Офицеры (СИ)
Лейтенант КГБ, кинув ему — Не отставайте! — повел Семена по бесконечным коридорам и переходам. Минут через семь они оказались в приличного размера зале, где вовсю кипела жизнь: сотрудники разных ведомостей с помощью десятка установленных здесь телефонов с кого-то запрашивали данные, кому-то докладывали.
Я стоял у карты города и его окрестностей, когда почуял взгляд своего друга. Обернувшись, я махнул ему рукой и Сема с какой-то тяжеленной сумкой и чемоданом с улыбкой на лице подошел ко мне — Привет, Юрец! Это нам подгон от комитета: «Скорпионы». Прикинь, утром стою на «тумбочке» дневальным. От нефига делать медитирую и тут меня срочно под белы рученьки и к начальнику школы. Вот спасибо, дружище! Блин, да тебе опять звание повысили!
— Для этого я тебя и вытянул: скоро здесь станет жарко и у тебя будет шанс и в звании подрасти и орденок какой на грудь повысить!
— Вот спасибо, ты настоящий друг! — подошел Гена и обнял друга — Смотрю, ты решил всех своих друзей собрать!
Я кивнул — Надо вас оболтусов на свой уровень подтягивать. А то слишком медленно к генеральским погонам ползти будете. Семен будешь в команде своих коллег работать — я кивнул в сторону троих комитетчиков. Все, аллюр три креста!
Сема подмигнул мне — А помнишь, Юрец, тех двух прекрасных студенток, которых мы после победы в чемпионате тут подсняли? Может попозже найдем, покувыркаемся?
— Вот вы кобели, парни! — Гена удивленно покрутил головой. А я вот мучаюсь над вопросом: удастся ли мне встретиться со своей будущей женой, про которую вы мне рассказали, или же нет! Вы хоть что нибудь о ней знаете?
Сема похлопал Генку по плечу — Не ссы, никуда твоя жена не денется. Найдем.
Затем достал из кармана письмо — Заехал я в ваш дом, в твоем ящике, Юрец, письмо было.
Я открыл конверт. Письмо было от Юли Мороз.
" Здравствуй, Юра! Я все надеялась, что ты мне напишешь первым, но не выдержала. Была в Марьиной Горке, забежала к твоей маме, но и она толком о тебе ничего не знает и жалуется, что ты ей ни одного письма не написал. Твой батя еще не вернулся, он до сих пор сдает вступительные экзамены в академию. Мама твоя просит тебе передать, что она очень скучает без тебя. Семен тоже почему-то своим не пишет, один лишь Иванов ваш уже четыре письма своим прислал. У меня все хорошо. Учусь на пятерки. В Минске очень интересно, огромный город, даже непривычно. Интересно как там Москва, в которой ты живешь? Наверное еще больше людей? Ты не забыл, что обещал на мне жениться? Мои сокурсницы удивляются, что я совсем не хожу с ними вечерами на танцы в клуб и ни даю ни шанса своим ухажерам. Представляешь, их у меня аж двенадцать человек! И если ты решишь меня бросить, знай, что одна я не останусь. Всегда найдется кто-нибудь взять меня в жены. Дурачок, поверил? Да мне никто кроме тебя не нужен! Крепко целую тебя. Твоя Юля!"
Я сложил письмо в конверт и убрал в свой карман. Повернувшись к Семе погрозил тому пальцем — Ты почему, остолоп, письма домой не пишешь? Твоя мама жалуется. Впрочем как и моя.
Сема цыкнул — Отвык я, дружище, письма писать. эСэМэСку в несколько слов помню напишешь и ништяк! Открытку что ли домой отправить?
Я кивнул — Вот завтра сходим на почту и отобьем телеграммы. Когда еще открытки дойдут.
— Здорово придумал! Молнии и отправим! Вот мать то обрадуется!
— Товарищ Карпович! — ко мне обратился один из местных комитетчиков — Только что сообщили, что началось движение около склада номер Три.
Я довольно кивнул — Как раз этот склад был в числе тех, которые максимально «почистили» военные с нашей подачи, тайно ночами передислоцируя большую часть со складов, которые мы решили «подставить» боевикам, завербованным ЦРУ.
Боевики решили действовать нагло, решив не заморачиваться длительным штурмом. Угнав самосвал КрАЗ-256Б, кузов которого был полон песка, один их боевиков в грязной спецовке сел за руль, остальные выдвинулись к складу, грамотно рассредоточившись неподалеку и готовые в любой момент выхватить из своих сумок оружие. Грузовик вывернул с трассы и набирая ход рванул прямо на ворота. В те времена еще не додумались устанавливать перед въездом в военные части бетонные блоки «змейкой», предотвращая подобные тараны и молодой часовой едва успел отскочить в сторону и не попасть под колеса грузовика.
Следом за КрАЗом в провал ворот проследовала «Победа», набитая автоматчиками, за ней во двор склада заехали ЗИЛ-130 Фургон и грузовой МАЗ-500, позаимствованные местными со своих автобаз. Основная часть охраны заперлась в казарме, к окнам которой подогнав КрАЗ, боевики лишили солдат возможность вести огонь по двору. Телефонную линию обрезали в самом начале прорыва и, обезоружив пятерых часовых и выставив у проема одного из местных в захваченной советской форме, боевики привлекли их к погрузке оружия и боеприпасов в грузовики. Прибывший на склад Маглакелидзе был близок к панике — времени на нападение на другой склад не было, а этот не имел тяжелого вооружения, даже гранат нашли всего один ящик. Зато на складах было военное обмундирование и Шалва приказал его также загрузить.
Командир боевиков кивнул на солдат, таскавших ящики с оружием — Что с этими будем делать? Под нож пустим?
Шалва скривился — Зачем нам лишние трупы? Обычные срочники. Просто свяжите их когда закончат грузить, все равно остались вон те свидетели — Шалва кивнул в сторону казармы. — Давайте уже заканчивайте погрузку!
Загрузив под завязку оба грузовика и наскоро связав солдат, боевики покинули склад и направились в сторону центра города. Грузовики остановились около Сада двадцати шести бакинских комиссаров, где собралось около сотни человек, которые польстились на американские баксы. Еще с пару сотен должны были подтянуться в течении получаса. В кинозале кинотеатра «Экран» так же заранее раскупив все билеты на вечерний сеанс ждали сигнала очередные наемники.
Пока добровольцы вооружались, боевики начали штурм здания Дома правительства. Милиционеры на входе как и было обговорено, при виде нападающих выстрелили в них и отступили внутрь здания. Пространство в центральных трех арках уже было полностью подготовлено к приему гостей — огневые точки из мешков с песком прикрывали бойцов спецназа, а ДШКМ на станке был готов смести все со своего пути. Еще несколько таких же пулеметов готовились открыть огонь с верхнего этажа и крыши здания. Сам я с друзьями, вооружившись снайперскими винтовками так же занял удобные позиции наверху. Рядом с нами расположились все участники оперативного штаба. Шеварднадзе расположился слева от меня, положив свой автомат рядом.
Гена толкнул меня в плечо — Глянь, Юрец, чего там двое тащат!
Я навел прицел в указанном направлении и увидел как два боевика готовятся выстрелить из одноразовых ручных противотанковых гранатомётов по главному входу. Тремя выстрелами, практически слившимися в короткую очередь я прострелил этим двоим бошки и попал в грудь командовавшего этими гранатометчиками боевика.
— Внимание! Отстреливаем тех, кто среди толпы будет давать указания, мы должны уничтожить в первую очередь командиров. Толпа баранов без козла просто толпа.
Грамотно прикрывая друг друга, боевики поднялись по лестнице и в этот момент по ним открыл огонь пулемет, как траву выкосивший наемников. Крупный калибр вырывал куски из тел, отрывал конечности, головы лопались как арбузы. И в этот момент из парка поперла вооруженная толпа людей, воинственно потрясающих оружием и подбадривая себя выстрелами в воздух. Мы тут же перебежками перебрались на сторону крыши, выходившую к парку. Пара пулеметов уже стояла тут, их расставили по всему периметру здания. Дождавшись выхода толпы я и мои друзья стали отстреливать командиров, которые вели толпу. В критический момент мы сбросили вниз несколько гранат и пулеметы начали свою смертоносную работу. Я встал у края, отстреливая нападавших, министр МВД пристроился рядом, короткими очередями стреляя по вооруженной толпе. Я оглянулся вокруг, все были увлечены отстрелом. Взяв винтарь поудобнее, я шагнул назад и ударом приклада по затылку вырубил этого говнюка, одновременно правой ногой отправив министра в полет. Для верности отправил вслед за ним гранату.