Контракт с Господом (ЛП)

Стиснув зубы, он открыл окно - с таким же выражением лица тысячи людей каждый день пытались сделать что-то бесшумно. К счастью для них, их жизнь не зависела от того, произведут ли они шум. К сожалению для Орвилла, его жизнь зависела. Шаги раздались на лестнице.
Позабыв обо всякой осторожности, Орвилл вскочил, открыл окно и высунулся из него. Ветки находились больше чем в метре от стены, и ему пришлось высунуться довольно сильно, чтобы дотянуться до достаточно толстой ветки.
Так я никогда отсюда не выберусь.
Не раздумывая, он оперся на одну ногу, оттолкнулся и прыгнул в пустоту - этот прыжок даже самый благожелательный наблюдатель не назвал бы грациозным. Его пальцы с силой вцепились в ветку, но во время прыжка револьвер упал в трусы и после короткого и холодного прикосновения к тому, что Орвилл называл "мой маленький Томми", выскользнул по ноге и упал посреди окружающего дом газона.
Черт. Могло ли быть что-нибудь хуже?
И тут ветка сломалась.
Сто с лишним килограммов Орвилла приземлились на задницу прямо на лужайку, наделав порядочно шума. Больше тридцати процентов материи, из которой были сделаны трусы, не выдержали падения, о чем свидетельствовала куча порезов на ягодицах, хотя Орвилл сейчас и не обратил на них внимания. Его единственной заботой было убрать эти самые ягодицы подальше от дома, и он со всей скоростью ринулся к воротам - в двадцати метрах вверх по холму. Ключей от ворот у него не было, но они и не понадобятся, подумал он, приближаясь к ним огромными скачками. На полпути сжимавший его сердце страх сменился эйфорией.
Столько невероятных побегов на этой неделе. Вот так-то, Всевышний, тебе и не снилось.
Невероятно, но ворота оказались открыты. Всплеснув руками, Орвилл поспешил к выходу.
Из тени окружающей дом стены вдруг отделился неясный силуэт и встал на пути Орвилла. Тот налетел на него почти на всей скорости, и его нос и три пальца сломались со страшным влажным хрустом. Со стоном схватившись за лицо, Орвилл упал.
Фигура мигом припала к дорожке и приставила к затылку Орвилла пистолет. В этом жесте не было необходимости, поскольку охотник за шпионами и так потерял сознание. В ногах рядом с его распластанным телом стоял Назим, дрожащими руками сжимая лопату, которой ударил калифорнийца, стоя в классической позе подающего. Это был точный, идеальный удар. В колледже Назим был фанатиком бейсбола. Ему в голову пришла совершенно не соответствующая моменту мысль - как бы гордился его тренер, если бы увидел в темноте это движение.
- Я же говорил, - сказал Харуф с одышкой. - Ловушка с дверью всегда срабатывает. Они бегут, как перепуганные крольчата, прямо туда, куда тебе надо. Ладно, брось это и помоги оттащить его к дому.
  
РАСКОПКИ. Суббота, 15 июля 2006 года. 06.34
 
Пустыня Аль-Мудаввара, Иордания
Андреа проснулась с таким ощущением, будто во рту у нее плавятся подметки от ботинок. Она лежала на койке рядом с отцом Фаулером и доктором Харель, оба в пижамах дремали в креслах.
Она собралась уже подняться, чтобы сходить в туалет, когда молния у входа раздвинулась и в щель протиснулся Джекоб Расселл. На поясе у помощника Кайна болталась рация, а на лице застыла напряженная гримаса. Увидев, что доктор и священник спят, он на цыпочках приблизился к койке и заговорил шепотом:
- Как вы себя чувствуете?
- Вы помните, как чувствовали себя наутро после окончания университета?
Расселл кивнул, улыбаясь.
- Что ж, я чувствую себя примерно так же, только как будто мохито мне подменили тормозной жидкостью, - сказала Андреа, дернув головой.
- Мы так о вас беспокоились. В четверг Эрлинг, а теперь это... Просто какая-то полоса невезения.
В это мгновение два ангела-хранителя Андреа разом проснулись.
- Невезения? Черта с два, - заявила Харель, потягиваясь на стуле. - Это была попытка убийства.
 
- Что вы такое говорите?
- Мне это тоже интересно узнать, - удивленно произнесла Андреа.
- Мистер Расселл, - сказал Фаулер, поднявшись и приблизившись к помощнику, - я официально требую, чтобы вы эвакуировали мисс Отеро на "Бегемот".
- Отец Фаулер, я вас понимаю и благодарю за проявленное беспокойство о благополучии мисс Отеро, я первый подпишусь под этими словами. Но это нарушило бы правило экспедиции о полной изоляции.
- Слушайте... - попыталась вмешаться Андреа.
- Ее здоровью сейчас ничто не угрожает, верно, доктор Харель?
- Ну... по правде говоря да, - неохотно ответила Харель. - Еще пара дней усилий, и будет как новенькая.
- Послушайте... - тщетно настаивала Андреа.
- Видите, святой отец. Нет никакой необходимости эвакуировать мисс Отеро, пока она не завершила свое задание.
- И это после покушения на ее жизнь? - напряженно ответил Фаулер.
- Нет никаких этому доказательств. Скорпионы наверняка попали в ее спальник по ужасной случайности, но...
- Хватит! - крикнула Андреа.
Все трое удивленно повернулись к койке.
- Может, прекратите уже разговаривать, словно меня здесь нет, и послушаете меня, черт бы вас побрал? Или я не могу высказать свое собственное мнение, пока меня не выкинули из экспедиции?
- Разумеется, - сказала Харель. - Говори, Андреа.
- Я хочу знать, каким образом в мой спальный мешок попали скорпионы.
- Несчастный случай, - ответил Расселл.
- Это не мог быть несчастный случай, - возразил отец Фаулер. - Медблок закрывается очень плотно.
- Никто этого не может понять, - сказал помощник Кайна, покачав головой. - Все просто в истерике из-за того, что случилось со Стоувом Эрлингом. По этому поводу ходят разные слухи. Одни говорят, что его убил кто-то из наемников, другие - что это был Паппас: якобы он узнал, что Эрлинг что-то нашел. Так что если я сейчас вывезу вас отсюда, другие тоже захотят уехать. Хэнли, и Ларсен, и все остальные: как только видят меня - так сразу начинают канючить, чтобы я переправил их на корабль. Я им сказал, что в их же интересах пока оставаться здесь, что нет никакой гарантии, что мы сможем благополучно доставить их на "Бегемот". Но если я вывезу отсюда вас, этот аргумент потеряет всякую силу.
Андреа немного помолчала.
- Мистер Расселл, вы хотите сказать, что я не имею права отсюда уехать, когда захочу?
- Собственно говоря, я пришел к вам с предложением от моего шефа.
- Я вас слушаю.
- Вы меня неправильно поняли. Его сделает сам мистер Кайн, - Расселл снял с пояса рацию и нажал на кнопку вызова. - Сэр, передаю ей.
- Добрый день, мисс Отеро.
Голос Кайна обладал приятным тембром, хотя в нем звучал легкий баварский акцент.
Как у губернатора Калифорнии. Ну, того актера.
- Мисс Отеро, вы слушаете?
Андреа была так удивлена, то с трудом выдавила слова из пересохшего горла.
- Да, я здесь, мистер Кайн.
- Я хотел бы пригласить вас пообедать со мной. Мы сможем обо всем поговорить, и я отвечу на все ваши вопросы - если вы, конечно, пожелаете.
- Ну, разумеется, пожелаю, мистер Кайн.
- Думаю, вы сочтете вполне удобным прийти ко мне в палатку?
- Конечно. До нее всего двенадцать метров.
- Тогда до встречи.
Андреа вернула рацию Расселлу, который вежливо распрощался и вышел. Фаулер и Харель ничего не сказали, а лишь посмотрели на Андреа, нахмурив брови и с неодобрительным выражением лица.
- Вот только не надо так на меня смотреть, - сказала Андреа, снова падая на койку и закрывая глаза. - Я не могу упустить возможность, которую предоставляет мне мистер Кайн.
- Удивительное совпадение, что тебе предлагают дать интервью как раз в тот момент, когда мы просим, чтобы тебя отсюда выпустили, - иронично произнесла Харель.
- Я не могу такого допустить, - заявила Андреа. - Люди должны знать правду об этом человеке.