Великие Дома Империи (СИ)

  
Великие Дома Империи
   
Глава 1
 
Подлодка — мечта любого советского мальчишки.
Круче только орбитальная станция.
Но я не советский мальчишка. Детство в СССР — лишь крохотный осколок мозаики, в которую превратилась моя жизнь из-за бесконечных перерождений. Поэтому коридоры, люки и тамбуры «Шоггота» наводили на меня смертную тоску. Спуститься по грохочущему трапу рубочного люка, протиснуться мимо каких-то приборов и рулей, пультов, экранов и циферблатов. Снова трап, опять люк.
Первым шёл Джонс.
Дальше — я.
Паттерсон и Берлиоз замыкали процессию.
— В тесноте, как говорится, да не в обиде, — с лёгким акцентом заметил миллиардер. — Кажется, так у вас говорят.
В какой-то момент я обнаружил, что кинетик с телепатом исчезли, а вместо них появился молчаливый персонаж с амулетом на шее и ножом у пояса. От персонажа веяло мощью и готовностью убивать.
Иезекииль Джонс оказался подтянутым и крепким мужчиной лет шестидесяти. Очень хороших шестидесяти — так выглядят люди, большую часть жизни проводящие в путешествиях, спортзалах, саунах и массажных салонах. Люди, которые следят за своим здоровьем при наличии денег. Сказывается и одарённость, конечно… но встречал я одарённых, которые выглядят гораздо хуже в свои тридцать или сорок.
Миллиардер отрастил себе небольшую бородку, предпочитал носить длинные седые волосы и совершенно не переживал по поводу того, что разгуливает по субмарине в джинсах и шерстяном свитере. Мне этот тип напоминал одновременно постаревшего Атоса и Ричарда Брэнсона. Не удивлюсь, если он и парочку бесхозных островов себе прикупил.
И да, это тот самый волчара, с которым я схлестнулся в Баку. Правда, сейчас мистер Джонс не был вооружён своей тростью, никуда не телепортировался и вёл себя благоразумно. Более того, он ни словом не обмолвился о нашей встрече, сопутствующей схватке и взаимных претензиях.
А самое отвратительное — этот седовласый джентльмен знает, что я пользуюсь огнестрелом. Перед глазами сразу всплывает сцена, где я стреляю в ногу миллиардеру, разбрызгивая кровь по ковру гостиницы. И он, на минутку, продолжил преследование.
— У меня тут полная автономия, — продолжал вещать Джонс. — Опреснители, генераторы воздуха от Предтеч, запасы еды на три месяца. Камбуз, тренажёрный зал, комната релаксации, кают-компания.
— Комната релаксации? — удивился я.
— Шахматы, телевизор, кресла-качалки, — пояснил миллиардер. — Встроенный аквариум с рыбками. Очень успокаивает. Особенно в автономном плавании, когда неделями не поднимаешься на поверхность.
— Это ещё зачем?
— Вы не поверите, Сергей, сколько заброшенных Предтечами колоний затаились на дне Мирового океана. Огромное количество. Именно там я раздобыл многие артефакты. Которые, в том числе, встроены в систему управления «Шоггота».
Джонс начал спускаться по очередному трапу, настолько узкому, что мы едва не задевали стены плечами. Трап вывел нас, вы не поверите, в коридор. Стены этого коридора были скрыты за вогнутыми книжными полками.
— Моя библиотека, — в голосе Иезекииля послышалась гордость. — Наиболее редкие экземпляры. Инкунабулы, реплики древних манускриптов. Раритетные издания, купленные на аукционах.
Я мельком глянул на корешки.
Книги выглядели очень древними, но за их состоянием тщательно следили. О чём свидетельствовало отсутствие пыли и новенькие переплёты, сделанные под заказ. Преобладали латинские и греческие названия.
— А вот и кают-компания, — миллиардер остановился у неприметной двери, утопленной в систему хранения. — Прошу ничему не удивляться.
Дверь отворилась, и мы вошли.
Удивляться было чему.
Отсек, отведённый под кают-компанию, был довольно просторным. Скошенный потолок, обшитый светло-коричневыми и бежевыми панелями. Встроенные лампы дневного света. Четыре деревянных стола, на шесть персон каждый. И застеклённые ниши, превращающие обеденное пространство в музейную экспозицию. Я не особо старался рассматривать, что Джонс поместил под эти витрины, но есть подозрение, что артефакты.
 
Впрочем, меня поразило не это.
Среагировав на звук хлопнувшей двери, к нам повернулись люди, с которыми я уже встречался. При весьма неблагоприятных… хм… обстоятельствах.
Кирилл Сперанский, коллекционер из Неваполиса, у которого я стащил Компас в прошлом году. Тридцать лет, тонкие усики, подкрученные вверх. Эдакий Пуаро местного розлива. Бородку Сперанский сбрил и визуально помолодел лет на пять.
Вторым человеком была женщина.
— Моё почтение, герцогиня, — беру себя в руки и вешаю на лицо доброжелательную улыбку. Одновременно усиливаю ментальные блоки. — Давно не виделись.
— Тебя слишком много, Кромсатель, — Воронова не выглядела удивлённой или раздосадованной. — Но мне это нравится. Люблю целеустремлённых товарищей.
— Все в сборе, — бодро вклинился в разговор Джонс. — Представлять, я так понимаю, никого не нужно.
— Этот воришка едет с нами? — подал голос Сперанский. — С хрена ли?
— Этот, как вы изволили выразиться, воришка, — парировал миллиардер, — на данный момент обладает Компасом. И имеет достаточно силы, чтобы удержать добычу.
— С этим трудно спорить, — поддержала англичанина герцогиня. — Я видела его в деле.
— Как и все мы, — кивнул Джонс.
— Это он вам ногу прострелил в «Богине ветров»? — не смог удержаться от подколки Сперанский. — Странно, что вы не захотели поквитаться с мальчишкой после того случая. Сэр.
Последнее слово было выделено голосом не случайно.
Сперанский как бы намекал на аристократическое происхождение миллиардера. И честь, которая была попрана жалким беспризорником.
Вот только времена меняются.
И старые враги вполне могут стать деловыми партнёрами.
— Он больше не мальчишка, — холодно произнесла герцогиня, которой тоже не нравился Сперанский. — А вполне себе титулованная особа. Барон, присягнувший на верность Дому Эфы.
Никакой присяги я, разумеется, не приносил. Эту формальность мы с князем опустили, понимания, что никто ничего соблюдать не будет.
— Вот значит как, — усмехнулся Сперанский. — И это меня должно впечатлить.
— Меня, например, не впечатляет ваше присутствие здесь, — спокойно рассматриваю типа, вызывающего во мне антипатию. — У меня Компас, у сэра Джонса — знание о том, где искать Великий Артефакт. Среди нас лишнее звено — вы. Не находите?
Глаза Сперанского полыхнули яростью.
Рука потянулась к несуществующим ножнам и застыла на полпути.
Значит, миллиардер побеспокоился о том, чтобы по его субмарине не разгуливали вооружённые идиоты.
— Давайте все остынем, — примиряюще заговорил британец. — Каждый из нас имеет счёты с этим юношей, но у нас общая цель. И ради этой цели придётся забыть о разногласиях.
— Они оба из клана, — пробурчал Сперанский, скрестив руки на груди. От него так и веяло неприязнью. — Хотите, чтобы Эфа отжала Артефакт?
— Этого не случится, — заверила герцогиня.
Миллиардер переместился в центр кают-компании и встал таким образом, чтобы видеть нас всех.
— Дамы и господа. Выслушайте меня во избежание дальнейших недоразумений. Когда я приглашал вас присоединиться к охоте, то мной двигали вполне прагматичные побуждения. Поверьте, для человека, создавшего одну из лучших судостроительных империй на планете, риски и выгода — не пустой звук. Начну с господина Иванова. Он здесь, потому что владеет Компасом, имеет достаточно сил для его удержания и обладает бесспорными талантами, о которых нам поведала герцогиня. Фактически перед нами — лучший убийца России. А, может, и всей Земли.
— Громкое утверждение, — пожал плечами Сперанский.
— Но это так, — с улыбкой подтвердила герцогиня.
— Что касается Кирилла Сперанского, — продолжил британец, — то он не просто коллекционер, а человек с обширными связями в среде антикваров. Господин Сперанский откроет нам доступ к людям, которые не стали бы с нами общаться при других обстоятельствах. И да, его исследования существенно дополняют мои теории, что позволит ускорить поиск.