Дрянной учитель (ЛП)

— Книжку? Ты? Почитать? — фыркает она.
Подношу пальцы к ее лицу и прикладываю к ее губам.
— Заткнись!
— Хммм, — мычит она, и я освобождаю ее. — Ладно. Хорошо. Поедем.
— Отлично.
— Но ты, как пить дать, не будешь читать книжку, — она хватает меня за руку. — Если мы поедем домой, то поищем мистера Секси в «Фейсбуке».
— О, Боже… — я хлопаю себя по лбу, потому что знаю, что это будет то еще занятие.
— А потом мы посмотрим «Секс в большом городе» как в старые добрые времена.
— Серьезно? — спрашиваю я на выходе из клуба.
— Солнышко, мне нужен секс. Мне плевать где, но, если я ничего не получаю, хотя бы дай мне посмотреть, как это делают другие. Ладно?
— Можем посмотреть порнушку, — произношу я.
Лесли открывает рот, но затем закрывает его, и ее бровь ползет вверх от любопытства. Затем она медленно кивает и широко улыбается:
— Хорошая идея, давай. Ставлю на Джеймса Дина! (прим пер. — James Deen — один из американских порноактеров).
Глава 5
Хейли
Позже тем же вечером
Открываю дверь в мамин дом и нахожу ее, лежащей на полу, возле дивана. Лужа крови растекается вокруг ее головы, а глаза широко распахнуты. Бегу к ней на полной скорости.
— Мам! — кричу я, но она не отвечает.
Поднимаю его и прижимаю к себе ее безжизненное тело. Слезы катятся по моим щекам, а когда я смотрю на руки, они покрыты кровью. Я перестаю дышать в момент, когда вижу зияющую дыру в ее сердце.
Слева от меня хлопает дверь, впуская мужчину с ружьем.
— Что ты здесь делаешь?
Он поднимает оружие и нацеливает на меня.
Крик, по громкости готовый посоревноваться с выстрелом, вырывается из моих легких.
Я резко вскакиваю в кровати. Сердце гулко стучит, по лбу скатываются бисеринки пота.
Прикасаюсь к коже, но дыры на ней нет. Смотрю на руки, но крови тоже не вижу.
Затем прикасаюсь к своему лицу… оно мокрое от слез.
— Что случилось? — спрашивает Лесли, вставая со своей кровати и садясь рядом со мной. — Ты в порядке? — Она кладет руку мне на лоб. — Горишь вся.
— Все хорошо, — лгу в ответ на заботу.
Но это не так.
Я абсолютно не в порядке, но что мне ей ответить?
Это всего лишь ночные кошмары. И все.
— Они снова тебе снились, не так ли? — спрашивает она.
Я медленно киваю, а она хватает руку и крепко ее сжимает.
— Если хочешь поговорить об этом, я рядом.
— Я просто… продолжаю видеть его, — отвечаю я, прикусывая губу, чтобы убедиться, что действительно проснулась.
— Маминого нового парня?
— Да, но он поднимает ружье и… — у меня вырывается всхлип.
Лесли хватает меня и тянет в свое крепкое объятье.
— Это был всего лишь сон. Помни об этом.
— Я знаю, но что, если это станет правдой? Что, если это все предупреждающие знаки, а я их игнорирую?
— Ты не экстрасенс, Хейли. Никто не может предсказать будущее.
— Но я не могу позволить, чтобы с ней что-то случилось.
Подруга отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза.
— С ней все будет в порядке. Она взрослая женщина и справится. Но если не уверена, то позвони ей.
Делаю вдох и хватаю телефон, набирая номер мамы.
— Мам? — произношу я, когда кто-то берет трубку.
— Снова ты? — Это он. — Ты смеешь звонить нам после того, как бросила мать вот так? Нет. Сначала покажись здесь, а после мы поговорим. — Прежде, чем мне удается ответить, звучат гудки.
Я отвожу телефон от уха и пялюсь на него, не в силах поверить в только что услышанное.
— Что случилось? — спрашивает Лесли.
— Трубку взял он, — отвечаю я.
— О… блядь.
В порыве швыряю телефон. Он летит в стену, наверное, разбиваясь на кусочки.
— Черт, Хейли. — Лесли поднимает телефон и показывает мне дисплей с трещиной. — Зачем нужно было это делать?
Пожимаю плечами. Думать не хочется. Не хочется знать. Я просто хочу исчезнуть.
 
— Хейли? — Лес щелкает пальцами. — Земля вызывает Хейли.
Я встаю с кровати.
— Давай готовиться к урокам.
В последний раз говорю об этом.
Каждый раз, когда Лесли поднимает эту тему, я направляю разговор в другое русло, пока до нее не доходит, что я на самом деле не хочу это обсуждать. Не хочу заставлять Лес чувствовать себя не в своей тарелке, поэтому не говорю ей прямо. Я знаю, что она заботится обо мне. Только нет ни единого способа, которым она или кто-либо еще может помочь моей маме или мне.
У меня есть несколько вариантов, один из которых помогает проигнорировать боль, пока она не проходит.
Я всегда выбираю этот вариант. Он кажется самым простым.
Или он, или напиться.
Пока я не смогу забыть.
* * *
Несколько лет назад
Я пялюсь на птенца, сидящего на дереве и чирикающего во все горло. Интересно, почему он это делает. Потерялся? Остался один и боится? Как я?
Трава щекочет пальцы на моих ногах, пока сантиметр за сантиметром я приближаюсь к нему в своих вьетнамках, пытаясь не спугнуть его. Я просто хочу посмотреть поближе, и все. Мне нравится смотреть на вещи, в частности на животных. Они так полны энергии, жизни. В отличие от меня.
В отличие от всего, что я испытала недавно. Интересно, мама чувствует то же самое?
— На что ты смотришь? — кричит мама, врываясь в мои мысли.
— Шш! — шепчу я, поворачивая к ней голову. — Ты его спугнешь. — Я медленно указываю на птенца, когда она подходит ко мне.
— Птицу?
— Ага… он постоянно поет. Как думаешь, почему он это делает? — спрашиваю я.
— Может, он ищет пару, — отвечает мама, хихикая.
— Ооооу…. Так он одинок, — я хмурюсь и поджимаю губы.
Мама кладет руку мне на плечо.
— Не волнуйся. Уверена, он найдет самочку где-то по соседству.
— Откуда ты знаешь? — спрашиваю я.
— Ну, не знаю, откуда. Просто знаю.
Я вздыхаю.
— Всё в этой жизни в итоге умирает. У всех будет разбито сердце. Даже у птицы.
Она наклоняется и говорит:
— О, Хейли…
— Это правда, да?
— Да, но… — улыбается она, — любой человек и животное должны быть благодарны за каждую секунду, которую они проводят на земле. Жизнь — это не данность, а подарок, которым мы должны дорожить. Как и любовь.
— Она закончится прежде, чем ты поймешь, — бурчу я, все еще пялясь на птичку, пока та улетает на расстояние. — Появится лишь раз в жизни, исчезнет, вот и все.
— Ты говоришь это только потому, что думаешь, что птенчик — одинок.
— Так это правда, — отвечаю я.
— Любовь всегда можно найти снова, — шепчет мама, — даже если ты потеряла ее. Просто нужно искать в правильном месте.
— Даже нам?
Она улыбается.
— Всем нам. — Затем берет меня за руку и говорит: — Идем. Я испекла печенье, которое ты так ждала, — подмигивает она мне. — И, возможно, поверх него уже красуется мороженое.
На моих губах формируется яркая улыбка, и на мгновение я забываю о разбитых сердцах мира.
Даже если это длится всего краткий миг, я буду ценить его.
* * *
Настоящее
Почему я снова это делаю?
А, точно, потому что я по глупости подумала, что колледж — хорошая идея.
Все было бы по-другому, если бы парень, с которым я переспала, не был моим гребаным профессором… и не пялился на меня каждую минуту.
Всякий раз, когда он задает вопрос, бам — снова пристально смотрит на меня. И каждый раз я краснею, как вареный рак. Клянусь, когда румянец расползается по моим щекам, я вижу его улыбку. Словно он думает, что это смешно. И знаете, что? Это смущает до чертиков, но я также не могу оторвать от него взгляд. Эта наглая ухмылка что-то делает со мной, заставляет меня вспоминать все то развратное, что он проделывал с моим телом. А затем я снова пускаю слюни… по парню, с которым не могу быть.