Линии судьбы (СИ)
Зэн, теперь жил на наркотических обезболивающих и все время проводил в каком то своем, надеюсь счастливом мире. А в те редкие моменты, когда он приходил в себя он кричал от боли, разрывая своим голосом мою душу. Так больше продолжаться не могло и однажды я принял самое тяжелое для себя решение — вколол ему десятикратную дозу наркотика и через несколько минут он с благодарностью посмотрел на меня и улыбнулся… В последний раз…
Его смерть не была уже трагедией, она была освобождением от земных мук. Мне кажется, что даже Юми признавала это, но где-то глубоко внутри себя.
А потом начались судебные тяжбы. Мои действия хоть и имели благородные цели, а избавить близкого человека от страданий таким способом это хоть и жестоко, но жить с постоянной болью это ещё хуже. Да и можно ли такую жизнь вообще жизнью назвать? Так… Жалкое ее подобие. Тем не менее мои действия были незаконны, а сам факт их совершения говорил об одном — я убийца и заслужить прощения не выйдет, да я и не пытался. Честно говоря мне было все равно. Меня даже смертная казнь не испугала бы, ведь жить после содеянного было не легче.
Однако, судебная система вместе с адвокатом меня удивили. Каким-то чудом мой защитник не просто сократил мой срок заключения, но и вовсе позволил избежать наказания. Все мои действия были расценены как совершенные в состоянии аффекта на почве тяжёлого психического состояния. Так что фактически на время совершения преступления я был признан невменяемым. Да и в целом они были правы. Здравым рассудком я обладал лишь наполовину. В итоге вместо тюрьмы меня на пару месяцев изолировали в закрытом невропсихиатрическом диспансере.
Как ни странно меня даже с работы увольнять не стали. Хоть на мое место и требовался новый специалист, но войдя в мое положении коллеги согласились работать в ситуации кадровой нехватки ну и естественно с прибавкой к зарплате.
Пребывание в клинике для умалишённых оказалось не особо проблемным временем. Тебя кормят, поят, пичкают успокоительными, ведут с тобой мозгопрочищающие беседы и создают все условия для возвращения в социум. Единственно, что сильно напрягало это постоянный контроль и жизнь по графику. Да и соседи по палате не всегда адекватные…
Выпустили меня оттуда можно сказать другим человеком в их понимании, но внутри все ещё сидела боль за прошлые ошибки. Такие раны быстро не вылечить.
Когда я вернулся домой, то прекрасно ощутил, что меня там не особо ждали. Юми все ещё не могла смириться с потерей сына и при каждом удобном случае обвиняла в этом меня. Надеюсь она когда-нибудь поймет, что иначе было нельзя, а пока можно просто ждать.
Глава 2
В новых реалиях некогда счастливая семейная жизнь превратилась в жалкое подобие существования. Она больше не имела особого смысла и все происходило скорее рефлекторно. Еда, работа, дом. И так каждый день. Ни шуток, ни смеха — ничего… С Юми мы почти не рразговаривал, только сухо, по делу. Да и о чем теперь говорить?
Находиться дома было морально тяжело. Там все напоминало о ещё живом и страдающем Зэне и потому возвращаться туда мне иногда просто не хотелось. Зато на работе меня после долгого отсутствия приняли как родного. Искренне сочувствовали и сопереживали, но лишний раз старались не затрагивать тему моего прошлого.
Так продолжалось несколько месяцев, но однажды, после ночной смены, я как обычно возвращался домой под тишину сонного города. Сидя в метро, как обычно прибывал в некой прострации… Внутри меня царила привычная пустота, а в голове даже мыслей не было. Теперь это было мое привычное состояние… Немую тишину, чуть ли не пушечным выстрелом, разрезал чей-то незнакомый голос выводя меня из состояния забвения:
— Господин, вы не против если я присяду?
— Мне все равно… — сказал я и посмотрел на человека передо мной. Это был мужчина преклонного возраста, одетый в монашескую рясу. Очередной религиозный фанатик, наверное. Этим здесь никого не удивишь. Рядом с городом несколько монастырей и потому такие вот люди нередкие гости даже в метро. На его шее блестел какой-то амулет, у всех свои атрибуты и потому это не особо меня удивило. Первое что бросалось в глаза это лицо человека. Оно было чисто европейским. Хотя, что в этом странного? Некоторые приезжают к нам как раз в поисках новой веры. Видимо он один из таких.
— Вы когда-нибудь задумывались о строении мироздания?
— Нет, — и всё-таки это очередной фанатик. Наверняка сейчас начнет свои проповеди. — И не собираюсь.
— Зря, ведь мир не так прост как кажется. Очень многое скрыто от нашего понимания и потому обычно вызывает лишь отторжение.
— Если вы решили изменить мое мировоззрение своими проповедями, то не старайтесь. Я в этом не нуждаюсь.
— Не думаю. Вам то это точно не помешало бы. Многое можно изменить, подобрав лишь правильный подход к жизни. Даже судьбу.
— Если вы присели рядом, чтоб загрузить меня очередной порцией фанатичного бреда, то не тратьте мое и свое время и отправляйтесь туда откуда пришли. Я с детства ненавижу проповедников.
— Я не проповедник. Меня зовут мастер Мориус. Я…
— Вы мастер бессмысленных диалогов.
— Хм… — нахмурился мужчина. — Вам бы следовало проявить уважение… Я как минимум вдвое старше вас.
— И должны быть минимум вдвое умней, что бы с лёгкостью понять, что мне не интересно то что вы мне предлагаете.
— Ну что же… Я уважаю ваш выбор, господин Сиегун… Жаль, что ваш разум не способен принять истину. Обращай бы вы больше внимания на намеки судьбы может не потеряли бы сына, или получили бы хоть и призрачную, но возможность все исправить.
Его слова будто прошли меня насквозь. Он знал то чего знать не мог. Меня словно парализовало и я с трудом мог даже мыслить, а не то что говорить. В голове вертелась всего одна мысль: «это ошибка, так не должно быть.» А тем временем мужчина встал и пошел в сторону выхода. Единственное, что я смог сказать: «Простите, мастер Мориус».
Мориус остановился и не спеша вернулся обратно. Он вытянул руку вперёд и приложил ладонь к моей голове. Она была тяжёлая как бетонная плита и как мне показалось проникала внутрь моего сознания. Когда он убрал руку в голове стоял невыносимый гул и всего одна мысль из беспрерывного потока повторяющейся комбинации цифр.
— Тебе придется научиться видеть, Сяо Сиегун… Лишь озаренный светом знания имеет право изменить судьбу, — сказал Мориус и исчез будто его и не было никогда…
Когда я вернулся домой то первое что сделал это записал цифры из головы на листок бумаги и внимательно посмотрел. Мне ничего это не говорило. Вначале я склонился к версии, что это какая-то дата, но мне она была не знакома. Вбил числа в интернете. Было много вариантов. Разные люди, разные события, но мозг кричал, что это все не то. Решил попробовать вариант с ip адресом, но ничего путевого из этого не вышло. Все было не то. На протяжении недели я ковырялся в интернете. Переставлял цифры местами вбивал все новые и новые варианты в сеть, но ответа не было… Я даже начал сомневаться в том что он должен быть.
Но однажды, погруженный в свои мысли, я бродил по дому и случайно зашёл в вечно пустующую комнату Зэна. В ней все было так как и при его жизни. Детские игрушки, одежда, рисовальные принадлежности и кровать, напоминающая последний день его жизни. Внутри меня все сжалось до размера атома. Было тяжело стоять и я присел на его кровать, вспоминая как будил его по утрам, слышал его голос и его детские сказки. И тут в мою голову вгрызлась его простая фраза… «Смотри, пап»… Я почему-то повернул голову в сторону окна. Там стоял его любимый глобус. О мечтал путешествовать и потому отмечал на нем места которые хотел посетить. Я научил определять его координаты и каждую точку он подписывал цифрами с указанием долготы и широты. Америка, Австралия, Африка… Он хотел побывать везде. Я подошёл к окну и прокрутил глобус. Россия… Не понимаю почему, но он очень хотел туда съездил. Только не в столицу, а куда-нибудь на природу, в Уральские горы, Байкал или побродить по заснеженным северным лесам. Он даже точкой это место отметил. Я посмотрел на координаты и застыл как вкопанный. Ошибки быть не могло, ведь координаты этого места полностью совпадали с теми цифрами из моей головы.