Красная нить судьбы (СИ)
Мой молодой человек однажды сказал, что все дело в том, что, когда я начинаю петь, зритель забывает обо всех, кроме меня, и эта фраза крепко засела у меня в голове. Профессиональная ревность – это страшно. Особенно актерская!
Скажете, что я многого хочу? Что не довольствуюсь тем, что есть?
Может быть.
Но я не готова довольствоваться полумерами. Если бы моя проблема была в таланте, я бы сдалась, но ведь все дело в ограничении умов и вкусовщине. Моя мечта – чтобы меня принимали такой, какая я есть.
– Аделия, верно? – Манерный молодой мужчина посмотрел мою анкету, в задумчивости раскручивая ручку, будто стрелку колеса фортуны. – У вас голос уникального диапазона, впрочем, вы это знаете. И про внешность знаете – не зря встали к нам спиной. И ваш послужной список показывает ваше упорство, но давайте откровенно: мы не можем вас взять даже на роль лучшей подруги Леди, Шарлотты, не то что ведущей актрисы.
– Потому что героиня не выдержит конкуренции? – Мой подбородок сам по себе опустился к шее.
Не задавалась, не важничала, просто хотела узнать правду, а за откровенность получила взгляды жюри, полные удивления.
Не принято в столице быть искренней, особенно в творческой среде.
И вдруг режиссер стукнул по столу бумагами.
– Будешь подругой главной героини – Шарлоттой. В ней есть твоя дерзость. Стимулировать главную актрису тоже полезно.
– Спасибо, – мой голос загрубел.
Похоже, это моя вершина – роль второго плана. Но я была рада и этому, потому что верила, что смогу засветиться. Что зритель полюбит меня такой, какая я есть, потому что со сцены с ним говорит моя душа.
Несмотря на то, что мой желудок сжимался и напрягался, у меня была еще одна просьба к жюри. Я знала, что последняя на сегодняшнем кастинге, поэтому облизала губы и спросила:
– Простите, а можете послушать еще одного человека? Мужская роль…
Почему-то сам Миша никак не мог пробиться на кастинги, а вот за мной, паровозиком, как-то везло. Мой молодой человек назвал меня своей путеводной звездой, а я рада была помочь хоть чем-то.
В груди чуть потеплело от ощущения, что я делаю маленькое доброе дело любимому человеку. Ради него я попросила бы любого дать ему шанс, ведь случай и удача – это так много в нашем деле.
Члены жюри растерянно переглянулись, а потом режиссер-постановщик устало махнул рукой:
– Давай своего протеже. Посмотрим, что за бриллиант или булыжник ты прячешь за пазухой.
Я прижала к себе микрофон и уважительно поклонилась людям с несмелой улыбкой, часто-часто моргая.
Я это сделала? Не верится! У Миши будет шанс!
Этим же вечером мы звонко сталкивались бокалами, отмечая наше с Мишей попадание в мюзикл “Леди и Бродяга”. Нежно прижимаясь к теплому мужскому боку, в ту ночь я не знала, что моя доброта выйдет мне же боком.
***
– Браво! Браво! Браво!
Я не могла скрыть улыбку: премьера прошла на ура. Зал рукоплескал, зрители повскакивали с мест, а режиссер-постановщик выглядел раскрасневшимся и довольным, вскинул руку в жесте победы – V.
Миша был так счастлив, что прямо на сцене упал на колени и поднял руки вверх.
Еще три часа назад я ног не чувствовала от усталости, а сейчас словно подключилась к источнику сил. Роль далась мне нелегко, но триумф ударил брандспойтом по былым неприятностям – их словно разом смыло.
– Ты сфальшивила во втором акте, – улыбалась сквозь зубы главная героиня, качая головой из стороны в сторону.
Такой противницы в роли главной актрисы у меня еще не было! А еще Леди, называется! Соль в сценическое платье и подсыпанное в кофе слабительное я уже встречала, а вот леску между двумя стульями на репетиции – впервые.
– Зато текст не перепутала. – Мои мысли слишком скакали сейчас для чего-то более на лопатки кладущего. Я благодарно поклонилась зрителям, посмотрела еще раз на зал, стараясь запечатлеть мгновения в памяти, и нырнула за кулисы.
Сфальшивила, говорит? Да она мне каблуком наступила на ногу и так и стояла несколько секунд, пока я вне сценария не положила руку ей на плечо и как следует не сжала.
– Шарлотта, ты красотка! – крикнул молодой мужчина из зала мне в спину, и я улыбнулась, опустив голову и схватившись за длинную юбку. В секунду, пока меня никто не видел за шторой, я крутнулась вокруг себя, приподнимая юбки, как озорная цыганка.
И тут же получила толчок в спину.
– Ой, прости! – закрыла рот от ужаса Леди.
Играет отвратительно, но голос хорош, да и сама куколка. Если бы не дрянной характер, возможно, я бы даже признала, что она прекрасна в главной роли, но ведь она даже удовольствие не умеет получать от процесса. Премьера удалась, а она все сосредоточена на сопернице. Вот репейник!
Я пропустила девушку вперед, сдавленно улыбаясь, чтобы держать ее в зоне видимости. Уже давно поняла, что ревнивая актриса способна на все: раскрученный болт софита, исчезновение одежды, да даже какую-то химию в воду, лишь бы выбить меня из роли. Но если бы я легко пугалась сложностей, то не пела бы в мюзиклах.
– Дамы, вы были неотразимы! – Миша протянул две руки – мне и Леди, и та первая положила свою куриную лапку в открытую ладонь.
Глаза моего мужчины блестели, как маслины. Мужчина посмотрел с улыбкой на меня, дождался, пока я тоже вложу руку, и поцеловал каждую ладонь: и мою, и соперницы.
– Не ссорьтесь, леди. Вы так прекрасны, когда улыбаетесь.
Ах эта его мальчишеская улыбка! Как вижу ее, так сразу злость улетучивается! Такой милый, всегда старается нас примирить, а эта Леди так и тает. Еще бы, у Михаила было какое-то невероятное обаяние. Он мне всегда говорил, что будет моим буфером от таких злодеек, и у него это неплохо получалось. Раздражение у дамочки пропало, настроение поднялось, и она ушла в гримерку, покачивая бедрами, где уже накрывали праздничный стол.
Миша крепко притиснул меня к себе и защекотал мое ухо комплиментами о том, как я хороша в этом платье. Он получил эпизодическую роль, но говорил, что этого достаточно. Голос у него был приятным, но режиссеры упорно ставили его на роли мальчиков на побегушках. Даже не знаю почему!
Празднование в гримерке было таким же стихийным, как и все мероприятия актеров: быстро началось и быстро закончилось. Ведь сезон открылся, завтра вечером мы снова выходим на сцену, поэтому должны быть в форме, чтобы собирать полные залы вновь и вновь.
Я села в машину, вытянув ноги дальше педалей, и откинулась на спинку сиденья. Миша наклонился к открытому окну водительской двери и обдал меня жарким взглядом. Откуда у него столько энергии? Моим единственным желанием сейчас было лечь спать, но до этого было еще далеко.
– Пока, мой бриллиантик! – подмигнул он мне. – Позвони, как доедешь до родителей.
– Хорошо. Ты тоже набери, как будешь дома. И рыбок покорми.
Рыбки – такие же яркие, как отношения с Мишей. Надеюсь, наши чувства так быстро не сдохнут, как некоторые хвостатые в аквариуме двух творческих личностей.
Миша поцеловал меня в губы, и в нос ударил смутно знакомый запах. Вот только чего? Впрочем, какая разница? Мало ли, новый грим…
Я нажала на педаль газа и видела в зеркало заднего вида, как Миша провожает меня взглядом. Душка!
С выходом на пенсию родители перебрались в частный домик в область. Они у меня оба технолога и настолько увлеклись фермерством, что постоянно подкидывали любимой дочке квест по нахождению и доставке очередного ноу-хау из столицы. Например, сегодня в багажнике лежал агрегат на колесиках, который сам удаляет сорняки. Чудо чудное!
К родителям я приезжала пару раз в месяц, но сегодня был особенный день: мне не терпелось поделиться с ними радостью успешной премьеры. Я сжала покрепче руль, включила погромче любимую станцию и представила с улыбкой, как обрадуются родители. Мама с папой всегда поддерживали меня, как никто другой. Переночую у них, а завтра поеду в город – готовиться к вечернему выступлению. У них в доме я всегда отдыхала не только телом, но и душой.