На грани безумия (СИ)
Сознание возвращалось медленно, норовя вновь ускользнуть. Я словно плыл на волнах, мерно покачиваясь, ныряя и выныривая, погружаясь в боль. Звуки доносились рваные, искаженные.
— Живой? — спросил басовитый мужской голос.
— Да, но ранен. Два ребра сломано, рука. Многочисленные ожоги и сотрясение. Возможно имплант повредил, — ответил второй, механический.
— На серую дрянь проверили?
— Чист.
— Хорошо, тащите в вертушку, — приказывает тот, первый.
Снова покачивание на волнах… Меня несут на носилках? В вертолет? Ничего не вижу. На глазах какая-то влажная, липкая повязка, но аудиосистема работает на восьмидесяти процентах.
— Территорию зачистить! Ставим саркофаг! — долетает сквозь гул лопастей чей-то приказ.
Меня обдает горячим, колючим от пыли и песка ветром. Гул вертолетных лопастей вызывает почти физическую боль. Чувствую, как носилки поднимают, ставят, закрепляют с громкими щелчками, и вертушка устремляется ввысь. Боль становилась тягучей, обволакивающий и слегка приглушенной, даже немного приятной.
Кто-то склонился надо мной с обеспокоенным вздохом, а затем снял с глаз повязку, но я ничего не увидел. Глаза резало и пекло, имплантат выдавал помехи. Я ослеп… Иные меня раздери, я ослеп!
— Жить будет, — раздался справа мужской голос. — Я сделал все по максимуму, мэм. Остальное пусть белые эскулапы латают в больничке.
— Хорошо. Спасибо, Эндрю, — ответил ему второй голос, женский. Очень знакомый сладкий бархатный голос, который принадлежал…
Кассандра Милз положила прохладную ладонь мне на лоб и сказала:
— Ну и доставили же вы нам проблем, мистер Рид. А ведь всего-то на всего надо было дать мне доступ к своему нейроимпланту, когда я просила.
Глава 9
— Вы быстро идете на поправку, мистер Рид, — сказал высокий худощавый доктор с благородной сединой на висках. — Переломы срастаются хорошо, подсаженная кожа прижилась, зрение мы вам полностью восстановили. Поврежденный глазной имплант я заменил на аналогичную модель, только пятого поколения.
Пятого⁈ Моя «единица» стоила немало, считалась дорогой, а тут пятерка… Я столько коинов с черной меткой в профиле никогда не заработаю. Да и без метки придется попотеть, если честно.
Видимо, замешательство отразилось на моем лице, потому что доктор спешно добавил:
— Не переживайте. Имплант уже оплачен корпорацией, как и лечение. Выздоравливайте, мистер Рид, и ни о чем не беспокойтесь, вы в надежных руках.
— Спасибо, доктор.
Дверь за эскулапом бесшумно закрылась, я снова остался в одиночестве. В больнице я провел четыре дня. За это время белоснежная палата с климатконтролем, голографическими панелями на стенах и огромным окном с видом на парк успела поднадоесть. Повязки с глаз мне сняли в первый же день, позволив любоваться хвойным лесом на голопанелях и прочей успокаивающей бурдой. Вставать разрешили на второй, и я лениво прохаживался по палате, подолгу стоял у окна, разглядывая пышущий зеленью сквер с лавочками и стилизованными под старину фонарями. В сквере после обеда всегда было много народу. К больным приходили друзья и родственники, люди медленно прогуливались по тропинкам, сидели в тени деревьев и вели неторопливые беседы, ели какие-то вкусности.
Ко мне никто не приходил.
Я изнывал от безделья и не до конца понимал, где нахожусь и чего стоит ожидать. Попал в информационный вакуум. Из палаты меня не выпускали, терминал мне не выдали, доступ в сеть закрыли. Никто ничего не объяснил, на вопросы врачи отвечали однозначно: «Наша работа вас вылечить, остальное потом».
Однако кое-какие выводы я все же сделал. Меня привезли в Первый сектор, в корпоративную больницу «Астора». Зачем? Почему? Ответов нет. На второй день больничного заключения я даже подумал, что нахожусь в Хранилище, и все это — Иллюзион. Я всерьез готовился к началу фазы кошмаров, ждал, что вот-вот в палате погаснет свет и по коридорам больницы начнут бродить пациенты-зомби, жрущие врачей и санитаров. Но время шло, шло и шло, а кошмары не приходили. Да и боль от травм ушла, чего в грезах никогда не бывает.
Дверь с шелестом отъехала в сторону, впусти в палату улыбчивую медсестру с каталкой.
— Ваш завтрак, мистер Рид, — дежурно улыбнулась она и приготовила шприц.
Покончив с уколами и перевязками, медсестра пододвинула ко мне поднос с едой.
— Что это? — спросил я, с подозрением глядя на тарелки, наполненные серой и зеленой жижей.
— Сегодня белковая смесь и салат. Это вкусно, попробуйте. Кстати, к вам посетитель. Впустить?
— Да, — быстро ответил я, бросив ложку. Разноцветна жижа может и подождать.
Я ожидал увидеть кото-то из врачей или быть может одного из командиров бойцов корпоративной ЧВК, которые меня вытащили, но в палату вошла Кассандра Милз.
Хорошо, что я не стал есть салат, иначе бы подавился от удивления. Да, в вертолете я слышал ее голос, но списал это на галлюцинацию, ведь я тогда находился, мягко говоря, не в лучшей форме. Однако теперь она стояла прямо передо мной. Одетая в облегающий белый комбинезон с черными вставками, очерчивающими идеальную фигуру, на груди горел логотип «Астора» — оранжевая буква альфа, заключенная в круг. Черные волосы были собраны в высокий хвост, родинка над пухлыми губами и строгий, пытливый взгляд из-под пушистых ресниц. Взгляд излишне пытливый, сканирующий — именно так она смотрела на меня при первой встрече у доктора Бартона.
— Я рада, что вам лучше, мистер Рид, — начала она своим бархатным голосом. — Вы не против, если я присяду?
— Если отвечу «нет», это что-то изменит? — хмыкнул я.
— Не изменит.
Она пододвинула стул к койке и села, закинув ногу на ногу. При этом комбинезон подчеркивал фактурное тело так, что девушка казалась нарисованной — слишком уж идеальная поза и пропорции. Сейчас она чем-то напоминала совершенный аватар Скай.
— Кто вы? — спросил я. — Только не говорите, что Кассандра Милз, все равно не поверю.
— Меня зовут Кассандра Милз, — ответила она ровным тоном.
Я криво ухмыльнулся. Ну точно механическая женщина, идеальная кукла с заложенной программой. «Кассандра Милз, Кассандра Милз…»… Ее будто заклинило.
— Послушайте, дамочка, — начал я терять терпение. — Если вам от меня что-то нужно, а вам нужно, иначе бы меня сюда не притащили, то будьте любезны, говорите правду, иначе ничего от меня не получите. Ненавижу ложь.
— Меня действительно зовут Кассандра. Милз — девичья фамилия матери, а мою настоящую фамилию вам знать не обязательно, как и остальным. Понимаю, вы злитесь за ту небольшую шалость в кабинете доктора Бартона, но у меня не было выбора…
— Шалость⁈ Издеваетесь? Вы мне жизнь испоганили, заставили думать, что схожу с ума. А тот укол? А попытка получить полный доступ к моему нейроимпланту? Я уже молчу про спасение из Пустоши. Хотя за это спасибо, конечно.
— Слишком много вопросов, мистер Рид. Давайте договоримся, я буду отвечать только на те, на которые имею право ответить. Поймите, я человек подневольный, но сделаю все, чтобы вам помочь. Ну, что скажете? — спросила она и улыбнулась.
Надо же, вот как ты запела. Видимо, я действительно ей нужен, раз Кассандра сменила тактику и прикинулась корпоративной пай-девочкой. В том, что она пытается мной манипулировать, я не сомневался. Что ж, мне нужны ответы, поэтому сыграем в твою игру, детка.
— Хорошо, — кивнул я. — Тогда начнем с начала. Зачем вы устроили этот цирк в кабинете Бартона?
— Мне было поручено получить доступ к вашему нейроимпланту и выяснить реальный уровень ЭМПО, который вы так старательно скрывали. Кстати, как вам это удавалось на протяжении стольких лет? И зачем вы это делали?
— Мы вроде бы договорились, что вопросы задаю я, а вы отвечаете. Или ваша правда так быстро закончилась? — осадил я.
— Извините, просто любопытно, — исправилась она, но было видно, что такая манера общения ей неприятна. Она явно привыкла командовать, а не подчиняться.