Мой личный Монстр, или Чувства на грани (СИ)

- Так я тоже, - ехидство сегодня из него так и прет. Видимо, нравится дразнить меня, только вот мне сейчас не до шуток.
“Доигралась?” – мой внутренний голос, или кто там отвечает за тараканов в голове, ехидно вторит моему вроде как спутнику.
  Даже его интонацию копирует, ну не сговорились они, а?
- Давай спокойно поговорим, - я едва не заикаюсь, переводя взгляд с лица парня на его руку с душевой лейкой и обратно. Медленно поднимает ее, а я сглатываю невидимый комок в горле.
  Вот точно, даже дышать перехотелось. Мне пока непонятны мотивы Давида. Ну, то, что облить меня холодной водой хочет и немного привести в чувство – это как раз-таки понятно.
  А что дальше?
- Дальше будет кайф! – Давид расплывается в улыбке на все свои белоснежные тридцать два зуба, а струи воды за несколько секунд превращают меня…
“Мокрая курица!” – единственное сравнение, которое лезет сейчас в голову, и я начинаю верещать. Понимаю, что последний вопрос произнесла в слух, хотя лучше бы я этого не делала.
- А-аа! – уворачиваюсь, как могу, только вот куда сбежишь-то. Одежда прилипает к телу, с волос капает, а этот, даже не знаю теперь, как и назвать его, стоит и ухмыляется.
- Считай, это плата за твое спасение! – Давид убирает лейку, настраивает воду, а после переключает режим на верхнюю подачу воды.
  Еще и музыка лирическая начинает играть – я точно попала в какую-то экзотику. Что там, он говорил, будет дальше? Кайф? Теперь я начинаю понимать, почему.
  Дрожь мгновенно проходит, а на смену ей разливается по всему телу тепло. И пофиг, что сейчас я действительно похожа  на мокрую курицу. Сам же в воде ледяной меня искупал, засунув в ванную прямо в одежде.
  Чего уж теперь переживать за собственную внешность?
- С внешностью все в порядке, - Давид ухмыляется, медленно снимая боксеры.
  Опять я ляпнула свои мысли вслух? Ну, надо же, как странно и непонятно он на меня влияет. Кстати, а что это он удумал? Голый! Полностью!
  Мать честная, я, кажется, начинаю второй раз за сегодняшнее утро покрываться пунцовой краской. От неожиданности.
  А еще от лицезрения красивого мужского тела. При свете дня не получилось рассмотреть Давида, теперь восполняю пробел. Краснею, как кисейная барышня, и пялюсь, как голодная волчица, наблюдающая за своей жертвой.
  Снова сглатываю невидимый комок в горле, когда Давид медленно, не торопясь, приближается ко мне. Не стесняется, гад, своей наготы, зато я, кажется, уже красная везде. С головы до пят.
  Так как вижу прекрасно, куда его взгляд перемещается с моего лица. Аккурат на грудь, обтянутую лишь мокрым куском ткани.
  Просвечивающимся!
  И нафига, спрашивается, я вчера бюстгальтер снимала? Лежать на боку мне, видите ли, неудобно было. Теперь расплата последует, так как мужские глаза уже просто пожирают просвечивающиеся через ткань соски.
- Я же была против совместного душа, - произношу чуть ли не по слогам, а Давид уже рядом. Мгновение, и его руки опираются о стену аккурат возле моей головы. – Или мое мнение тебя не интересует? – поднимаю глаза, встречаясь с насмешливым взглядом мужчины.
- Очень интересует, - хрипит, наклоняя лицо к моему. – Ты даже не представляешь, насколько, - его язык проходится по моей губе, а у меня вырывается стон.
  Непроизвольно. Как будто тело уже не подчиняется разуму, живя отдельной жизнью.
“Останови его, Ира! Потом будет поздно!” – это последняя здравая мысль, пока я балансирую на грани.
  И ведь хочу остановиться, понимая, что сама себя загоняю в ловушку.
  Но не могу…
- Чего вдруг? – облизываю пересохшие губы. Тоже непроизвольно, да что ж со мной такое творится?
- Пока не могу объяснить, - кривая улыбка так идет Давиду, что хочется поверить.
  Вот просто отдаться эмоциям, чувствам, влечению, в конце-то концов. Ну, почему мы встретились при таких ужасных обстоятельствах? Почему Давид не может быть мужчиной моей мечты? Во всех, кстати, смыслах – хоть в прямом, хоть в переносном.
  Я – предательница в его глазах, и вряд ли он поменяет свое мнение. Вчера четко дал понять, что ни я, ни тем более мое мнение его не интересует. Да и раньше как-то не стремился помочь, лишь душу бередил своими вопросами.
“Решил за меня долг дать?”
“Нет!”
  Категорично, зато честно, только меня все равно к нему тянет. Как магнитом. Тормоза отказывают, я не желаю и дальше слушать нравоучения внутреннего голоса. И разум может идти нахрен вместе со своими советами.
  Да и Марк со своим долгом туда же – сейчас мне стали безразличны все окружающие.
  Кроме одного. Который провоцирует, не давая расслабиться окончательно. В тонусе держит, желая подольше меня помучить. И, черт возьми, я не сопротивляюсь…
- Может, позже? – я продолжаю допрос, пока Давид еще не перешел к активным действиям, играя со мной, как кот с мышью.
- Может, позже, - кивает, и снова его лицо озаряет кривая улыбка.
  Как же она ему идет! Вкупе с подтянутым телом и внешностью греческого Бога.
  Ну, точно, еще и рука живет отдельной жизнью, потому что пальцы дотрагиваются до груди мужчины. Сами по себе, черт бы их побрал. Еще и рука становится вроде как невесомой. Опускаться, зараза такая, никак не хочет.
- И что мне надо сделать, чтобы ты меня простил?
  Это вообще не подлежит никакому объяснению – еще и разум бунтует, не желая мне подчиняться. Глаза в глаза, не моргая, мы пристально смотрим друг на друга. Я, затаив дыхание, в ожидании ответа, а Давид едва улыбаясь.
- Надо очень постараться, - и снова, по ходу, играет со мной, только вот голос серьезный. – И больше не делать глупостей, - заканчивает, касаясь губами моих губ.
  Раз, два, три… Сердце колотится, как ненормальное, а тормоза отказывают окончательно.
- Больше не буду, - закрываю глаза, больше не в силах бороться со своим влечением.
- Видишь, а говорила, что была против дyша, - слышу смешок, а после все перестает иметь значение.
  Когда наглый язык провоцирует на дальнейшие действия.
  А поцелуй кружит голову, сметая все преграды на своем пути…
  
Глава 34
 
*******
- И что мне надо сделать, чтобы ты меня простил?
  Давид и так держался до победного. На грани балансировал, лишь бы в пропасть не сорваться. Но не выдержал напряжения – тормоза отказали в одночасье.
  Просто какой-то взрыв мозга. Или адреналина, сейчас сложно в этом разобраться. Одна единственная мысль в голове:
“Хочу ее!”
   Похрен на все проблемы и головняки, которые могут начаться. Даже не просто “могут”, а обязательно начнутся, если сейчас переступить запретную черту. Утренние заигрывания кружили голову, но еще можно было держаться. Эмоции зашкаливали, а внутренний голос то и дело повторял:
“Тебе нравится эта девочка. И просыпаться рядом с ней тебе тоже нравится. И еще ты хочешь…”
  В этом месте Давид на себя шикал, заставляя все же переключиться на игру. А не на собственные чувства. И не думать, не думать, не думать, черт бы ее побрал! Но сочные губы так и манили, как будто ни разу девушку не целовал!
  Какой-то озабоченный маньяк! Это просто какая-то химия, мать ее!
- Надо очень постараться, - довольно серьезно ответил, наклоняясь. – И больше не делать глупостей, - закончил, наконец-то осуществляя свое желание.
  Едва касается губ Ирины, но уже грань переступил. Как же очаровательно она краснела, когда Давид, не торопясь и наслаждаясь произведенным эффектом, снимал боксеры. Пялилась, не стесняясь ни капли, но алый румянец выдавал малышку с головой.
“Как же, не хочешь ты душ вместе принимать!” – тогда еще мелькнула шальная мысль, и Монстр мысленно усмехнулся.
  А вот сейчас наглядно демонстрировал и свое увлечение, и свое “желание”, прижимаясь к девчонке плотнее. Чтобы почувствовала: Давид не шутит.
  Возбудился еще в комнате, когда вроде как “играл” с Ирой. Ну, куда ей тягаться-то с ним? Сама не понимает, как бурно реагирует и на его ленивую улыбку, и на комплименты. Он, конечно же, не мастер говорить девушкам приятное, но сегодня решил сделать исключение.