Принуждение (ЛП)

— Нет, ты этого не сделал.
— Да, ты права. Мне не жаль. Мне нравится знать, где ты находишься.
Я стону в отчаянии.
— Границы, Атлас. Изучи их. В любом случае, это я потеряла свой телефон в Вегасе, и именно я его заменю. Я просто не чувствовала необходимости спешить, когда единственный человек, который мне звонит, — это ты. Ну, и, по-видимому, главный детектив по делу о моем преследователи. Господи, я неудачница.
— Эй, ты не неудачница. Ты заполучили меня, не так ли?
— Ах, Атлас, всегда такой скромный.
Он ухмыляется: — Я подарок, Айви.
Я хихикаю, прижимаясь к нему, когда мы направляемся к «Вайнс», пасмурное небо выглядит темным и зловещим.
Мы останавливаемся и выбираемся наружу, когда усиливается ветер.
— Я позвоню тебе, когда мы будем готовы, — говорит Атлас Питу, прежде чем захлопнуть дверь и утащить меня внутрь.
— Где твоя куртка? — он оглядывает меня, прежде чем выругаться, когда понимает, что я оставила ее в машине.
— Все в порядке. Мне было так тепло прижиматься к тебе, что я даже не подумала. В любом случае, это не имеет значения, я всего лишь собираюсь сбегать к машине.
— Я не хочу, чтобы ты простудилась.
— Ты мнительный. Со мной все будет в порядке.
— Я не мнительный. Я просто не хочу, чтобы ты заболела. Если ты заболеешь, мы не сможем трахаться.
— Верно. Глупая я, — хихикаю я, когда администратор, с которой я встретилась в прошлый раз, приветствует нас, ее глаза расширяются от узнавания, а затем шок, когда она замечает массивный камень на моем пальце, который, вероятно, можно увидеть из космоса.
— Мистер и миссис Монро. Приятно видеть вас снова. За обычным столиком?
Атлас смотрит на меня: — Мне нужно в свой кабинет. Ты можешь пойти со мной или посидеть у камина и сделать заказ для нас.
— О, камин, пожалуйста. Это звучит как рай.
Атлас целует меня в висок, серьезно глядя на менеджера, которая краснеет, прежде чем отправиться в свой кабинет.
— Сюда, пожалуйста, — она указывает мне рукой, чтобы я следовала за ней.
— Пожалуйста, не смущайся. Я чувствую, как это волнами исходит от тебя, и в этом нет необходимости. Ты уже извинилась. Все в порядке, правда.
Она заметно расслабляется: — Извините. Я имею в виду спасибо. Это был долгий день.
Я сочувствую: — Да, Атлас сказал, что дневной менеджер не пришел.
Она кивает, вытаскивая свой блокнот, чтобы принять мой заказ.
— Да, новая официантка тоже не пришла, а один из шеф-поваров разводится, так что прямо сейчас он по сути ненавидит всех, у кого есть сиськи. И я была на ногах последние десять часов, пытаясь прикрыть всем задницы. — она резко втягивает воздух, когда понимает, что только что выплеснула все это на меня.
Я смеюсь. Я ничего не могу с собой поделать. Она выглядит такой испуганной.
— Пожалуйста, не волнуйся. Я была на твоем месте. И я тебе сочувствую. Эй, если у тебя не хватает персонала, возможно, я могу подумать о том, чтобы получить здесь работу?
Что угодно, лишь бы выбраться из этого чертового дома, размышляю я, но не говорю ей об этом.
Она бросает на меня странный взгляд.
— Что? Почему ты так на меня смотришь?
— Я думала, вы работаете в "Дрифт". Вы ведь это сказали, верно?
Я вздыхаю, зная, что должна быть честной и откровенной, если хочу получить шанс работать здесь.
— Меня уволили. Кто-то подставил меня, и я предполагаю, что у них были связаны руки, и это отстой.
Ее глаза открываются невероятно широко: — Вас уволил собственный муж?
— Что? Нет, я не работаю с Атласом, — фыркаю я. Господи, я знаю, что некоторые пары могут хорошо работать вместе, но мы с Атласом либо убьем друг друга, либо будем трахаться на любой доступной поверхности. Я бы работала здесь только до тех пор, пока не смогла бы найти что-то другое, и это только потому, что Атлас сам редко бывает здесь.
— Извините. Я не понимаю. Вы сказали, что работаете в «Дрифт», а это один из клубов, принадлежащих мистеру Монро. Кажется, один из шести.
Требуется минута, чтобы ее слова дошли до меня, и еще секунда, чтобы смысл дошел до меня.
 
— «Дрифт» принадлежит Атласу? Моему Атласу? Как долго?
— Не знаю, сколько я живу в городе. Так что, может быть, четыре года?
Я киваю и прикусываю губу, заставляя себя сдержать слезы унижения, чувствуя себя так, словно мне дали пощечину.
— Вы не знали, — она произносит это шепотом, ее глаза полны жалости. Господи, я бы предпочла ее ненависть, а не жалость.
Я выдыхаю и встаю, складывая салфетку с колен и бросая ее на стол с натянутой улыбкой.
— Я иду домой. Ты можешь сказать Атласу все, что хочешь. Скажи ему, что я заболела или что я сбежала и присоединилась к цирку, мне все равно. Однако, я бы не стала раскрывать то, что ты мне здесь рассказала, потому что, если у него нет угрызений совести по поводу увольнения меня, я сомневаюсь, что он потеряет сон из-за твоего увольнения.
Я направляюсь к выходу, останавливаясь только тогда, когда она зовет меня.
— Миссис Монро, мне жаль, — мягко говорит она. Я верю ей, но это ни черта не меняет.
— Мне тоже, но я рада, что ты мне сказала, — я ухожу, понимая, что если останусь, то в конечном итоге сломаюсь.
Я выбегаю за дверь под мелкий дождь, позволяя ему остудить мою кожу, раскрасневшуюся от гнева и смущения.
Не могу пойти домой, потому что это будет первое место, где он будет искать меня. Если я увижу его, то в конечном итоге, просто врежу кулаком в его глупо красивое лицо.
Вместо этого направляясь в парк, игнорируя всех вокруг, кто спешит укрыться от дождя. Я направляюсь к опустевшим качелям, не заботясь о своей промокшей одежде или волосах, которые теперь прилипли к моей коже.
Зачем ему это делать? Я не понимаю. Он прикинулся дурачком, когда я рассказывала, почему меня уволили. Он подставил мне свое плечо, чтобы поплакать, когда это снова случилось с Генри. Я была в таком состоянии, что не знала, как буду платить за аренду, и в сочетании со всей этой историей со преследователем…
— Вот сукин сын! — он играл со мной, чтобы заставить переехать к нему. Он знал, что я думаю, что еще слишком рано, поэтому он манипулировал ситуацией в своих интересах.
Я сижу, кипя от злости, мои зубы стучат, когда холод проникает внутрь, но дождь никак не помогает мне успокоится.
Я не знаю, как долго я сижу там, пытаясь понять, как он мог так поступить со мной, когда я слышу его.
— Айви! — Атлас рычит за мгновение до того, как я чувствую руки поднимают меня, перекидывая в его объятия.
— Глупая девчонка. Ты подхватишь здесь пневмонию.
Он бежит со мной обратно к машине, держась за меня, как за драгоценный груз. Я позволяю ему, пока пытаюсь придумать, что сказать, кроме того, чтобы идти нахуй.
На данный момент у меня ничего нет. В ту секунду, когда я открою рот, я либо заплачу, либо выругаюсь. Сейчас я предпочитаю оставаться равнодушной ко всему этому, потому что в этой чертовой машине от него некуда скрыться.
Как только он усаживает меня, он срывает с себя куртку и набрасывает ее мне на плечи.
— Поговори со мной, Айви. Что случилось? Почему ты сбежала? — он рычит, но все, что я ему даю, — это молчание. Я зарываюсь лицом в его пиджак и прислоняю голову к окну, прежде чем закрыть глаза, эффективно отгораживаясь от него.
— Айви, — его голос все еще пронизан гневом, но теперь в нем также слышится нотка беспокойства. — Поговори со мной. Расскажи мне, что произошло.
— Я просто хочу домой, — шепчу я, не открывая глаз.
Он тянет меня, пока я не оказываюсь в его объятиях. Он крепко обнимает меня, пока я безвольно прижимаюсь к нему.
Он больше не пытается заговорить со мной. Он успокаивающе поглаживает ладонью вверх и вниз по моей руке.
Когда машина останавливается, он не ждет, пока Пит выйдет. Он открывает дверь и тянет меня за собой, словно боится убрать от меня руки хотя бы на секунду.
Как только мои ноги касаются земли, он подхватывает меня на руки и несет внутрь, прямо в спальню. Осторожно поставив меня на ноги, он спешит в ванную. Секунду спустя я слышу, как в ванну льется вода.