Великие Дома Империи (СИ)

— Домой, — скомандовал я, переступив порог.
* * *
Ночное общение с Барским — сомнительное удовольствие.
Мы сидели в уже знакомом кабинете, Артур Олегович хмурился и сверлил меня недоверчивым взглядом.
— Так, давай ещё раз. Сегодня ты должен был ликвидировать Владимира Вышинского, но он жив. Это я знаю наверняка. Боец Орлов сдал меч Винеру, терпеливо дождался, пока его наточат, отшлифуют и отполируют, а затем…
— А затем, — перебил я, — забрал катану, расплатился по выставленному счёту, сел в машину и уехал. Правда, зачем-то отменил вечернюю тренировку с другим клановым мечником, одним из претендентов на участие в Турнире.
— Откуда ты знаешь? — опешил начальник СБ.
Конечно, я знаю.
Федя послал невидимую проекцию по нужному адресу и проследил за бесом. Практически мёртвым бесом, который доживает на этой земле свои последние сорок восемь часов.
— Не важно, — я возвращаю Барскому холодную улыбку. — Важно то, что с каждым часом клиенту будет становиться всё хуже и хуже. Начнутся головные боли, в горле запершит, добавится кашель. Завтра, примерно к часу дня, у него заболят суставы, возникнет нестерпимое жжение в области живота. Весь график тренировок полетит к чертям. Самочувствие Вышинского ухудшится вечером: лихорадка, галлюцинации, нестерпимые боли по всему телу. Заснуть он не сможет до трёх ночи, потом вырубится. Целители ничего не смогут сделать, хотя и заподозрят неладное. Агенты СБ будут перебирать все события прошедших дней, но не заметят ничего подозрительного. А потом бес перестанет дышать.
Наслаждаюсь произведённым эффектом.
Барский переваривает услышанное, оценивает схему, и в его глазах мелькает тень восхищения.
— Яд, — наконец произносит эсбэшник. — Как я сразу не догадался.
Пожимаю плечами:
— Запасайтесь попкорном, Артур Олегович. Пристёгивайте ремни. Следующая станция — Кладбищенская.
— Очень смешно, — хмыкнул Барский. — Если твои слова подтвердятся, и я получу отчёт о смерти Вышинского… первое задание будет считаться исполненным.
— Тогда прощаемся? — я начал медленно таять.
— Подожди, — остановил меня собеседник. — Я хочу, чтобы ты знал: Эфа всегда платит по счетам. Пусть эти задания обязательные, но договорённости своего предшественника я соблюдаю. Когда объект умрёт… тебе перечислят сто тысяч рублей. Доброй ночи, Кромсатель.
* * *
Утром следующего дня я отдыхал.
Набирался сил перед великими свершениями. В ближайшие сорок восемь часов я буду наблюдать за агонией Вышинского через Федину проекцию. Без фанатизма. Краем глаза, так сказать. По вечерам.
В обозримом будущем нет ничего, требующего моего прямого участия. Джан следит за выплатой репараций и доходами казино. Лютый составляет список людей, из которых будет формироваться ядро моей гвардии. Плотниковы строят. Големы с Алисой тихонько таскают книжки из библиотеки, Бродяга всё это копирует и превращает себя в ходячую энциклопедию.
Пора задуматься о великом.
Например, о колонии Мароан близ Самарканда, куда я должен доставить один из ремонтных модулей Администратора. О Параде Масок, который Чёрное Око проведёт двадцать первого марта. И о странном предложении Строганова.
Достав из выдвижного ящика стола визитку, врученную герцогом, я задумчиво повертел её в руках. Телефон главы Рода и непонятный значок в виде свёрнутой в кольцо… планетной системы? Револьверного барабана? Петроглифа? Наскального рисунка пришельцев?
Союз Вольных Родов.
Не клан, не тайное общество, не секта или религиозное собрание. Далеко не факт, что это меня заинтересует. Но вот местоположение вора, стянувшего Великий Артефакт…
Я ведь ничем не рискую.
Добыть какой-то никчёмный трактат?
Я даже не могу назвать это заданием.
Отложив визитку, я достал из сейфа тетрадку с полученными от Чёрного Ока радиограммами. Примерно десять сообщений, и это только за неделю. Отчёты Старших Рептилий о проведённых операциях, новые задачи от Реликтов, рутина со сновидческими полигонами. Всё это требовало моего непосредственного участия. За два месяца скопится ещё больше всякого мусора. Побочка, так сказать.
 
Вздохнув, я натянул спортивный костюм и отправился на пробежку.
Как говорится, в любой непонятной ситуации бегай. Здорово прочищает мозги. Помогает составить идеальный план, увидеть неочевидные косяки. Круче только душ. Контрастный.
Вернувшись домой, я первым делом достал визитку, попросил у Бродяги провести аппарат в спальню и созвонился со Строгановым. Попал, как водится, на личного секретаря, но меня тотчас переключили на герцога.
— Я согласен.
— Очень хорошо, — голос на том конце провода потеплел. — Считайте, поиски уже начались, господин Иванов.
— А что с названием трактата?
— Пришлю заказным письмом на ваш адрес.
— Договорились.
Вот и весь разговор.
Только что я, хочется верить, запустил шестерёнки механизма, который приведёт меня к бессмертию. Может быть. Но кто не рискует, тот не пьёт амброзию.
Разобравшись с этим вопросом, я отправился в тренировочный зал, где хорошенько размялся с шестом в компании Демона. Дальше пошли подтягивания, штанга, блочные тренажёры. Вы спросите, как всё это поместилось в моём зале? Пришлось слегка раздвинуть стены, урезав гостиную. Сделал я это незаметно, пока Федя и Джан разгрызали гранит науки в своих школах.
Приняв душ и наскоро перекусив, я отправился в школу Макаренко на своём «Борее». Демона пришлось взять с собой, он всё равно бы не угомонился. Разговор с директором, милейшей женщиной с двумя высшими образованиями, прошёл достойно. Выписанный в бухгалтерии чек ускорил процесс записи Виктора Лютого, причём мне удалось пропихнуть пацана в тот же класс, где учился Федя. У них разница в возрасте составляла почти два года, но учились ребята по одной программе.
— Готово, — сказал я, усаживаясь в кресло слева от водителя. — Зачислили твоего Витьку.
— Спасибо, шеф, — Демон аккуратно выехал с парковки и утопил педаль газа. Спорткар сорвался с места, меня вдавило в спинку кресла. — Пристегнитесь.
— Так, — я решил начать давно назревший разговор. — Паша, без обид, но… Есть вещи, которые меня не устраивают.
Охранник напрягся:
— Правда?
— Ты стараешься, и всё такое. Но я вполне могу за себя постоять. И за рулём люблю сидеть сам. Я больше переживаю не за свою жизнь, а за тех, кто мне доверился. Поэтому и решил собрать гвардию. Для охраны усадьбы, а не себя в ней.
— Понял.
— И? — я с надеждой покосился на свою няньку.
— Шеф, это ваше право. Любой приказ будет исполнен.
— Тогда слушай мой первый приказ. Выезжаешь со мной только в одном случае — если я сам этого захочу.
Демон лихо вписался в поворот на серпантине.
— Замётано.
— Приказ номер два — в ближайшие недели я хочу получить предварительный список людей, которым можно доверять. С особыми пометками.
— Какими ещё пометками? — не дорубил Лютый.
— Если у кого-то проблемы, я должен об этом знать. Не важно, что это. Здоровье, закон, тёрки с криминалом или клановыми структурами, долги… Что угодно, требующее решения.
— Хорошо, — кивнул Демон. — Разрешите вопрос?
— Разрешаю.
— Людей и машины надо где-то размещать. А ещё нам потребуется ремонтная мастерская.
— Я всё предусмотрел и заложил в проект.
— Это замечательно. Но каковы сроки строительства?
Пришлось напрячь память.
— Ангар поставят за месяц. Весь комплекс, включая жильё, будет сдан через три месяца.
Демон кивнул, и на этом разговор закончился.
Вернувшись в имение, я потратил час на построение ментальных блоков под контролем Николая Филипповича. И уж было задумался над тем, чтобы поупражняться с рапирой и дагой, когда в дверь моей спальни постучали. Не дожидаясь, когда я отвечу, внутрь ворвалась Джан.
— Серёженька, милый! Это случилось!
— Что случилось? — я опешил.