Муж в наследство

Он сидел за изрезанным деревянным столом и мрачно смотрел на двух других членов комитета. По случаю собрания он принял душ и надел белую сорочку.
— Нам нужно кем-то заменить Райерсона, — объявил Йэн. — Он опять отправился бродяжничать и бросил детей.
Брэм Маккалли, владелец пивной и бакалейного магазина, с тяжелым вздохом откинулся на стуле. На нем была драная футболка, джинсы, потерявшие от старости свой изначальный цвет, и тяжелые ботинки. На правом бицепсе красовалась татуировка, изображавшая русалку с австралийским флагом в руках. Несмотря на свой внешний вид, Брэм был любящим отцом единственной дочери по имени Джасмин.
— Боюсь, что наши малыши вырастут лишь слегка умнее овец Йэна, — сказал он.
Три мальчика Уилсона Тейта, ухаживающего за племенными лошадьми и крупным рогатым скотом в Меримбуле, тоже ходили в иоландскую школу. Отношения между ним и Йэном были натянутыми из-за антипатии, которую Йэн питал к хозяевам Уилсона.
Худощавый, просто одетый Тейт сделал большой глоток пива, вытер рот рукавом и нахмурился.
— Мы должны воспользоваться услугами любого учителя, который согласится поехать в нашу глушь. Сам я подумываю послать своих мальчиков учиться в Мельбурн, у меня там сестра.
Внутри у Йэна что-то сжалось, как будто и он тоже собрался отправить Криса в город. Хотя мальчик не знал своей матери, потому что Элейн почти сразу уехала искать счастья в других краях, у него укоренился внутренний страх перед любым расставанием, он боялся быть брошенным. Очень часто по ночам Крис приходил в темноте в спальню отца и забирался к нему в постель в страшном испуге, что тот уехал и оставил его.
— Мой сын будет со мной, — сказал Йэн, — даже если мне самому придется учить его.
— У тебя есть на это время? — задал резонный вопрос Брэм. — По-моему, у тебя хватает забот с овцами и лошадьми.
— Крис гораздо важнее, — ответил Йэн.
И тут же подумал, что вряд ли сможет одновременно учить сына и работать, чтобы обеспечить его будущее. Настали тяжелые времена, и Йэну приходилось трудиться со всем упорством, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Зачастую он работал по четырнадцать, а иногда и по восемнадцать часов в сутки.
— Джейк столько лет похвалялся учительским аттестатом своей дочери. Можно попробовать нанять ее, — предложил Уилсон Тейт, избегая глядеть на Йэна. — Она собирается пожить здесь с отцом. Может, ей захочется и поработать для разнообразия.
Йэн напрягся. Видит Бог, он от всего сердца хочет помочь наладить занятия в школе, но, насколько он представляет, Джейси Тирнен — не решение проблемы. Она преспокойно бросит эту работу, как только устанет от изматывающей жизни в буше. И снова дети останутся без учителя, а перед комитетом опять встанет та же задача. К тому же в голове у Джейси полно передовых американских идей. Не пройдет и дня, как женщины Иоланды поднимутся на борьбу за свои права, и ничего хорошего из этого не выйдет.
— Это неподходящий выбор, — возразил он присутствующим.
Брэм улыбнулся:
— В самом деле? Когда-то ты так не считал, во всяком случае, мне так казалось.
Но Йэну было не до шуток.
— Давайте вернемся к делу. Я не могу сидеть тут с вами целый день.
— А что ты имеешь против этой Тирнен? — поинтересовался Уилсон. — Я все знаю про вашу размолвку, но это же было сто лет назад. — Он позволил себе слегка улыбнуться. — Представь, что девушка все же устоит перед твоими чарами.
Йэн помолчал, чтобы переждать нарастающую волну гнева.
— Дважды я вас предупреждать не собираюсь, — сказал он. — Что бы там ни произошло между мной и Джейси, вас это не касается. А теперь вернемся к нашему делу.
Брэм пожал могучими плечами:
— Насколько я понимаю, выбор у нас небольшой: или отослать детей учиться в город, или учить их самим, что, может быть еще хуже, чем вообще не учить их, или попросить Джейси Тирнен помочь нам.
Брэм и Уилсон с плохо скрытым удовольствием наблюдали, как краснеет Йэн.
— Ну что скажешь, приятель? — спросил Уилсон.
Йэн выругался.
Брэм ухмыльнулся:
 
— По-моему, именно ты должен поехать к ней. Ты — глава комитета, ну и вообще…
Йэн знал, что у него нет выбора. Он противостоял неизбежному, возражая против кандидатуры Джейси. Но ясно как Божий день, что неприятности не заставят себя ждать.
— Она не очень-то меня жалует, — сказал он с глубоким вздохом. — Лучше поехать кому-нибудь из вас.
Брэм улыбался все шире, а Уилсон уже готов был расхохотаться.
— Нежелательно, дружище, — сказал Брэм.
Уилсон поднялся и похлопал Йэну по плечу, как он обычно делал.
— Хорошенько продумай, что ты ей скажешь. Вспомни, как ты получал от нее согласие.
Йэн сжал кулаки. Невзирая на все плохое, что произошло между ними, он не позволит отзываться о ней неуважительно. Да, она отдалась ему много лет назад, и по своему желанию, но он настойчиво добивался этого. И они так много значили друг для друга, что Йэну до сих пор было больно об этом вспоминать.
— Лучше помолчите, — пригрозил он, поднимаясь со стула. — Я поговорю с Джейси. — Он задержал взгляд на лице Брэма, затем посмотрел на Уилсона, молча давая понять, что следующие слова советует принять как нельзя более серьезно. — Вам придется очень сильно пожалеть, что вы выбрали ее, но только не говорите тогда, что я вас не предупреждал.
Брэм лишь пожал в ответ плечами и принялся неторопливо вытирать стойку бара, а Уилсон направился к двери. Он дотронулся до полей своей пастушеской шляпы в знак прощания, сочувственно цокнул языком, понимая всю трудность стоящей перед Йэном задачи, и вышел.
— Передай Джейку мои наилучшие пожелания, — попросил Брэм, пока Йэн надевал шляпу и выходил вслед за Тейтом. — Скажи, что кружка для грога с его именем ждет его.
Йэн не удостоил его ответом.
Джейси выходила из пруда — она купалась обнаженной, когда услышала лай собак и блеяние овец. Она молниеносно схватила полотенце, сарафан и метнулась в кусты. Выйдя оттуда в раздражении из-за натянутой на мокрое тело одежды и непредвиденного вторжения, она опять встретилась с Йэном. Он был верхом на том полудиком жеребце, которым так дорожил.
Йэн коснулся шляпы, глаза его были скрыты полями, соскользнул с седла и предоставил коню возможность напиться, а сам приблизился к Джейси. Овцы расступились, давая жеребцу подойти к воде.
Даже не видя глаз Йэна, Джейси почувствовала, что его взгляд скользнул по ее губам, потом по груди. Он с таким же успехом мог коснуться ее физически. По телу Джейси прокатилась горячая волна, и ей стало досадно за свою слабость. По этой причине она решила прикрыться грубостью.
— Чего тебе надо? — буркнула она.
Йэн усмехнулся, белозубая улыбка осветила загорелое лицо. Джейси показалось, что ее вывернули наизнанку. Она даже подобрала пальцы босых ног.
— Воды, — ответил он, — как в старые добрые времена.
Джейси вздохнула и приготовилась к сопротивлению. Однажды она уже поддалась этому человеку, эта ошибка больше не повторится. Все что угодно, но она не позволит своим животным инстинктам вырваться наружу.
Она отвела назад влажные волосы лишь слегка дрожавшей рукой и сделала глубокий вдох.
— Если ты ищешь Джейка, он в доме, — удалось выговорить ей. — Думаю, что он выдержит посещение.
Йэн опять дотронулся до полей шляпы — этот жест, показывающий, что он нервничает, Джейси помнила еще с тех дней — и откашлялся.
— Я уже поговорил с Джейком, — резко ответил он. — Теперь мне нужно переговорить с тобой.
При этих словах сердце Джейси болезненно повернулось в груди, и она почувствовала презрение к себе за то, что до сих пор неравнодушна к нему. И это после того, как он с ней поступил.
Говорить она не могла, поэтому лишь вопросительно посмотрела на него, ожидая продолжения.
Он снял шляпу, снова надел ее.
— Нелегко просить тебя об одолжении, Джейси, — начал он. — Особенно после того, что было.