Кукомоя

Завидев Антона, Ленка пошла медленнее, потом остановилась и прищурилась, недоверчиво склонив голову набок.
– Ты-ы? – спросила она, расплываясь в улыбке и приосаниваясь. – Вот так встреча! А я уж и не ждала… – В последней фразе прозвучал плохо скрытый упрек. Она окинула его оценивающим взглядом, и, вероятно, дедовский костюм, в котором был Антон, ее не впечатлил – радостная улыбка трансформировалась в ироничную ухмылку. – Хорош смокинг, тебе идет! – съязвила она. – Прямо завидный жених!
– Привет! Ты тоже отлично выглядишь! – Антон старательно держал лицо, ничем не выдав, что «смокинг» нанес серьезный удар по его самолюбию.
– Надолго к нам? – Судя по интонации, ей хотелось услышать утвердительный ответ.
– Может, и насовсем, – вырвалось у него. Мысль о том, что однажды ему придется вернуться в город, была настолько неприятной, что он всерьез подумывал осесть в поселке. Ленке, конечно, не стоило об этом сообщать, чтобы не вызывать лишних вопросов и не давать повода для пустых надежд, но кривить душой Антон не любил. Правда, можно было и не врать, а просто уйти от ответа, но уж как вышло.
Ленка понимающе закивала.
– Опостылела городская жизнь? К природе потянуло? – с притворным сочувствием спросила она, а в ее глазах вспыхнуло торжество.
– Можно и так сказать, – уклончиво ответил он и хотел пройти мимо, но не тут-то было.
– Ты далеко? – Переступая с ноги на ногу, Ленка как бы невзначай преградила ему путь.
– В магазин.
– Так закрыто уже!
– Как это? Еще ведь рано. – Антон извлек телефон и взглянул на часы.
– В пятницу, субботу и воскресенье короткий день.
– Хорошо хоть, что короткий, а не выходной, – усмехнулся Антон, не скрывая разочарования. – А то до понедельника я бы тут с голоду умер. Ладно, до завтра как-нибудь потерплю. – Он развернулся, чтобы пойти назад.
– Так ты голодный? – Она участливо заглянула ему в лицо. – Я думала, за выпивкой идешь.
Антон вскинул брови и улыбнулся.
– А что, в ваш магазин только за выпивкой ходят?
– Нет, но… вечером в пятницу, наверное, да… – нехотя призналась она и тоже заулыбалась. Антон почувствовал, как вспыхнувшая было к ней неприязнь понемногу рассеивается.
– Пойдем-ка, выручу тебя по старой дружбе! – сказала вдруг Ленка, хватая его за руку.
– В каком смысле? – насторожился Антон.
– Продам тебе продукты, вот в каком! Я там продавщицей в бакалейном отделе работаю. Правда, ассортимент крайне ограниченный: лапша, консервы, свечки, спички и тому подобное – в общем, товары длительного хранения. Ни колбасы, ни хлеба, но с голоду не умрешь.
– Вот это повезло мне! – Антон позволил Ленке повести его за собой.
– А тебе, случайно, не влетит за торговлю в неурочное время? – поинтересовался он, когда они поднялись на крыльцо «Универсама» и остановились у застекленных двустворчатых дверей с обшарпанными ручками. Магазин остался почти таким же, каким Антон его запомнил, разве что вместо деревянных окон теперь установили пластиковые стеклопакеты, а крашеные кирпичные стены скрылись под серым виниловым сайдингом; на этом улучшения заканчивались. Старый бетон на крыльце покрылся паутиной трещин и хрустел под ногами, краска на вывеске облупилась, и обнажились проржавевшие железные прутья, из которых состояли буквы. Стекла, подернутые налетом грязи, почти полностью утратили свою прозрачность. В городе такой магазин уж точно не пользовался бы популярностью у покупателей, а в поселке при отсутствии конкуренции владельцы магазина, видимо, не особенно беспокоились о его внешней привлекательности.
– Не влетит, разве что сторож поворчит немного, – ответила Ленка, нажимая на кнопку звонка рядом с дверью. – Но он, если что, мой сосед и хороший человек! – Она обернулась и заговорщически подмигнула Антону, как часто делала в детстве. Подмигивать у нее получалось задорно, никто так больше не умел. На секунду Антон пожалел, что их поцелуй был единственным, но лишь на секунду. Где-то внутри вспыхнула крошечная искорка зародившегося трепетного чувства и тотчас угасла: уж слишком нахрапистой была Ленка для того, чтобы он мог представить ее своей девушкой.
  
– Открывай, дядь Борь! – Не подождав и минуты, Ленка уже отчаянно тарабанила в дверь. «Еще немного, и начнет стучать ногами», – подумал Антон и, представив себе эту картину, отвернулся, с трудом сдерживая смех: вдруг заметит, обидится и оставит его без продуктов.
Дядя Боря был потрепанного вида мужичком в возрасте далеко за пятьдесят. От него разило свежим перегаром, а лицо его покрывала трехдневная щетина. Вспомнить его Антон не смог: либо не встречался с ним раньше, либо, что более вероятно, тот с годами изменился до неузнаваемости. Высунувшись из-за двери, дядя Боря окинул их хмурым взглядом исподлобья, задержавшись на Антоне чуть дольше, чем на Ленке, а потом, не говоря ни слова, впустил их внутрь и куда-то удалился, исчезнув в боковом коридоре. Ленка повела Антона вглубь торгового зала, лавируя между застекленных прилавков с разнообразными товарами. Антон вновь мысленно провалился в детство, вспомнив свои походы в этот магазин. Здесь пахло, как и раньше, резиновыми сапогами, стиральным порошком, подгнившими овощами, вареной колбасой, тоже не очень свежей, и много чем еще; ничего не изменилось с тех пор. Раньше ему нравилось здесь бывать. Он подолгу простаивал рядом с охотничьим отделом, отгороженным от остального пространства решетчатой перегородкой. Детей в тот отдел не пускали, и Антон издали разглядывал витрины с массивными ножами, ружьями и чучелами животных, мечтая стать охотником, когда вырастет. Правда, мечта эта вскоре испарилась при мысли о том, что ему придется убивать зверей и птиц, но желание обладать собственным ружьем и пострелять из него сохранилось до сих пор.
Наполнив пакет нехитрой снедью, Антон расплатился за товар, и, поблагодарив Ленку, стал с ней прощаться.
– Погоди! – Она накрыла его ладонь своей, когда он забирал сдачу. – Ведь столько лет не виделись! Расскажи хоть, как ты вообще.
– Да нормально я, все как у всех! – Антон попытался убрать руку, но ее пальцы сжались так, что острые ноготки впились ему в кожу.
– По тебе не скажешь! – Она прошлась пренебрежительным взглядом по его костюму. – Может, тебе денег надо? Могу одолжить.
Ситуация показалась Антону забавной. Знала бы Ленка, кому предлагает дать денег в долг! Продавщица в сельском магазине готова оказать финансовую поддержку директору филиала одного из крупнейших банков страны! У него вырвался смех и эхом прокатился по всему торговому залу.
– Что я смешного сказала?! – Ленка насупилась, но его руки так и не выпустила.
– Извини, это, видимо, нервное. День выдался не из легких. За предложение спасибо, но с деньгами у меня проблем нет.
– Да? А чего тогда одежду нормальную себе не купишь? Костюмчик-то из прошлого века!
Антон не сдержал тяжелого вздоха. У него не было никакого желания объяснять Ленке, что свой спортивный костюм, испачканный грязью, он постирал, и переодеться ему не во что. Она ведь тут же спросит, почему он приехал без багажа, если собирается остаться надолго.
– Ничего ты не понимаешь, сейчас винтаж в тренде! – пошутил он. Ленка снова взглянула на его костюм с явным недоверием и пробормотала:
– Кажется, я что-то такое слышала.
– Ну вот! Смело доставай наряды из бабушкиного сундука, если хочешь быть на пике моды!
– А нафталиновый парфюм тоже в тренде? – спросила она с ехидной улыбкой, принюхиваясь к нему и морща нос.
Антон усмехнулся.
– А тебя не проведешь! Ладно, сдаюсь: я сбежал от своей невесты, на которой раздумал жениться, и так торопился, что не захватил с собой никаких вещей. Пришлось позаимствовать этот костюм в гардеробе покойного деда, пока мой собственный, спортивный, сушится после стирки.
Ленка заметно воодушевилась:
– Так ты не женат? И я не замужем!
«Ну все, я окончательно влип!» – решил Антон и, воспользовавшись тем, что Ленка ослабила хватку, выдернул руку из ее вспотевших пальцев.