Принц, Алёнушка и Волк (СИ)

Человека она не видела – тропинка повернула, человек шел в ложбинке, скрытый тенью и деревьями. Но слышались приглушенные шаги, потом захрустело, звонко шлепнуло – наверное, ладонь размазала комара по щеке. Низкий голос что-то пробормотал негромко.
Алёна струхнула. После недавнего происшествия в электричке она поняла, что опасность может оказаться совсем близко, где не ждешь. А она одна, в густом лесу, и никого рядом! 
Ох, она дубина стоеросовая, послушала незнакомого мужика с семечками! Куда вот ее понесло? Три километра! Все городские ходят! Ходить-то ходят, но все ли приходят, куда шли?
Шаги приближались; преследователь вот-вот покажется из-за поворота. 
И он показался: немалый рост, кожаная жилетка, черная борода – вылитый лесной разбойник. Только вместо кистеня в руке авоська с бутылкой подсолнечного масла.
Опять этот тип! Он ее преследует! Вот-вот он ее увидит!
Ох, не зря в сказках предупреждают девочек с лукошками: не ходи через темный лес! Не разговаривай с незнакомыми волками... то есть дядьками!
Алёна заметалась. Нужно спрятаться! Тогда он ее не заметит и пойдет себе дальше.
Как по заказу Алёна увидела мощный пень, за которым начинались первобытные заросли папоротника. Она пригнулась и бесшумно, как партизан, метнулась в самую гущу и спряталась за пнем.
Было тихо, только покрикивала какая-то птица да Алёнино сердце молотилось о грудную клетку. Она прижалась к жесткой коре, поросшей лишайниками, и ободрала мизинец. Сунула палец в рот и почувствовала солоноватый привкус. Блин, до крови!
Но она сидела неподвижно и прислушивалась: не прошел ли бородатый тип? 
Как только он уйдет, она вернется в деревню и пошлет академику сообщение, что задерживается. И поедет на обеденном автобусе. Или вообще вернется в город! Обратная электричка в пять вечера – но ничего, она подождет. Или вызовет такси. Пообещает двойной тариф, чтобы шофер согласился взять заказ.
Минуты шли, ничего не происходило. Алёна начала чувствовать себя глупо. Ноги и спина затекли. Кроме того, что-то живое и многоногое щекотало голые щиколотки, и она боялась посмотреть – что именно. Не вытерпев, Алёна осторожно скосила глаза вниз, но увидела другое.
На корень вскочил лягушонок с золотистыми крапинками на зеленой шкурке, красивый, как сказочный принц – и басовито квакнул. Алена от неожиданности дернулась и задела папоротник. Раскидистый куст закачался, осыпая Алёну влагой.
– Ага! Вот ты где! – зарычали рядом, заросли раздались и к Алёне высунулась бородатая рожа. 
Алёна взвилась, хотела кинуться в лес, но оступилась и чуть не упала. Она вцепилась в пень, потом медленно выпрямилась, стараясь сохранять достоинство.
Главное при встрече с маньяком – не показывать свой страх, вспомнила она совет, который вычитала в женском журнале. И второй совет: попытайтесь завести с ним беседу, заговорить зубы. Тогда у маньяка возникнет эмпатия, и он перестанет воспринимать жертву как жертву.
Впрочем, помнится, Красной Шапочке это не помогло. А вот Маше при встрече с медведем помогло. Видать, тут как повезет.
– Вы меня эмпатия, напугали, – сказала она.
– Ты зачем в кусты полезла, солнце? – спросил бородатый, рассматривая ее со смешливым удивлением. – Голову напекло?
– Ну мало ли зачем девушке нужно в кусты, – Алёна покраснела, когда осознала, как он истолкует ее слова.
– Это понятно, – кивнул бородатый. – Однако кусты выбирать с умом надо. Тут борщевик бывает. И змеи. Они по осени дурные. А ты, смотрю, шла-шла, а потом скрючилась и нырк в папоротники. И не выходишь. И тишина. Дай, думаю, проверю, жива ли. Ты жива, солнце?
– Жива, жива, – с досадой ответила Алёна, не зная, как объяснить свою причуду. – Я… грибы увидела.
– Где? – бородатый покрутил головой, пошевелил грубым ботинком в траве и спугнул лягушонка. – Нету тут грибов. А змеи есть. Вон, одну вижу.
Алёна посмотрела, куда показывал бородатый, увидела какое-то темное кольцо. Кольцо пошевелилось, разомкнулось, превратившись в черное веретено с глазами.  Алёна с визгом вылетела на дорогу.
 
Бородатый шумно зашагал за ней.
– Не ори, пожалуйста! – попросил он сердито. – Лес тишину любит. Змея кусать не станет, пока на нее не наступишь. Беда с вами, городскими. А с рукой чего? Поранилась? Дай гляну.
– Спасибо, не надо, – быстро сказала Алёна. – Мне пора. Всего хорошего.
И быстро пошла прочь, стараясь держать спину прямо. Не показывать страх, не показывать!
Бородатый молча шел следом. Она спиной чувствовала его взгляд. И, кажется, даже чувствовала его дыхание затылком. С каждой секундой ее напряжение нарастало.
Ну точно маньяк! Вот попала! Пришла ее гибель! 
Он может напасть на нее сзади... Нет, так нельзя!
А что делать? Побежать? Куда? Вперед, назад? Она на ходу достала телефон – послать академику сообщение и попросить встретить. Да чего там – прямо попросить помощи. Пусть хоть знает, где искать ее косточки, если сценарий станет совсем уж мрачным.
Но Алёна с ужасом обнаружила, что связи нет. Ни одной полоски, только крестик на иконке!
– Тут не ловит, – в спину сказал бородатый. – Надо было на горке звонить. Но можно на дерево залезть. Тогда сигнал поймается. Вон и береза подходящая. Подсадить тебя? 
Алёна встала как вкопанная и повернулась на каблуках. Она вспомнила третий совет специалиста по коммуникации с маньяками – ошеломить их встречной агрессией и неожиданными действиями.
– Слушай, ты что за мной идешь... Жека? – она уперла руки в бока и выразительно посмотрела на его кисть с татуировкой. – Тебе что от меня надо? 
От страха у нее дрожал голос и поэтому наезд вышел писклявым и неубедительным. Как у поросенка Ниф-Нифа, когда он пытается прогнать волка от соломенного домика.
Бородатый Жека с удовольствием засмеялся – зарокотал. Смех у него тоже был низкий, как и голос. Он снял очки и зацепил их дужкой за ворот футболки.
– Я домой иду, – объяснил он, глядя на нее сверху вниз. – Из города вернулся. 
Он помахал авоськой, как бы показывая, что у него была причина отлучиться в город.
– А ты что придумала? Что я решил тебя съесть?
Он широко ухмыльнулся, показав крепкие белые зубы – точно, волчьи.
– Я городских девчонок не ем. Мясца на костях маловато.
Шутник хренов!
– Домой? В Тридевятово? – уточнила Алёна с подозрением.
– Дорога туда идет, – он пожал плечами. – А ты к кому?
– К профессору Онежину. Знаешь такого?
– Конечно, – он сощурился и посмотрел на нее с непонятной усмешкой. –  На Гороховой улице его дача. Я там же живу. Идем, провожу, – он кивнул и пошел вперед.
Алёна на секунду замешкалась – идти? Но дорога одна, выбора нет – или вперед, или назад.
Бородатый шагал себе, на Алёну не оглядывался. Его широкая спина в кожаной жилетке мелькала среди зарослей. Алёна мысленно чертыхнулась и кинулась догонять.
– Далеко еще? – спросила она, пыхтя. И предупредила на всякий случай: – Меня профессор ждет. Если я опоздаю, он…
– Почти пришли, – прервал бородач. – Вон Тридевятово.
Тропинка раздалась, побежала вниз. Деревья стали реже, потом пошел боярышник с красными ягодами. Алёна ускорила шаг, догнала своего странного спутника и увидела Тридевятово.
Поселок лежал внизу, тихий, аккуратный. Чередуясь с зеленью деревьев, торчали хребты крыш. За ними блеснула гладь озера. Где-то визжала бензопила, лениво лаяли собаки и скороговоркой болтало радио.
Чтобы попасть в поселок, пришлось перейти тихую речку по мостику из двух досок без перил. Солнце освещало воду и клоки тины. Блеснула спинка какой-то рыбы.
Идти по мостику было страшно. Доски гнулись под шагами. Здоровяк Жека шагал уверенно и легко. Он прошел первым, подождал на другом берегу и подал руку, чтобы помочь сойти с мостика. Алёна руку проигнорировала.
 
Жека многозначительно хмыкнул, убрал руку и отошел.
Алёна храбро шагнула вперед, промахнулась ногой и ступила прямо в раскисшую землю. Светлая балетка погрузилась в жижу, кажется, даже внутрь натекло.