулём сидел невозмутимый Демон.
— Как ты узнал, что я здесь?
Лютый развернулся рядом с табличкой «Парковка запрещена», дал по газам и помчался прочь из Змеиного Квартала. В который мог въехать без особых проблем, будучи командиром моей гвардии.
— По протоколу, шеф, любое задержание кланового аристократа сопровождается уведомлением его Роду. Мы получили телефонограмму.
— Надо же. Как мило с их стороны.
Мы ехали сквозь серую пелену, и я размышлял о дальнейших шагах. История с Серебряным Драконом вылезла некстати. В марте я планировал посетить Самарканд с автономным ремонтным модулем, а после этого заявиться на Парад Масок и устроить там веселье в своих лучших традициях. А ещё мне позарез нужен Великий Артефакт, который теперь непонятно где искать. Я уж молчу про стройку, финансовые вопросы и расширение своей маленькой армии. Теперь придётся ждать весточки от Барского и срываться по первому требованию.
 
Одно утешает — я неплохо наварился на сегодняшних приключениях.
Спорткар подъезжал к Аэрокольцу, когда со мной связался незнакомый телепат.
Ты пожалеешь.
Серебряный Дракон?
Это не важно. Повторяю, Кромсатель, ты пожалеешь, что с нами связался. На тебя объявляется охота. И, поверь, мы доведём дело до конца.
Зевнув, я открыл бардачок, пошарил там и достал артефакторный обруч.
Надел на голову.
Без внутренних голосов поездка по городу доставляет больше удовольствия.
  
Глава 35
 
По дороге в усадьбу у меня было время на обдумывание ситуации. Угрожали мне и раньше, так что я не особо переживал по этому поводу. А вот из-за чего стоило переживать, так это из-за людей, стремившихся устранить Наталью Андреевну. Это люди клановые, им известна моя личность, они могут создать кучу проблем. Теперь во мне видят досадную помеху, срывающую планы.
Другой бы рассчитывал на доблестную СБ под руководством Барского, но только не я. Что мешает Барскому стоять во главе заговора? Или быть причастным к этим интригам? В Доме Эфы никому нельзя доверять. Казалось бы, подозрение с Артура Олеговича можно снять, поскольку он и натравил меня на Е Тенгфея. Вот только… цели выбирает князь Трубецкой. Барский в данном случае — проводник чужой воли.
А ещё в последнюю неделю меня очень смущает один момент.
Помните Вышинского?
Понаблюдав за Ираклием, когда тот выводил из Зураба наркотическую дрянь, я пришёл к выводу, что то же самое могли сделать и лекари Вышинского. Когда стало очевидно, что ключевой боец умирает, не логично ли было прислать высшего хиропрактика? Одного из лучших в стране? Но этого не сделали. Тут вариантов — тьма. Либо я создал уникальный токсин, не имеющий аналогов, что вряд ли… Либо мне повезло, и эту заразу исцелять не умеют. Зураб ведь от своей зависимости не избавился, на такие чудеса Ираклий не способен.
Везение?
Я очень не люблю рассчитывать на удачу. Все мои операции тщательно спланированы, в них нет места случайным факторам. Точнее, не было. В этом мире из-за энергии ки всё идёт наперекосяк.
Надо бы выяснить границы возможностей местных целителей.
Так, на будущее.
Пересекая линию КПП, мы разминулись с бетономешалкой.
За время моего отсутствия количество техники и рабочих увеличилось. Всюду сновали големы, а над одним из котлованов нависала стрела автобетононасоса. Каждые три секунды эта штуковина что-то исторгала из себя с чавкающими звуками.
Отсутствовал я, как выяснилось, долго.
Мои соседи успели прийти из школы, поесть и заняться своими делами. В гараже, который снова пришлось расширить, стояли уже четыре моих меха. Парочка новейших «Витязей». «Гефест», отжатый у клана, и «Тигр», который мне таки спихнула Маро, озаботившаяся ремонтом в своей усадьбе. Фонарь «Тигра» отъехал в сторону, и я увидел, как по скобам спускается Зураб.
Выбираюсь из тачки, разминаю затёкшие кости.
И завожу разговор со своим пилотом:
— Как тебе мои игрушки, брат?
Зураб, довольно скалясь, приближается к нам. Вчера гвардеец заперся в своей комнате, почти ничего не ел, долго медитировал. Видимо, сказывались последствия ломки. Вечером он отправился на пробежку вдоль озера, и это был добрый знак.
— Я ожидал чего-нибудь похуже, шеф, — кавказец, судя по всему, поел и был весьма благодушен. Нездоровая для его народа бледность отступила. — Откуда у вас штурмовик Ганзы?
— Трофей.
— Я так и подумал. Мне он нравится, но вы же понимаете, что у нас намечается проблема с комплектующими?
— Догадываюсь, — нахмурился я.
— Ганза имеет представительство в нашей губернии, — продолжил Зураб, — но это не поможет. Потому что они официально не торгуют «тиграми».