Путь Стратега 4 (СИ)

После писем настало время встретиться с Доктонием, которому постепенно становилось лучше.
— Мне очень нужна ваша помощь. Не могу вам немедленно предложить виллу или две, но и рисковать собой не придется. Просто передать письма вот этим людям. Думаю, через ваши каналы в Столице такое провернуть очень легко.
Я передал Доктонию бумагу, на которой были записаны все адресаты. Венатор несколько минут изучал листок и выдал:
— Список мое почтение.
— Я не прошу о каком-то содействии или рекомендациях. Просто хочу, чтобы письма точно дошли до каждого из адресатов.
Обычных моих гонцов люди Сандиса могут легко перехватить на улицах Столицы и других крупных городов. Однако я точно отправлю весточку Фальвусу. Попрошу его о схожем содействии. Впрочем, для него у меня имеется отдельное письмо.
— Похоже, вы наконец решили взяться за политику. Еще и сразу за политику такого масштаба. С берега да в самый темный омут.
— Как будто у меня есть выбор.
— Выбор у вас, сокол наш, был. Я его как мог озвучил: проиграть, но выжить, победить, но пасть смертью храбрых и… — Доктоний потряс перед моим носом скомканными листом. — Вот это. Выбор был сделан. Готовьтесь вкушать последствия, стратег. А я… А я что-нибудь придумаю. Обещать не буду, но некоторые люди из списка, действительно, прочли бы ваши письма с интересом.
— Благодарю. Еще раз повторюсь, не могу вам немедленно обеспечить виллу-другую, но если появится возможность…
— Не стоит благодарностей. На словах не стоит. А если появится возможность… — усмехнулся Доктоний. — …я сам о себе напомню.
После чего он сложил список несколько раз и куда-то спрятал. Отлично. Еще бы пару альтернативных путей для передачи писем, но никто одновременно надежный и нейтральный в голову не приходит. Нэл слишком далеко и слишком далека от политики. Гилам и ко? Очень мутные ребята. Аланиус Церт? Самый-самый мутный из всех. До Гробницы теперь фиг достучаться. Думаю, после провала авантюры со шпионским оборудованием они временно оставят меня в покое, чтобы не слишком конфликтовать с Багровым Кругом. Остаются Доктоний и Фальвус.
Что дальше у меня в планах? Как только отойдет Доктоний вместе с ним отправиться в Столицу и ждать развития событий. Отправились в путь мы на следующий день. С тяжёлым сердцем, оставлял я свои легионы и мало кого мог взять в Столицу. Касс не оправилась после тяжелого ранения и еще не могла пользоваться правой рукой. Сначала её сломанные кости попытался собрать вместе один из хирургов легиона, а затем свою магию использовала Арамиа. Но даже так быстрое выздоровление гладиатрикс не грозило. Кости пальцев, связки и суставы слишком сильно пострадали. Магия может заращивать раны, но если сделать это слишком быстро, то высок шанс, что пальцы, например, перестанут сгибаться. Я хорошо помнил тот ужасный хруст. Хорошо запомнил и ощущение своей почти бессильной злобы. Такое нельзя оставить в прошлом. И однажды, если уцелею, я найду момент для ответного удара. Однако боюсь, что Сандис будет бить первым и бить наверняка.
Поция и прочих важных центурионов я должен оставить при войске. Арамию тоже. Без нее Итка и множество других людей погибнут. Плюс колдунья очень не хотела светиться рядом со мной в Столице. Там едва ли будет возможность сохранить некое инкогнито. Оставалось рассчитывать на защиту Доктония. А если все пойдет через известное место, то надо будет попробовать самый последний, экстренный вариант. И я не о силе Порчи. У меня с собой все еще была каменная пташка, которую подарила Нэл. Оставалась опция: "Заберите меня отсюда нахрен". Но если я таким образом сбегу к магам, то едва ли можно будет вернуться назад.
 
Со мной по итогу отправились венаторы, Децимала, Ган и еще трое легионеров из Двадцать Первого. Радомант уже оправился от ран.
“Отъелся кониной”. — как он выразился.
Доктоний тоже выглядел заметно лучше, хотя был не так смешлив и многословен как обычно. Нас сопровождал отряд из двух десятков сэйфов, которые хотели предать тело Ангре земле подальше от лагеря. По традициям западных кочевых племен его должны были похоронить вместе с доспехами и оружием.
— Тут дурная земля. — вздохнул главарь кочевников. — Сухая и мертвая. Но небе везде наше. Даже темные чары не могут его надолго спрятать.
Ну вон над Порченным Землями удалось. Но ладно. Не будем душнить и ломать людям момент.
— Мы не станем насыпать большой курган. — сказал другой сэйф. — Ангре его заслужил, но здешние шакалы и наемники могут осквернить даже могилу.
Тут полностью согласен.
— Он был вашим человеком, царь. Скажите что-нибудь напоследок.
— Конечно.
Моим человеком… Я глянул на загорелое, осунувшееся лицо, когда-то такое живое и изменчивое, а ныне обратившееся трупной маской. Не думал, что моя психика еще способна на грусть, но оказывается способна. Я понял, что завидую Карру. Его солдаты умирают ради Великой Цели и едва ли он сожалеет о каждой утрате. Жертвоприношение богам войны, чтобы поднять из праха Благородное Прошлое. А ради чего сражаются и умирают мои люди?
— Ангре был славным воином, верным товарищем, хорошим человеком. — начал я, ощущая на себе взгляды всех собравшихся посреди степей воинов. — Он умел действовать решительно в нужный момент. Он был со мной с самого начала моего пути и жаль, что его не будет рядом дальше. Покойся с миром.
— Он был отличным мужиком. — добавил Ган. — Надо чтобы кто-то передал весть в его деревню. Весть и деньги как положено при смерти легионера. Пусть он был союзником, но стоил двоих наших.
— Согласен.
Вскоре мы отправились дальше, оставив степняков совершать свои обряды. Моя обратная дорога в сердце Империи представляла собой цепочку стремительных переходов от города к городу. Наш небольшой отряд постоянно петлял, выбирая вместо коротких самые замысловатые маршруты.
— Ваш злопыхатель уже давно отправил весточки. — пояснил мне Доктоний. — Но ничего. Мы достаточно жирная муха, чтобы порвать любую выставленную перед нами паутину. До Столицы я доставлю вас живым и, может быть даже, невредимым.
Иногда мы несколько дней полностью избегали человеческих поселений. Другой раз напротив старались затеряться в крупном городе, где Доктоний встречал каких-то своих друзей или агентов, помогавших нам путать следы. Некоторых подобных товарищей я временно вербовал, чтобы их глазами наблюдать происходящее вокруг. Нас искали. В основном это были, наверное, агенты и соглядатаи, но пару раз мы пересекались с отрядами убийц. Первыми была группа наемников-авантюристов, состоящая из представителей самых разных народов. Многие носили на себе уродливые следы алхимии плоти. В рядах имелось несколько средненьких подавителей. Из магов с ними был только заклинатель птиц, который использовался для разведки. Враги знали что меня охраняют лучшие венаторы, рассчитывая на сталь, а не чары. А вот второй отряд отличался флером экзотики. Значительную его часть составляли повелители зверей, которые собрали целый табун медведей, волков и даже несколько львов. Эта ужасная стая поджидала нас в глухих местах, рассылая множество мелких животных как шпионов. С авантюристами мы предпочли просто разминуться. А вот на заклинателей живности Доктоний решил таки напасть.