Непутёвый папочка (СИ)

Оказывается, я врал или просто не подозревал, что Мира может меня зацепить так сильно и почти сразу же. Я не могу ни шагнуть в сторону, ни сделать что-то. Стою, как приклеенный, и разглядываю спящую крошку. Тонкое одеяло сбилось в кучу посередине тела юной красотки. У неё тонкая талия и округлые бёдра, обтянутые короткими пижамными шортиками. Волосы рассыпаны по подушке, но несколько прядей упали на лицо и дрожат от лёгкого дыхания. Пухлые губы чуть приоткрыты, словно приглашают меня попробовать  десерт.
Так. Ладно. Хватит пялиться. Только что с зажигательного рандеву, и всё туда же, ходок ненагулявшийся. Одёргиваю себя как можно решительнее. Всего на мгновение думаю перенести малышку в спальню, но потом прячу руки за спину. Во-первых, она будет дико краснеть и смущаться завтрашним утром. Во-вторых, не уверен, что я просто опущу её на кровать и не сделаю что-нибудь ещё.
Мда-а-а… Похоже, влип не только мой сын, от которого умудрилась залететь эта крошка. Но влип и я сам.
Я решаю оставить Миру на диванчике, но одеяло поправить нужно. Возможно, сейчас ей тепло, но потом скрутится от холода и будет мёрзнуть. Я осторожно расправляю одеяло, накрывая им красотку с головы до ног. Кончики пальцев нечаянно задевают нежную, атласную кожу на бёдрах. Она манит меня своей горячностью. Я отдёргиваю руки, словно меня кипятком ошпарило. В тот же момент Мира переворачивается и вытягивается во весь рост, со сладкой улыбкой на губах. Сонная и манящая улыбка заставляет моё сердце подпрыгнуть высоко вверх и так же резко рухнуть вниз. Я натягиваю одеяло Мире почти до самого подбородка.
Миссия выполнена. Можно отступать. Но не тут-то было!
Мира вытягивается вперёд и внезапно обнимает меня руками за шею. Тянет к себе, бормоча что-то во сне. Моё тело реагирует быстрее, чем действует мой разум. Я упираюсь одной ладонью на диван, удерживая свой вес. Горячее дыхание Миры смазанной дорожкой проносится по щеке.
Я подхватываю его и запираю на границе её губ. Они, словно назло, оказываются мягкими и невероятно манящими. Вдыхаю аромат её тела. Свежий, с лёгкой цветочной пудрой. Он обволакивает меня своей мягкостью и чарует простотой. Понятное и чистое звучание. Искреннее…
Моя ладонь ложится на шею Миры, поглаживая нежную кожу. Её губы с готовностью распахиваются под моим напором. Он усиливается с каждой секундой. Кажется, уже ничто не может удержать меня от того, чтобы стать ещё ближе. На мне из одежды только плавки. Я чувствую, как каждая клеточка тела наполняется бурлящим предвкушением и таким твёрдым желанием, что сомнений никаких не остаётся — я хочу эту девчонку.
Хочу, но не могу остановиться. Меня не останавливает даже то, что Мира  навряд ли отдаёт себе отчёт в происходящем. Она льнёт ко мне всем телом — вверх. Прижимается, желая быть ближе.
Тонкое одеяло между нами становится лишней преградой, которой не становится в тот же миг. Одеяло отправляется на пол. Туда бы отправить и шортики с топиком, чтобы ощутить каждый сантиметр её кожи и оставить влажные следы языка. Клянусь, мне хочется покусать эту малышку. Пробуя на вкус, раскрывая и доводя до грани рваными, жадными поцелуями.
Я словно готовлюсь взлететь. Три секунды до старта. Пальцы уже нащупали край резинки шортиков и…
— Рома-а-а…
Лёгкий стон из уст красотки с именем моего сына звучит словно выстрел. Оглушительный выстрел, отдающийся набатом пульса в ушах. 
Проклятье. Я замираю. Перестаю дышать. Осторожно двигаюсь назад. Расцепляю руки Миры, сомкнутые за моей шеей. Торопливо набрасываю на неё одеяло. Пячусь спиной вперёд, не сводя с Миры глаз. Красотка простонала имя моего сына во сне и принялась спать дальше, с довольной улыбкой на губах.
Я добираюсь до спальни и запираю дверь. В крови бурлит желание, предвкушение будоражит. Я едва успел распробовать девчонку. Мне явно хочется большего — исследовать пальцами карту её тела и провести жарким пунктиром линии удовольствия. Но мне следует выкинуть эту блажь из головы и как можно скорее. Так будет лучше для всех.
 
И лучше бы Ромке вернуться как можно скорее!
В груди поднимается досада и раздражение. Оставшиеся пару часов до рассвета я только и делаю, что проверяю телефон и пытаюсь дозвониться до сына. Оболтус не берёт трубку. А потом я ещё пару часов фантазирую на тему, каких бонусов лишить Ромку за оплошность. Балбес!
Я едва ли отдаю себе отчёт в том, что вина Ромки присутствует, но не такого размера, до которого я её раздул в своём представлении.
  
Глава 6 Олег
 
Завтрак на следующее утро получается очень поздним. У меня рука не поднялась разбудить Миру раньше. Она сама проснулась и выглядела невероятно трогательно и волнующе, мягко говоря.
О большем я и задумываться не хочу, поэтому сижу на кухне с самым равнодушным видом, пока Мира плещется в душе. Когда она появляется на кухне, с кончиков её волос всё ещё срываются капельки воды, скользя по атласной коже нежной шеи. Разглядываю девушку сына, гадая, помнит ли она вчерашний инцидент или нет. Мира краснеет не больше обыкновенного и не прячется от меня под стол — значит, всё, что было, помню только я сам.
Ошибка. Случайная. Будем считать, будто не было ни-че-го.
Только взгляд словно нарочно очерчивает волнующий контур пухлых губ, а на языке словно вживую чувствуется вкус поцелуя, полученного обманным путём. 
Беседа за завтраком едва клеится. Мы обмениваемся стандартными фразами. Стараюсь держать себя в рамках приличных отношений.
— Рома не ответил на звонок? — спрашивает Мира, разглядывая чай в своей кружке. 
Не хочет поднимать на меня глаза, полные надежды, и показывать свою слабость. Но я и так знаю, какой ответ она надеется от меня услышать.
— Скорее всего, из-за перелёта Рома не может ответить на звонок, — отвечаю так, чтобы не огорчить девчонку ещё больше. 
Хотя она и без того выглядит так, словно опять готовиться реветь. А я терпеть не могу женские слёзы. Они заставляют чувствовать себя слабаком, неспособным сделать хоть что-то, чтобы этот горький поток прекратился в ту же секунду. Но не успеваю я придумать ещё одну ободряющую фразу, как слышится звук отпирающегося замка.
Клац-клац. 
Это может быть только один человек — мой сын-оболтус. Наверное… Я надеюсь, что это сам Ромка, а не его разбитной дружок или подружка.
— Сиди. Проверю, кто это, — предупреждаю жестом Миру, чтобы не вскакивала с места. Ведь именно это она и собирается делать — по глазам вижу.
Я появляюсь в коридоре вовремя. Мой сын, Ромка, закрывает дверь на замок. Поворачивается в мою сторону.
— Па? Что ты здесь делаешь? — удивляется он, снимая солнцезащитные очки.
— Привет. Моё появление в этой квартире не было бы для тебя шоком, если бы ты хоть изредка отвечал на личные звонки… — усмехаюсь я.
Рома широко улыбается. Я рад, что у сына отличное настроение. Но его улыбка меркнет в следующее же мгновение. Рома разжимает пальцы. Сумка с его плеча соскальзывает на пол с громким грохотом.
— Мира?
Эмоции на лице Ромы стремительно меняются одна за другой. Шок. Смятение. Неверие в происходящее. Попытка держать лицо.
— Привет, Рома, — Мира нервно сцепляет пальцы, не решаясь подойти к моему сыну. — Я тебя искала.
— Привет… — растерянно повторяет Рома. — Я в командировку улетел. Номер телефона местного оператора поставил. Не думал, что ты будешь меня так долго искать.
Сын растерян. Нервно поправляет причёску и внезапно переводит взгляд на меня.
— Так, дети! — беру на себя смелость вести переговоры. — Первое. Рома, ты знаешь эту девушку, так?
 
— Знаю…
— Второе. У тебя были с ней близкие отношения, да?
— Были, — подтверждает Рома. — До моего отъезда, а в чём, собственно говоря, дело? Почему вы оба здесь? Не понимаю!
— Раздевайся, Рома. Проходи, не стой на пороге. Я тебе всё объясню. Мира, подожди нас на кухне, идёт? 
Кивком отправляю Миру прочь. Она послушно выходит из коридора, но я вижу, как она пытается перехватить взгляд Ромы. Правда, мой сын находится немного в ауте, чтобы нормально реагировать на всё происходящее.