Непутёвый папочка (СИ)

— У бабушки! — возражает мама, лишая меня возможности договорить. — Но говорила явно не бабушка!
Боже, вот только этого мне не хватало — разборок с мамой и её подозрений. Сейчас всё так запутано. Я, конечно, расскажу обо всём маме, но только после того, как сама разберусь в ситуации. Увы, но пока у меня нет толкового решения! Я пытаюсь найти выход и решаю соврать, но соврать близко к правде.
— Мама, у бабы Жени случился приступ, её отвезли в больницу. Сейчас в квартире находятся её родственники, внук с женой, — говорю тихо. — Они затеяли уборку.
— Да? — сомневается мама. — Почему я не слышу женского голоса?
— Жена на кухне. Не терпит, когда под ногами путается кто-то лишний, — говоря, надеясь на то, что маму удовлетворит такое объяснение.
— Мира, солнышко, тебя притесняют? — тут же ужасается мама. — Тогда тебе точно нужно собираться и ехать домой.
— Мамочка, всё хорошо! — как можно увереннее говорю я. — Я останусь в городе ещё какое-то время, попытаюсь найти работу на лето. 
— Мира, тебе необязательно работать!
Я вздыхаю. Сейчас мама говорит, что работать необязательно. Да, конечно, но если я приеду домой, то всё лето придётся торчать на жаре, под навесом уличной палатки, торгуя мороженным. Этого мне точно не хочется!
— Мам, я уже взрослая. Мне пора вставать на ноги, — говорю как можно спокойнее и миролюбивее. — Вам с папой легче будет, быстрее за ипотеку расплатитесь…
Я пытаюсь сбить волну маминого настроя на излюбленную тему ипотеки и грабительских процентов по кредитам. Мама переключается на тему, которую я любезно подала ей. 
— Хорошо, Мира, — наконец, выдыхает мама. — Но если что-то не получится или ты соскучишься, сразу приезжай!
— Конечно, мамочка, — спокойно говорю я. 
Но мне очень радостно от того, что разговор прошёл мирно и быстро. Я тихо, чтобы не выдать своих эмоций, выбрасываю руку высоко вверх, мысленно говоря: «Ура!» Я пускаюсь в пляс, но обернувшись вокруг своей оси, натыкаюсь на взгляд Олега, наблюдающего за мной из коридора.
Чёрт. Как давно он смотрит на меня?! Стыд сразу же прожигает меня насквозь. Щёки становятся пунцовыми.
— Может быть, у тебя всё-таки получится вырваться на пару деньков? У тебя же скоро день Рождения! — говорит мама.
— Мама, я хотела отпраздновать с друзьями, если ты не против. Мама? — спрашиваю я.
Мне в ответ звучит лишь тишина. Отнимаю телефон от уха, видя чёрный, потускневший экран. Телефон окончательно разрядился. Олег прокашливается и заходит в комнату. Губы мужчины расплываются в снисходительной улыбке.
«Просто молчи!» — хочется сказать ему. Но Олег — не из тех мужчин, что будут молчать, когда им есть что сказать. Словно желая смутить меня ещё больше, он выдаёт:
— Вот бы мой балбес так радовался мне, как ты радовалась разговору с мамой! — хмыкает он.
— Это другое, — возражаю я.
— Да неужели?
Олег полон скепсиса. Но меня спасает курьер, привёзший еду. Олег отправляется к курьеру, а я иду на кухню, чтобы достать стеклянные тарелки и накрыть на стол.
По взгляду Олега становится понятно, что он вообще не стал бы заморачиваться, а ел из пластиковой посуды. Но мне хочется чем-то занять руки и возможно показать себя хоть чуточку хозяйкой. Не для того, чтобы покрасоваться сноровкой перед Олегом. Но он же отец Ромы, а родители оценивают наш выбор иначе. Они не замечают милых и приятных нашему сердцу мелочей, но оценивают человека по другим категориям: чем занимается, сколько зарабатывает, что умеет делать?
У меня пока по всем пунктам прочерк, кроме того, что я умею готовить. Родные всегда хвалили мою стряпню. Но раскладывая еду из ресторана по тарелкам, я понимаю, что мои кухонные умения навряд ли впечатлили бы Олега.
Тарелки едва помещаются на столе.
— Я не знал, что заказать.
— Кажется, вы решили заказать абсолютно всё.
Осматриваю блюда — паста, ризотто, лазанья, воздушный хлеб чиабатта с хрустящей корочкой и пористым мякишем. Рядом стоит омлет с помидорами и зеленью — кажется, его называют фриттата.
 
— На десерт я заказал панна-котту. Но может быть, стоило заказать и тирамису? — размышляет Олег.
— Нет, спасибо. Этого вполне хватит.
— Если останется, можно будет убрать в холодильник. Теперь там пустые полки, а я терпеть не могу пустоту, — признаётся Олег, принимаясь за очень поздний ужин.
Я следую его примеру, понимая, что жутко проголодалась. 
— Надеюсь, тебе понравится десерт… Панна-котту у нас ещё могу сделать вполне сносно. Но джелато лучше пробовать в Италии, — говорит Олег тоном, словно прогуляться в Италию за таинственным джелато — это всё равно что сходить в магазин на углу дома за булкой хлеба.
— Джелато — это мороженое. Считается лучшим сладким кулинарным шедевром Италии, — подсказывает Олег. — Любишь мороженое?
— Люблю… — признаюсь с улыбкой.
Взгляд Олега скользит по моему лицу, задевая губы. Под пристальным взглядом мужчины я чувствую себя как то самое джелато, тающее на сорокоградусной жаре…
  
Глава 4 Олег
 
Очнись, Олег… Тебе сорок один, перед тобой сидит не очередная кандидатка на постельные игрища, а девушка твоего сына!
Я пытаюсь одёргивать себя. Не помогает, честное слово. Я просто пожираю взглядом кукольное лицо красавицы. При словах о любви Миры к мороженому, фантазия подкидывает картинки, одна другой развязнее. Пухлые губы, скользящие по подтаявшему шарику мороженого, язычок, ловко слизывающий сливочные потёки… 
Чёрт. В штанах становится тесно. Мне явно не помешает холодный душ или ведёрко со льдом. С трудом заставляю себя сосредоточиться на чём-то ином, кроме своих фантазий. Мне просто нужно отвлечься в постели, с другой женщиной. 
Телефон начинает звонить где-то вдалеке. Мира вскидывает на меня взгляд. В тёмно-серых глазах мелькает надежда. Внутри меня же гаснет огонёк, Мира явно надеется, что мне перезванивает Рома.
Поднявшись из-за стола, я матерю себя. Надо притормозить. Срочно. Но пока я шагаю в направлении телефона, стоит признаться. Я не хочу, чтобы Ромка объявился прямо сейчас. У нас с Мирой лёгкий приятный ужин.
Вот опять… С этим надо что-то делать! Если звонит мой сын, первое, что он услышит, будут мои слова о беременной девушке и их свадьбе! Да, чёрт побери, пусть отвечает за свои поступки!
Всего на мгновение я задумываюсь о том, что всё же верю Мире на слово, не требуя доказательств. Даже не попросил показать совместные фото с моим сыном, для уверенности в  том, что они хотя бы встречались!
Но звонит не Рома. Звонит моя нынешняя жена. Елена. Сейчас мы находимся на стадии развода. Вернее, в назначенный день Лена так и не появилась. Она пытается всячески заставить меня забрать заявление на развод. 
История тривиальная и избитая, ни капли неинтересная. Однажды я вернулся раньше необходимого и случайно пересёкся с приятелем, с которым давно не виделся. Он попросил меня подкинуть его до отеля.
В холле отеля я увидел неверную жену в компании мужчины, намного моложе меня. О его интересах к Лене лучше всех слов говорила рука, лежащая на бедре моей жены. Парочке явно не терпелось добраться до номера. Они были так увлечены друг другом, что даже не заметили, как я шёл за ними практически по пятам. Вздрогнули только у двери номера, когда я прервал их страстный поцелуй громким покашливанием.
Лена пыталась оправдаться, якобы это впервые, и до секса дело ещё не дошло. Но для меня всё было яснее ясного. Жена мне изменяла. Я заявил о том, что подам на развод сразу же. Неприятно царапнуло изнутри изменой жены, но не могу сказать, что я любил Лену до беспамятства. Она была удобной, красивой, функциональной в постели и достаточно умной, чтобы не краснеть за её реплики при выходе на публику.
 
Отношение ко второй жене у меня было как к необходимому статусному аксессуару жизни успешного человека. Общих детей у нас не было. Поэтому решение о разводе далось мне легко. Лена не захотела разводиться. Понятное дело, почему она не желала разводиться. Лена не хотела лишаться приятной, удобной и обеспеченной жизни.  Она даже пыталась прикинуться беременной от меня, размахивая тестом с двумя полосками. Но при требовании пописать при мне и сделать новый тест на беременность, Лена стушевалась. Да и будь она беременна, не факт, что была бы беременной от меня.